Роджер Федерер. Долгий путь и прекрасная игра мастера - Кристофер Клэри

– Все прошло намного лучше, чем я ожидал. Я говорил сам с собой в пятом сете, – поделился Федерер. – Я твердил: «Просто расслабься, чувак. Вернулся ты уже великолепно. Просто посмотри, что произойдет».

Федерер еще не знал, с кем столкнется в финале. Открытый чемпионат Австралии по теннису – единственный из четырех турниров Большого шлема, полуфиналы которого проводятся в разные дни. Надаль, выполнив собственный камбэк, сыграет с молодым болгарином Григором Димитровым только в пятницу.

Федерер, Люти и Любичич собрались в гостинице, чтобы посмотреть и проанализировать матч в прямом эфире. Было что оценить: Надаль и Димитров играли четыре часа пятьдесят шесть минут, прежде чем Надаль наконец выиграл 6–4 в пятом сете.

Это был классический матч, лучший в этом великом турнире (на данный момент), и он был поучительным как для Федерера, так и для Надаля.

Для Надаля столкновение с Димитровым было своего рода подготовкой к встрече с Федерером. Одноручный бэкхенд болгарина с эластичным завершением и его игривые ноги неуловимо напоминали Роджера. Димитрова даже окрестили «маленьким Федом» – прозвище, которое он не любил. Но его похожий стиль означал, что схемы, которые изучали Федерер и его тренеры, могут иметь прямое отношение к финалу. Тем более, что Димитров добивался стабильных успехов в ударах по линиям. Предостережение для Федерера заключалось в том, что, несмотря на всю свою смелость, Димитров все же проиграл.

– Это особенное событие – играть с Роджером в финале турнира Большого шлема, я не могу не признать, – сказал Надаль. – Меня, да нас обоих волнует, что мы все еще там и мы все еще боремся за важные титулы.

Матч-реванш станет их первой встречей в финале турнира Большого шлема после Открытого чемпионата Франции 2011 года, и впервые они встретились в качестве скромных сеяных: 9-й и 17-й номер.

Можно было подумать, что у Федерера было преимущество после дополнительного дня отдыха, однако следовало вспомнить и то, что Надаль имел преимущество в карьере 23–11 над швейцарцем и 3–0 на Открытом чемпионате Австралии. Надаль был в такой же ситуации в Мельбурне в 2009 году – он оправился от еще более продолжительного полуфинала в пятницу над Фернандо Вердаско и победил Федерера в финале.

– Это было очень давно, – сказал Надаль. – Я думаю, что этот матч полностью отличается от того, что было раньше. Он особенный. Мы уже какое-то время не оказывались в такой ситуации, поэтому матч будет отличаться.

Так долго встречи Федерера и Надаля в финале казались естественными, но этот матч стал большим сюрпризом на фоне того, что все ожидали борьбу Джоковича и Мюррея. Федерер и Надаль превзошли не только ожидания публики, но и свои собственные.

– Я бы сказал, что отличным результатом был бы четвертьфинал, – считает Федерер. – Четвертый раунд – это было бы неплохо.

Вместо этого он был на грани восемнадцатого титула Большого шлема в одиночном разряде. Исторически Надаль был его самым сложным противником, но, должно быть, было приятно видеть через сетку не Джоковича с крупным трофеем на кону.

Эффект машины времени в Мельбурне распространился не только на Федерера с Надалем. Накануне вечером Серена Уильямс, которой было тридцать пять, победила свою сестру Венус Уильямс, тридцать шесть лет, в женском финале: их первый поединок в финале Большого шлема с 2009 года. Серена без ведома всех, кроме Винус и нескольких близких людей, выиграла свой двадцать третий крупный титул в одиночном разряде на втором месяце беременности.

Матч Федерера против Надаля определенно не преминул вдохновить всех на этот раз.

Суть плана игры Федерера была довольно простой: агрессивно отбивать бэкхенды, не отступая за заднюю линию в течение матча. Это была знакомая тактика, и на протяжении многих лет он выходил с аналогичным намерением против Надаля, а затем постепенно уступал ему место под давлением его топ-спина. Но теперь у Роджера было оружие, более подходящее для этой задачи, – он переключился на ракетку с головкой в 626 квадратных сантиметров. Окончательно он перешел на нее летом 2014 года, после более чем года исчерпывающих экспериментов и тонкой настройки. Переход позволил ему прибавить мощности и на 8 процентов увеличил площадь поверхности, то есть расширить «золотую середину», уменьшая тем самым количество ошибок. Его ракетка была теперь такой же по размеру, что и модели Надаля и Джоковича. Первоначально Федерер беспокоился о том, что потеряет чувство мяча, но он почувствовал, что действительно стал одним целым с ракеткой за время своего долгого перерыва

Он уже обыграл Надаля новой ракеткой в их последнем матче в 2015 году, но это было в закрытом помещении в Базеле на быстром харде. Этот финал будет сыгран на более нейтральной территории, даже если Федерер снова станет фаворитом публики в Мельбурне.

Федерер старался сократить количество резаных бэкхендов и блокированных приемов. Ему нужно было вывести Надаля из равновесия, лишить его времени, чтобы должным образом подготовиться к его собственному форхенду мирового класса.

Пол Аннаконе столкнулся с Федерером и Люти в ресторане за несколько часов до финала. Он сел и спросил:

– Хорошо, приятель. Что я увижу сегодня?

Федерер ответил:

– Ты увидишь Роджера, стоящего на задней линии, и я буду качать.

Аннаконе сказал:

– Ты ведь собираешься все время качать, верно? Все три подхода, все пять подходов?

Федерер сказал:

– Ага. Я останусь там и не буду брать на себя роль защитника.

Это работало хорошо в течение двух часов, поскольку Федерер выходил вперед со счетом два сета к одному. Но Надаль собрался, выиграл четвертый сет, после чего Федерер взял еще один тайм-аут из-за проблемы с приводящей мышцей.

Это вызвало критику со стороны бывшей австралийской звезды Пэта Кэша, который не боится критиковать игроков. Он обвинил Федерера в «юридическом мошенничестве» за нарушение хода матча.

Но Надаль вряд ли выглядел дестабилизированным. Он сломал подачу Федерера в первом матче пятого сета и вырвался вперед со счетом 3–1.

Счет выглядел для Федерера ужасно знакомым, но на самом деле Надаль лидировал, а не побеждал. Ему нужно было сохранить три брейк-пойнта в своей первой подаче в сете и еще один брейк-пойнт в следующем. Федерер все еще авторитетно бил виннеров и отбивал ответные удары. Прежде всего внутренний диалог Федерера был новым.

– Я сказал себе играть свободнее, – сказал Федерер. – Играть мячом. Не играть с противником. Быть свободным в голове и в действиях. Здесь храбрые будут вознаграждены. Я не хотел просто защищаться, когда Рафа обрушивал на меня удары справа.

С помощью шквала блестящих и быстрых ударов Федерер прервал подачу Надаля в шестой игре и вернулся к счету 3–3, а затем снова победил в восьмой, удивив Надаля агрессивным ударом, который тот, так привыкший к совсем другим атакам Федерера, не успел