Роджер Федерер. Долгий путь и прекрасная игра мастера - Кристофер Клэри

что сделал Кен, просто невероятно, – сказал мне Федерер в Австралии в 2016 году, незадолго до своей первой операции. – Я, безусловно, уважаю его, и его достижения вселяют в меня надежду, что, если останусь здоровым, я смогу играть еще много лет.

Помня о таких выдающихся людях, как Роузуолл, Федерер и Паганини составили долгосрочный план, которому Федерер начал следовать в 2004 году, вскоре после того, как он впервые достиг первого места в рейтинге. Они были убеждены, что меньшее количество игр может привести к более долгосрочному результату. Это было правильной тактикой, хотя шаблон сработал только потому, что Федерер обладал талантом выгонять полуфиналистов с задней линии и подавать по линии.

В тридцать шесть лет он делал это не хуже, чем в двадцать два, и в феврале 2018 года, через две недели после победы над Чиличем в Мельбурне, он прервал запланированный отпуск и отправился из Швейцарии в голландский порт Роттердам, чтобы сыграть турнир.

На этот раз причиной была не просто любовь Федерера к игре. Он был на грани того, чтобы обойти Надаля и вернуться на первое место. Выход в полуфинал в Роттердаме давал ему достаточно очков, поэтому он попросил wild card у директора турнира Ричарда Крайчека, бывшего чемпиона Уимблдона.

Федереру нужно было выиграть три раунда. Он обыграл бельгийца Рубена Бемельманса в первом, немецкого ветерана Филиппа Кольшрайбера во втором и голландца Робина Хаазе в третьем.

Затем Федерер заработал дополнительный балл за победу в турнире, выиграв у Димитрова 6–2, 6–2 в финале.

Когда возвращение Федерера только начиналось, он был бы доволен выигрышем еще одного Уимблдона, но он сделал гораздо больше, чем ожидал он сам или даже кто-либо из его близких.

– Когда я начинал с ним работать, я делал гораздо больше прогнозов, чем сейчас, и очень часто ошибался, – сказала мне Люти. – Я готов удивляться Роджеру. Я на самом деле жду, что он меня удивит, и я думаю, что лучше всего не пытаться его ограждать. Конечно, я иногда думаю, сколько еще он будет играть, но лучше всего на этом этапе просто жить и наслаждаться моментом. Это может дать вам силу и мощь. С другой стороны, это может быть проблемой, поэтому нужно всегда находить баланс.

Для Федерера на том этапе проблема была больше психологической, чем физической, даже после операции на колене.

– Вам нужно знать себя и быть честным с собой, – сказал он мне. – Когда вы едете, скажем, в Роттердам, вам нужно ехать туда с огнем. Если вы не в восторге от этого – не делайте этого. Это так просто.

В понедельник утром после турнира, когда он открыл сайт ATP, его фамилия была уже на первом месте. Роджер стал самым возрастным игроком, удерживавшим первое место с тех пор, как ATP опубликовал свой первый рейтинг в 1973 году.

Глава пятнадцатая

Индиан-Уэллс, Калифорния, США

В день переезда по пустыне Роджер Федерер проснулся еще до рассвета. Мы встретились в Термале, в нескольких минутах езды от Индиан-Уэллса, где Федерер только проиграл в финале BNP Paribas Open 2018 Хуану Мартину дель Потро.

Федерер, вернувшийся на первое место рейтинга, расстроился больше обычного. Он подавал на титул со счетом 5–4 в третьем сете и не смог выиграть, несмотря на то, что у него было три матч-пойнта, – своего рода поворот судьбы, который редко случался с Федерером. Тем не менее с ним такое бывало чаще, чем с его соперниками. Он проигрывал более двадцати раз после того, как не реализовывал матч-пойнт, в то время как у Надаля и Джоковича насчитывалось менее десяти таких матчей.

– Я знаю, что плохо так говорить, но иногда я называю Федерера игроком, не реализующим все возможности, – признается Гюнтер Бресник, один из лучших тренеров по теннису. – Этот парень должен был взять титулы еще на тридцати турнирах Большого шлема, если вспомнить матчи с дель Потро, Джоковичем, Надалем, в которых он явно был впереди.

Причины были неясны. Его скрытая чувствительность? Вероятность ошибки под давлением? Плохая привычка, от которой трудно избавиться?

– Я думаю, это происходит из-за его расслабленного стиля, – считает Пол Аннаконе, его бывший тренер. – Когда он был моложе, ему могло сойти с рук и большее. Но теперь, когда он стал старше, он должен вести себя более агрессивно, а это сложно сделать в моменты серьезного напряжения. Рафа, даже когда нервничает, отлично двигается. Новак, даже несмотря на то, что его удар такой плоский, бьет точно. Роджер рискует намного больше.

Но Федерер действительно казался хорошо подготовленным, чтобы справиться с последствиями. Он был далеко не раздраженным, болтал и зевал в прохладе раннего утра как любой невыспавшийся человек.

– Пять часов, – сказал он. – Недостаточно после такого матча.

Вскоре он сел на частный самолет, который доставил его в Чикаго, и в этой четырехчасовой поездке я получил шанс увидеть своими глазами день из жизни Федерера и попасть на Кубок Лейвера. Тот факт, что меня пригласили сделать репортаж о его детище, был знаком того, что у нас с Федерером хорошие рабочие отношения, но прежде всего это свидетельствовал о том, насколько Федерер и его агент Тони Годсик были готовы к успеху своего турнира.

Концепция Кубка Лейвера, названного в честь Рода Лейвера, казалась достаточно простой: три дня матчей между лучшими игроками Европы и чемпионами из других стран, при этом Федерер получает беспрецедентный шанс сыграть в команде с Надалем и Джоковичем.

Но на практике это было сложно из-за конфликта интересов в игре. Для сравнительно небольшого международного вида спорта, который позволяет только двумстам профессионалам хорошо зарабатывать на жизнь, в теннисе был избыток турниров: семь, если считать мужской, женский турниры, события Международной федерации тенниса и четыре турнира Большого шлема. Все они часто проходят согласованно, но остаются независимыми.

Достичь консенсуса оказалось сложнее, что затруднило внедрение инноваций и создание значимых изменений. Это значительно сдерживало развитие тенниса. Каждое новое мероприятие, каждое изменение перегруженного расписания нарушает чужую территорию.

Федерер и Годсик знали все это, когда создавали Кубок Лейвера в Праге в 2017 году. Они столкнулись с еще большими проблемами, когда отправились в Чикаго на второй Кубок Лейвера в 2018 году.

– Это безумие в теннисе, – сказал мне Федерер перед Прагой. – Что бы вы ни двигали, все здание начинает трястись. Все новое вызывает шок в нынешней системе, к которой привыкли теннисисты, но это не означает, что этот шок несет в себе негатив.

Будучи суперзвездой, Федерер активно участвовал в управлении и политике тенниса, впервые проявив склонность к этому, когда в начале своей карьеры взял на себя руководящую роль в швейцарской команде