Властные институты и должности в Европе в Средние века и раннее Новое время - Татьяна Павловна Гусарова

В течение XI в. с развитием феодальных институтов постепенно изменяется и принцип построения системы управления территориями — здесь все чаще возникают земли сеньориального подчинения, которые жалуются королевской властью во владение пожизненно или на время в качестве бенефициев сеньорам (senior). В XII в. земли, юрисдикция над которыми принадлежит сеньору без участия королевских официалов, уже никого не удивляли. Среди таких земель выделяли реаленго или рехинатико (realengo или reginático) — земли, напрямую подчинявшиеся королю; соларьего (solariego, от испанского solar — родовая земля, часто со стоявшим на ней замком) — земли, жаловавшиеся знати; абаденго (abadengo) — земли, юрисдикция над которыми передавалась аббату; инфантасго (infantazgo) — сеньориальное владение, выделявшееся кому-либо из королевских детей; маэстрасго (maestrazgo) владения духовно-рыцарских орденов (поскольку юрисдикцию осуществлял магистр ордена Maestre de la Orden). Также к концу XI в. появилась новая должность главный мерино (merino mayor), которому должны были подчиняться все прочие мерино, а под его рукой устанавливался мериндад (merindad (как институт власти главного мерино) или merinático (как округ)). Именно мериндады стали основными административными единицами раннесредневековых пиренейских графств, наряду с concejo, которые в русской историографической традиции принято передавать как консехо, и землями (alfoces или tierras).

Города, местечки и сельские поселения подчинялись королевской или сеньориальной юрисдикции и не имели собственных публичных органов управления. Однако здесь продолжала существовать практика общинных собраний, которые периодически выполняли и некоторые публичные функции (засвидетельствовать сделку, завещание) и решали внутриобщинные вопросы. Теперь на них не всегда присутствовали все жители, но обязательно — т. н. омбрес буэнос, которые впоследствии будут называться омбрес буэнос абонадос (hombres buenos, hombres buenos abonados — люди доброй славы).

Только с течением времени и неравномерно для разных королевств и графств, королевских, сеньориальных и епископских земель эти собрания трансформируются в консехо, появление которых знаменует собой приобретение городами и поселениями автономии в внутреннего управления. В консехо, как правило, входили местные должностные лица, назначавшиеся временно. В качестве таковых известны сабасоке (zabazoque, от арабского sāhib al-suq) — официал, отвечавший за порядок на рынке, сальмедина (zalmedina, от арабского sāhib al-madina) следивший за порядком в городе, алькальд (alcalde, от арабского al-qadi), судьи, присяжные и верные (indices, jurados и fieles).

Судебная система также претерпела некоторые изменения с появлением сеньориального режима на территориях раннесредневековых испанских монархий. Высшая судебная юрисдикция по-прежнему принадлежала королю, хотя бывали случаи передачи судебной юрисдикции во всей ее полноте и сеньорам. Юрисдикция более низкого порядка теперь относилась к власти светских и церковных сеньоров, консехо.

Пиренейские королевства XII–XV вв.

В классическое Средневековье государственная власть на Пиренейском полуострове в отличие от ряда других государств сохраняла контроль над территориями королевств[89] и над должностными лицами. По-прежнему основной политической формой оставалась монархия, однако испытавшая некоторые изменения, связанные, во-первых, с процессом феодализации общества, во-вторых, с появлением сословно-представительных учреждений и, в-третьих, с возросшим интересом к римскому праву, что не замедлило проявиться на государственном уровне. Не останавливаясь подробно на этих сюжетах, обратимся к системе управления испанскими королевствами, сосредоточившись на Кастилии и Арагонском королевстве.

Главой каждого королевства был монарх, наделенный всей полнотой власти, правда, теперь ограниченной волеизъявлением кортесов. Король занимался международными отношениями, объявлял воину и заключал мир, созывал войско и командовал им. Ему принадлежала высшая законодательная функция (в Арагоне — при совещательном голосе королевской курии или кортесов) и обязанность творить правосудие. Государь назначал должностных лиц, управлял государственными ресурсами. Он активно участвовал в вопросах церковной организации: в выборе епископов, установлении границ, создании и соподчинении диоцезов, основании монастырей и т. д.

Конец XIV–XV в. были отмечены в Испании дискуссиями о природе и функциях королевской власти. Сторонники сильной королевской власти настаивали на ее божественном происхождении и абсолютной полноте. Их противники во главу угла ставили договор (pacto) между монархом и его подданными, который и являлся, по их мнению, основой для власти государя; особенно сильны такие настроения были в Каталонии.

На практике королевская власть на закате Средневековья ограничивалась законами, фуэро, привилегиями городов, юридическим статусом знати. Например, на первых же кортесах, созванных Фернандо I (1412–1416) в Барселоне в 1413 г., король был уведомлен о том, что основная задача Генеральной депутации (Diputación del General), созданной при кортесах, защищать закон от правителя.

В последние годы жизни Хуан I Кастильский (1379–1390) задумал провести масштабную реформу государственных органов управления, но успел заняться только институтами исполнительной власти, сделав их более эффективными. В рамках предполагавшейся реформы прошли кортесы в Вальядолиде в 1385 г. Здесь была сформулирована новая концепция королевской власти, трактовавшая ее природу и функции. Кастильский государь провозглашался равным императору, получавшим свою власть только от Бога, но осуществлявшим ее посредством закона, который ограничивал и его самого, и его подданных.

Значительные изменения произошли в XIV XV вв. в управлении королевским двором. Прежде всего резко возросло число придворных должностей и за счет их специализации, и за счет простого увеличения штата. Возникали должности, как бы уточнявшие функции других официалов. На протяжении всего периода короли Кастилии и Арагона старались, с одной стороны, сократить придворный штат, что не принесло желаемых плодов, а с другой стороны, ограничить сферу ответственности придворных официалов дворцовыми задачами. На публичных должностях все чаще появлялись летрадо (letrados) — юристы или теологи с университетским образованием. Тем не менее некоторое смешение и наложение друг на друга должностей государственных и придворных сохранялось. В то же время главные придворные должности главного канцлера, главного майордома, главного камерария (canciller mayor; mayordomo mayor; camarero mayor etc.) постепенно превращались в почетные, а не исполнительные, и их получали в основном в качестве пожалования представители высшей знати.

Королевская курия, обладавшая целым комплексом полномочий, в это время перерастает в несколько самостоятельных учреждений, о которых пойдет речь ниже и которые de facto функционировали и раньше, а теперь получили официальное оформление. Это, во-первых, кортесы во-вторых, аудиенсия (audiencia) или королевский трибунал, и, в-третьих, Королевский совет.

С ростом централизации возникали должности, связанные с контролем за деятельностью местных властных структур и королевских должностных лиц на местах.

Центральная система управления

Королевская курия (curia), в которой собирались магнаты и высшие церковные иерархи, по-прежнему оставалась основным совещательным органом при короле, рассматривавшим текущие дела. По делам особой значимости созывалась расширенная курия, или общее собрание двора (curia plena или corte general).

Из малой курии выделилось особое подразделение — канцелярия, занимавшаяся составлением и приданием законной силы королевским документам, получением писем и хранением печати; кроме того, в канцелярию попадали те судебные