Роджер Федерер. Долгий путь и прекрасная игра мастера - Кристофер Клэри

Но Надаль собрался на 0–40, чтобы вернуться к ровному счету, и затем наступил момент, который отражал весь финал: быстрое ралли из 26 ударов, которое Федерер выиграл в открытой стойке.

Это был элитный теннис в лучшем виде, и об устойчивости Надаля говорит тот факт, что он выполнил виннер в следующий момент, чтобы сохранить игру. Но сейчас Федерер по-настоящему давил. В следующий брейк-пойнт Надаль широко подал. Федерер обычно возвращал эту подачу в игру по линии. На этот раз он нанес удар слева направо, что снова застало Надаля врасплох.

Пришло время подавать за титул при счете 5–3 (новыми мячами), и, хотя Федерер отставал со счетом 15–40, он спас первый брейк-пойнт эйсом, а второй – с вывернутым наизнанку ударом справа и виннером.

Первое чемпионское очко он не реализовал, в отличие от второго. Он совершил прекрасную первую подачу и нанес удар справа в кросс-корт, до которого Надаль не смог дотянуться. Тем не менее он взял челлендж.

Празднование было отложено, оба теннисиста уставились на большой экран, Надаль положил руки на бедра. Но электронный обзор вскоре подтвердил, что удар действительно попал куда надо.

Итоговый счет: 6–4, 3–6, 6–1, 3–6, 6–3. Федерер вскинул руки над головой и прыгнул, не сводя глаз со своей команды, а затем подошел к сетке для рукопожатия и объятия с Надалем.

«Род Лейвер Арена», возможно, никогда не слышала таких криков во время теннисного матча (а ведь это место проведения рок-концертов). Слезы нахлынули, и Федерер отсалютовал толпе, упав на одно колено.

Это был долгий путь к его восемнадцатому и самому маловероятному титулу Большого шлема, что было даже более удивительно, чем его выступление на Открытом чемпионате Франции 2009 года, другой победе, которая была отдаленно сопоставима в его воображении.

Но теперь он был на восемь лет старше, не выигрывал ни одного крупного титула почти пять лет и не играл в официальных турнирах шесть месяцев. И, в отличие от Парижа, для титула ему нужно было обыграть Надаля.

Это был матч, который, как и финал Уимблдона 2008 года, придется пересмотреть после того, как оба уйдут из спорта. Они вдохновляли друг друга во Всеанглийском клубе, когда им было двадцать. Теперь они бросили вызов друг другу под светом в Мельбурн-парке, когда им обоим было за тридцать.

– Честно говоря, в таких матчах я много раз у него выигрывал, – сказал Надаль. – Но сегодня он победил меня, и я просто его поздравляю.

Это было соперничество, где игроки продемонстрировали поразительную выносливость и качество, и победа Федерера в Мельбурне ознаменовала новую динамику в мужском теннисе.

Хотя Мойя гораздо позже признает, что тактика и исполнение Федерера поразили их в 2017 году, Надаль не был так оптимистичен в ночь финала.

– Он меня не удивил, – сказал Надаль. – Он играл агрессивно, и это разумно в матче против меня. Я не думаю, что было бы разумно выходить на длинные розыгрыши. Не думаю, что он тогда бы выиграл. Он пошел на риск и поступил правильно.

Несколько недель спустя я спросил Федерера, казалось ли ему, что этот необычный титул должен быть таким, каким он получился.

– Честно говоря, я чувствовал, что Открытый чемпионат Франции был более значимым, – сказал он. – Мне пришлось потрудиться.

– Конечно, были тяжелые матчи, – сказал он о своих победах в Париже в 2009 году в пяти сетах. – Я чувствовал, что слишком сильно хотел победить в конце, ощущал себя слишком хорошо и, в конце концов, плыл на волне возвращения, не зная, что терять. Я чувствовал, что это был такой сюрприз. Быть задуманным не значит, что терять нечего. Это было не похоже на любой другой турнир.

Следующим моим вопросом было, сколько еще титулов он хотел бы взять.

Федерер сделал интригующий комментарий собравшимся на церемонии награждения в Мельбурне:

– Надеюсь увидеть вас в следующем году, – сказал он. – Если нет, то это был прекрасный финал, и я очень счастлив, что выиграл здесь сегодня вечером.

Последним семнадцатым посеянным победителем в мужском турнире Большого шлема в одиночном разряде стал Пит Сампрас на Открытом чемпионате 2002 года. Сампрас ушел, не сыграв больше ни одного турнира. Хотелось ли ему последовать примеру Сампраса?

– Я думаю, что мне приходило в голову: смогу ли я когда-нибудь повторить это? – признал он. – Но, опять же, радость была огромной, и я продолжал наблюдать за реакцией моей команды, когда выигрывал матч-пойнт в Австралии, и как они прыгали от радости. Невероятно. Так весело. Я чувствую, что хочу пройти через это снова.

Он вложил слишком много усилий в свое возвращение, чтобы остановиться сейчас, и – что немаловажно – он готовился сыграть позже в этом году в командном турнире Laver Cup, который он и создал со своим агентом Тони Годсиком.

– Когда я взял перерыв на шесть месяцев, цель заключалась в том, чтобы восстановиться еще года на два, а не только на один турнир, – сказал Федерер. – Я понимаю людей, которые говорят: «О, это был бы идеальный момент, чтобы уйти». Но я чувствую, что вложил так много труда, и мне это так нравится, и у меня еще так много сил в запасе.

Он, несомненно, докажет это, отпраздновав свою победу в Альпах, затащив свою копию Norman Brookes Challenge Cup в горное шале в Ленцерхайде для семейного фондю и фотографий. Это было не единственное приключение, связанное с трофеем.

– Я называю его Норманом, – сказал он. – Я ужинал с Норманом, много времени провел с Норманом. Я знаю, что это всего лишь копия, все в порядке.

Он вернулся в Дубай и проиграл во втором раунде россиянину Евгению Донскому. Но затем он приехал в Соединенные Штаты и завоевал титулы в Индиан-Уэллсе и Майами, победив Надаля в обоих турнирах.

Однажды я спросил Брэда Гилберта, одного из самых острых тренерских умов, что он считает пиком Федерера.

– Очевидно, статистика покажет вам, что с 2004 по 2006 год он был на высоте, – ответил Гилберт. – Но я никогда не видел, чтобы он был лучше, чем в 2017 году в Индиан-Уэллсе и Майами. Я сидел на обоих турнирах, и он дважды наказал Рафу. Я думал, что это был высший уровень, который я когда-либо видел. Было забавно, насколько хорошо он отбивал бэкхенд. На финале в Майами, я уверен, Рафа думал: «Вау! Что случилось с этим парнем?» Может показаться безумием такое высказывание о Роджере, прошло уже десять лет после его непобедимого статуса, но я думаю, что сейчас он играл против некоторых парней, которые были лучше, чем в 2004, 2005 и 2006-м.

Но Федереру еще и повезло, поскольку и Джокович, и Мюррей отступили во время его возрождения. В начале года они были № 1 и № 2, но, что примечательно, возможно, даже поразительно, ему не пришлось столкнуться