Революция и Гражданская война в России 1917—1922 - Рой Александрович Медведев

северных округов. В комиссию вошли Подтёлков, Кривошлыков, Лагутин, Алаев, Федорцев и группа ростовских коммунистов – А. Френкель, А. Фролов и другие. 1 мая 1918 года эта комиссия во главе отряда красногвардейцев в 120 человек выехала из Ростова по железной дороге в северные округа Дона. Эшелон с экспедицией продвигался очень медленно, и Подтёлков решил продолжать путь на конях и подводах. Волны контрреволюционного восстания двигались, однако, на север Дона быстрее экспедиции Подтёлкова. Через 10 дней после выхода из Ростова отряд Подтёлкова был окружен и захвачен. Только несколько человек сумело бежать, в том числе В. Федорцев и А. Френкель. Все остальные были расстреляны, а Подтёлков и Кривошлыков повешены. Описанием этой жестокой казни заканчивается пятая часть шолоховского «Тихого Дона».

Но еще до этого трагического исхода подтёлковской экспедиции немецкие части и белоказаки захватили Таганрог, а 8 мая 1918 года после двухдневных боев вошли в Ростов-на-Дону.

При поддержке германских частей белоказаки заняли в начале мая и Новочеркасск, где был созван 11 мая 1918 года так называемый Круг спасения Дона. Этот новый Круг избрал временное Донское правительство и постановил создать вместо партизанских отрядов регулярную армию. Новым донским атаманом 107 голосами против 13 и при 10 воздержавшихся был избран генерал П. Краснов. Краснов согласился на это избрание лишь после того, как Круг спасения Дона предоставил ему чрезвычайные полномочия и утвердил предложенный Красновым свод законов, являвшийся почти полной копией законов Российской империи. В специальном постановлении Круга, составляющем как бы временную Конституцию Донской области, говорилось:

«О законах.

24. Впредь до издания и обнародования новых законов Всевеликое войско Донское управляется на твердых основаниях Свода Законов Российской Империи, за исключением тех статей, которые настоящими основными законами отменяются.

25. Все воинские части, как постоянной армии, так и временно вызываемые по мобилизации, руководствуются законами, уложениями и уставами, изданными в Российской империи до 25 февраля 1917 г.

26. Все декреты и иные законы, разновременно издававшиеся, как Временным правительством, так и Советом Народных Комиссаров, отменяются.

<…>

О Донском флаге, гербе и гимне.

48. Три народности издревле живут на Донской земле и составляют коренных граждан Донской области – донские казаки, калмыки и русские крестьяне. Национальными цветами их были: у донских казаков – синий, васильковый, у калмыков – желтый, и у русских – алый. Донской флаг состоит из трех продольных полос равной ширины: синей, желтой и алой.

Восстанавливается старинная печать и герб Донского Войска, изображающий нагого казака в папахе, при шашке, ружье и амуниции, сидящего верхом на бочке. Печать и герб этот употреблять во всех нужных случаях.

Народным гимном Всевеликого Войска Донского объявляется “Всколыхнулся, взволновался православный Тихий Дон”, который и исполняют во всех предусмотренных законом случаях»[444].

Белоказачья Донская армия уже к концу мая насчитывала в своих рядах около 20 тысяч бойцов. Став донским атаманом, Краснов от имени Круга спасения Дона объявил всеобщую мобилизацию и вскоре утроил численность своей армии. К июлю 1918 года под ружьем на Дону было около 30 тысяч пехоты и столько же конницы. Донская армия имела около 200 орудий, более 600 пулеметов и 20 самолетов. Резонно полагая, что казаки-фронтовики не захотят воевать за пределами Донской области, Краснов стал создавать из молодых казаков, еще не побывавших на войне, специальную ударную группу войск, предназначенную для похода на Москву. Это наступление Краснов предполагал организовать совместно с Добровольческой армией. В конце мая 1918 года в станице Манычской состоялась встреча генералов Краснова и Богаевского с генералами Деникиным и Алексеевым. Краснов предложил Деникину перебросить всю Добровольческую армию на Дон и повести отсюда наступление на Царицын. Однако Деникин отказался от этого предложения, он считал необходимым вначале очистить от большевиков всю Кубань.

Победа контрреволюции на Дону привела к разгулу белого террора, особенно в городах и рабочих районах Донской области. Краснов решительно отказался даже от формального разделения власти с представителями неказачьего населения. В одном из своих выступлений на заседании Войскового Круга (созванного на смену Круга спасения Дона) Краснов говорил:

«Казачий Круг! И пусть казачьим он останется. Руки прочь от нашего казачьего дела те, кто злобно шипел и бранил казаков, те, кто проливал нашу казачью кровь. Дон – для донцов! Мы завоевали эту землю и утучнили ее кровью своею, и мы, только мы одни, хозяева этой земли. Вас будут смущать обиженные города и крестьяне. Не верьте им. Помните, куда завел атамана Каледина знаменитый паритет. Не верьте волкам в овечьей шкуре. Они зарятся на ваши земли и жадными руками тянутся к ним. Пусть свободно и вольно живут на Дону гостями, но хозяева – только мы, только мы одни… Казаки!»[445]

Краснов не только приветствовал оккупацию части Донской области немецкой армией, но и заключил с Германией соглашение о поставках донским казакам немецкого оружия и боеприпасов в обмен на зерно, скот и сырье.

В том же выступлении перед Войсковым Кругом генерал Краснов говорил:

«…Когда горит дом, не ищут ведра с водою в соседней деревне, если тут же рядом стоит готовое, полное воды ведро… Я пошел в переговоры с германцами. Благодаря весьма искусной политике генерала Черячукина в Киеве, Парамонова и Лебедева в Ростове, за шерсть и хлеб мы получили орудия, винтовки и патроны… Но Донецкий угольный бассейн и Таганрогский округ были заняты германцами. Украина, несмотря на все мои доводы и старинную дружбу с гетманом, не выпускала их от себя, и борьба за них грозила окончиться кровавым столкновением… При таких обстоятельствах во имя спасения земли Донской я обратился с письмом к императору Вильгельму. Я писал ему, как равный суверенный властитель пишет равному. Я указывал ему на рыцарские чувства обоих воинственных народов – германцев и донских казаков и просил его содействия в признании нас самостоятельным государством, в передаче нам Таганрогского и Донецкого округов и в помощи оружием. Взамен этого я обещал, что Войско Донское не обратит своего оружия против немцев, будет соблюдать по отношению к ним нейтралитет и продаст избыток своих продуктов, который обычно продавался за границу, преимущественно им… Письмо возымело свое действие. Подписан договор между Украиной и Доном, в котором Всевеликое Войско Донское признается самостоятельным государством, все земли Войска Донского остаются неприкосновенными. Этим договором мы обязаны исключительно давлению германского командования на Украину. Мы получили оружие…»[446]

Поставив под свой контроль к лету 1918 года всю Донскую область и объявив ее самостоятельным государством, генерал Краснов вовсе не думал на этом останавливаться. Возглавляемая генералами Красновым и Денисовым Донская армия вышла за пределы Донской области и повела наступление на Воронеж и Царицын, стремясь захватить эти важные стратегические центры Советской России. Краснов стремился таким образом не только обезопасить свое «государство», он ставил своей конечной задачей, опираясь на поддержку германской армии, а также всех других