Роджер Федерер. Долгий путь и прекрасная игра мастера - Кристофер Клэри

Роддик выиграл один крупный титул на этом этапе и занял 3-е место в рейтинге, но Мейерсон заключил для него выгодную долгосрочную сделку с французским производителем одежды Lacoste. Сообщается, что он платил Роддику около 5 миллионов долларов в год, что очень выгодно отличалось от условий Nike, на которые Федерер, наконец, согласился в начале 2003 года. Его отец активно участвовал в переговорах.

– Я могу честно признаться, что мы заключили значительно более крупную сделку, чем Федерер, несмотря на то, что Энди занимает более низкое место в рейтинге, – прокомментировал Мейерсон. – Кто бы ни заключил сделку с Nike, он, безусловно, оказал медвежью услугу соразмерным талантам. Это обрушит весь рынок: отец из-за своей неопытности считает, что сделка стоит Х, а она стоит в десять раз больше.

Мейерсон подсчитал, что сделка Федерера с Nike приносила ему в лучшем случае от 1,75 до 2 миллионов долларов в год.

– Он стоит минимум 10 миллионов долларов в год, – сказал Мейерсон. – Региональный менеджмент хорош только в том случае, если вы хотите быть региональным игроком… Означает ли это потерю денег? Однозначно.

Для сравнения, новая женская звезда Мария Шарапова, которая выиграла Уимблдон в возрасте семнадцати лет в 2004 году, по словам руководителей IMG,зарабатывала к концу 2005 года около 20 миллионов долларов в год.

– Мы заключали грандиозные сделки и сильно его обгоняли, – считает Макс Айзенбуд, давний агент Шараповой в IMG. – Но тогда он был другим Роджером Федерером.

В 2005 году Forbes оценил его годовой доход в 13 миллионов долларов. Эта сумма не позволила ему войти в список пятидесяти самых высокооплачиваемых спортсменов мира, в отличие от Андре Агасси и Шараповой, которые зарабатывали по 28 миллионов долларов.

Федерер объяснил мне, что он наслаждается своей независимостью и не хочет брать на себя чрезмерные обязательства перед спонсорами из-за требований, которые могут у него возникнуть. Но он принял во внимание различия в доходах и обсудил это с Миркой, которая была занята связями с общественностью и повседневными проблемами.

В августе 2005 года, когда Федерер приехал в Северную Америку, он решил встретиться с представителями управленческих агентств. У IMG появился новый председатель и главный исполнительный директор: Тед Форстманн, миллиардер и поклонник тенниса, чья частная инвестиционная компания Forstmann Little приобрела IMG в 2004 году.

Форстманн знал, что другие руководители IMG безуспешно пытались вернуть Федерера в свои ряды. Он знал бывшую № 1 Монику Селеш и спросил, не поможет ли она устроить встречу. Селеш согласилась, обратилась к Мирке и сама приняла участие во встрече. Все прошло хорошо: Форстманн и Федерер нашли общий язык на тему Южной Африки. Форстманн усыновил двух детей после посещения детского дома во время поездки по стране с Нельсоном Манделой в 1996 году. Федерер недавно основал фонд, чтобы помочь улучшить там дошкольное образование.

Вопрос был в том, кто будет работать с Федерером. Годсик, которому тогда было за тридцать, уже представлял Селеш и нынешнюю № 1 Линдси Давенпорт, а также Томми Хааса. Но Селеш, по сути, была на пенсии, да и Давенпорт вскоре создала семью и свернула свою карьеру. Сам Годсик подходил к моменту выбора дальнейшего пути, и он рассматривал вариант работы в IMG. Однажды в своей карьере он уже оказался в нужном месте в нужное время. Будучи выпускником Лиги Плюща, который играл в футбол в Дартмуте, он проходил летнюю практику в 1992 году в Нью-Йорке в Trans World International, подразделении IMG, когда из офиса в Кливленде позвонили и сказали, что Селеш в кратчайшие сроки нужен человек для работы на выставочном матче в Махве, штат Нью-Джерси.

Годсик ухватился за этот шанс.

– Я сказал: «Я не знаю, что делать, просто скажи мне, что нужно сделать», – вспоминает он со смехом.

В первый же день он поссорился с организатором турнира по поводу требований Селеш к расписанию. Селеш, которой выплачивали солидный гонорар за свое появление (более 250 000 долларов), в итоге получила желаемый временной интервал, и вскоре Годсику предстояло еще одно испытание.

– Завтра играют Guns N’ Roses, – сообщила она. – Достань билеты.

И это удалось Годсику, они даже получили пропуск за кулисы на стадионе Giants, потому что вокалист группы Эксл Роуз был фанатом Селеш.

– Все это выглядело довольно сюрреалистично, – вспоминает сам Годсик.

Селеш попросила его поработать с ней, но у Годсика еще не закончился выпускной год в Дартмуте. Он совмещал учебу и работу с Селеш до марта 1993 года, а затем принял предложение IMG о работе на полную ставку в качестве менеджера Селеш после окончания учебы. Его стартовая зарплата составляла чуть более 20 000 долларов в год.

Но всего через несколько недель он вернулся с поля для гольфа в Ганновере, штат Нью-Гэмпшир, и увидел необычное количество сообщений на автоответчике. Это было 30 апреля. Селеш, занявшая первое место в рейтинге, получила ножевое ранение в спину от невменяемого фаната Штеффи Граф в Гамбурге, Германия. Она перенесла операцию и быстро оправилась от физических ран, но психологическая травма была гораздо глубже. Она впала в депрессию и не возвращалась к игре до лета 1995 года.

– Очевидно, что с ней произошла ужасная вещь, но, честно говоря, мне очень помогло, что она отсутствовала в течение этих двух лет, – признался Годсик. – Это позволило мне изучить бизнес и, по крайней мере, попытаться справиться с большим взрывом ее возвращения».

Годсик стал одним из ведущих агентов в теннисе.

– Если бы я не ответил на сообщение, если бы я не вернулся за свой стол или не работал допоздна, всего этого могло бы никогда не случиться, – считает Годсик.

Селеш познакомила его со своей подругой Мэри Джо Фернандес, бывшей звездой американского тенниса. Они начали встречаться и поженились в 2000 году. Селеш также поручилась за Годсика Мирке и Роджеру.

– Именно Моника связала меня с Роджером, – признал Годсик. – Я многим ей обязан в своей карьере, и обязан жене, которая действительно мне помогла.

В конце 2005 года, когда Годсика приняли в команду Федерера, в прибыли чемпиона случилось значительное изменение. По данным Forbes, к середине 2010 года его годовой доход увеличился более чем в три раза и составил примерно 43 миллиона долларов. Годсик заключил сделку с немецким автопроизводителем Mercedes-Benz и мировыми швейцарскими брендами, такими как производитель часов Rolex, производитель шоколада Lindt и банк Credit Suisse.

В 2008 году Федерер продлил контракт с Nike на десять лет на более чем 10 миллионов долларов в год: рекорд для тенниса. На этот раз жалоб на то, что он обрушивает рынок, не поступало. Годсик также пытался сделать Федерера популярным в США, возможно, на самом сложном рынке для европейского теннисиста, отчасти потому, что теннис – нишевый вид спорта по сравнению с основными командными играми.

– В начале карьеры все говорят об Америке, – сказал мне Федерер. – «Вы делали