Месть Рима - Саймон Скэрроу

- Я понимаю, господин. Ты можешь положиться на флот.

******

Когда над болотами опустилась ночь, Катон вернулся к основной колонне с караваном небольших лодок. И когда он объяснял Макрону свой план, его друг с восторгом улыбался, представляя, как мятежники, проснувшись, окажутся под обстрелом c римских военных кораблей.

- Вряд ли кто-то из них когда-нибудь видел либурны у берегов, а те, кто видел, не поверят, что нам удалось доставить их прямо к Лингомаре. Да я и сам с трудом в это верю. А если я так потрясен, то представляю, что наших хреновых друзей-повстанцев ждет неизмеримо большее потрясение! - Макрон потер руки от восторга.

- Как идут дела с тараном и его навесом?

- Таран почти готов. Он будет у нас через пару дней. Изготовление защитного кожуха займет на пару дней больше. Спускать его по волокам41 будет слишком громоздко, поэтому я велел инженерам перевезти компоненты сюда для окончательной сборки. Пока мы ждем, я подготовлю путь между лагерем и сторожкой. Если все пойдет хорошо, мы будем готовы пустить в ход таран через... скажем, через шесть дней. Как это согласуется с усилиями флота?

- Шести дней должно хватить. Тогда атака начнется на рассвете седьмого дня.

Выражение лица Макрона стало серьезным.

- Дадим ли мы им шанс сдаться до того, как таран коснется их ворот?

Катон просматривал предписанные правила осады крепости или города, обнесенного стеной. Было принято предлагать защитникам возможность договориться о сдаче до того, как таран нанесет свой первый удар. Если они отказывались сдаваться, и таран был пущен в ход, обе стороны понимали, что нападающий не обязан щадить жизни и имущество, когда осаждающие прорвут оборону. Как бы ему ни хотелось избежать кровопролития, Катон не верил, что Боудикка и ее сторонники сдадутся. Их преданность своему делу достигла фанатичного накала, и не было смысла предлагать им такой шанс.

Кроме того, если они увидят таран и сделают вид, что ведут переговоры, то, возможно, выиграют достаточно времени, чтобы принять эффективные меры противодействия. Наилучший шанс на успех заключался в том, чтобы застать мятежников врасплох.

- Нет. Для этого уже слишком поздно. Я сомневаюсь, что Боудикка думает о сдаче. Как и Светоний. Ни один из них не желает сдаваться, и поэтому они не оставляют нам выбора. Это бой на смерть. Будем надеяться, что это будет их, а не наша смерть.

Макрон торжественно кивнул.

- Чертовски жаль. Учитывая все, через что мы прошли. Ты, я и Боудикка. Если бы только все было по-другому.

- Я бы хотел, чтобы это было так.

- Боги любят играть в свои игры. Я просто хочу, чтобы эти ублюдки для разнообразия поиграли с кем-нибудь другим. – Макрон пристально посмотрел на Катона. - Позволь мне дать им шанс, пока таран еще не готов. Ради того, что было между нами тремя.

- Даже после всего, что произошло в результате восстания? После смерти Парвия, Аполлония и твоей матери? После смерти стольких наших товарищей?

- Да. После всего этого. Разве мы не видели уже достаточно кровопролития?

- Да, это так. Хорошо я разрешаю тебе обратиться к ним, но я не ожидаю, что они примут любые условия, которые мы можем предложить. Поговори с ними, но поклянись, что не будешь рисковать. Я не верю, что они будут соблюдать перемирие. Держись на расстоянии.

- Обязательно.

- Поклянись в этом. Клянись честью.

- Клянусь.

******

На следующий день Катон вернулся на либурну с полуцентурией легионеров, включая нескольких специалистов-инженеров, и со всеми кирками, корзинами и инструментами, необходимыми для подготовки канала и маскировки работ. Они провели день, помогая облегчать осадку других либурн и буксировать их вперед, насколько позволяла глубина канала, прежде чем поставить их на якорь на носу и корме. Затем, когда наступили сумерки, Катон отдал приказ лодкам следовать за ним, пока он вместе с Ганоменом вел их по следу ивовых прутьев. С наступлением ночи они были менее чем в полутора километрах от места назначения. Катон различал слабые отблески костров в Лингомаре и римский лагерь на западе. Они шли осторожно. Маловероятно, что мятежники выйдут за пределы своей крепости, чтобы помешать кому-либо исследовать болото. В то же время он не хотел рисковать, натолкнувшись на патруль. Если это случится, им нельзя будет позволить сбежать и доложить Боудикке.

Когда колонна приблизилась к низкой темной массе берега, Катон объявил привал. Он повернулся к командиру инженерного отряда и негромко произнес.

- Держитесь ближе к передней лодке. Не шуметь. Передайте назад.

Он подождал, пока приказ передадут дальше по линии, затем приготовил свое весло и прошептал Ганомену: - Теперь помедленнее.

Они вошли в узкую полосу водного пространства между камышами. Время от времени борта лодки скрежетали о стебли так громко, что у Катона заскрипели зубы. Потом они прошли, и впереди показался берег. Двое человек уперлись веслами в воду, чтобы замедлить ход лодки, и она с едва заметным креном села на мель. Выбравшись наружу, они вытащили лодку из воды и протащили ее вдоль берега на небольшое расстояние, чтобы освободить путь тем, кто шел следом. Одна за другой лодки появлялись из камышей и выгружали своих пассажиров и инструменты. Когда последний из отряда сошел на берег, они собрались вокруг опциона, пока он отдавал приказы. Тем временем Катон пробрался на вершину берега, чтобы внимательно осмотреть открывшуюся картину. В Лингомаре горели костры и факелы, и их отражения поблескивали на поверхности воды, лишь слегка искаженные мерцанием, вызываемым легким бризом и рябью, оставляемой рыбами, водоплавающими птицами и прочими ночными существами.

Опцион присоединился к Катону и осмотрел берег, простиравшийся по обе стороны. Катон описал ему все как можно подробнее, но теперь, увидев местность воочию, инженер оценил весь масштаб испытания, которое ему предстояло преодолеть за считанные дни.

Нам нужно выкопать канал не менее двадцати метров в длину, господин. И это помимо его расширения и углубления. Судя по тому, что я проверил на местности, эту грязищу будет трудно убрать с места. Мне понадобится больше людей.

- Сколько?

Он быстро подсчитал.

- По крайней мере еще сотня, если мы хотим уложиться в график, который вы мне дали для работы. Даже тогда...

- Я приведу тебе людей, - прервал его Катон. - Что еще мне нужно знать, Корбулон?

- Нам придется вырубить много камыша, господин. Повстанцы скоро об этом узнают.

- Тогда нам нужно найти способ скрыть нашу работу.

- Я уже думал