Властные институты и должности в Европе в Средние века и раннее Новое время - Татьяна Павловна Гусарова

Все же, как мы видели, в отношении введения в Риксрод существовали по крайней мере законодательные нормы и укоренившиеся обычаи. В отношении же исключения из Совета, напротив, почти не было ни того ни другого[111]. Не было, впрочем, и распоряжений, запрещающих исключать советников из Риксрода. По всей видимости, советник, скомпрометировавший себя либо не угодивший королю или собратьям-советникам, временно или окончательно переставал получать приглашения на заседания Совета[112].

По закону (установление которого в данном случае в точности соблюдалось) в Риксрод входили как представители светского фрельсе, так и представители клира. Из клириков членов Государственного совета главным являлся архиепископ Уппсальский высшее духовное лицо Швеции. Это был единственный член Риксрода, занимавший место в Совете автоматически, независимо от волеизъявления короля и советников. В Риксроде архиепископ имел особое положение, считаясь старшим среди членов Совета. Известно, что некоторые короли Швеции: Эрик Померанский, Кристофер Баварский — рассматривали архиепископов Уппсальских как своих заместителей, исполняющих обязанности главы государства в отсутствие монарха[113].

Остальные шведские епископы: Линчёпингский, Стренгнесский и др. по закону не становились членами Риксрода автоматически. Но на практике примерно с середины XIV в. их место в Совете также являлось гарантированным. Архиепископ и епископы лично участвовали в заседаниях Совета. Если не было возможности явиться, они посылали вместо себя заместителя (как правило, кого-либо из членов соборного капитула), наделив его необходимыми полномочиями. Согласно закону членами Государственного совета наряду с архиепископом и епископами могли становиться «другие клирики». На практике в Риксроде (в качестве самостоятельных членов, а не только на правах епископских представителей) могли иногда заседать члены соборных капитулов[114].

Светскими членами Риксрода в Средние века становились исключительно представители фрельсе: в этом отношении предписание Ландслага соблюдалось точно. Светскими советниками становились представители ведущих аристократических родов; в некоторых из них звание советника переходило из поколения в поколение, фактически передаваясь по наследству. Именно принадлежность к элите являлась первоочередным условием членства в Совете; личные качества в то время играли второстепенную роль.

Число духовных лиц, входивших в Риксрод, законом не ограничивалось. На практике оно являлось небольшим: в сессиях Риксрода участвовало по нескольку человек духовного звания. Иначе обстояло дело со светскими членами Риксрода. Закон гласил, что их должно быть «12, и не более». На деле число советников часто было гораздо большим, нередко — примерно вдвое больше, чем предписывал закон. Причины были достаточно очевидны: либо Совет, желая усилиться, расширял свои ряды, либо правитель нуждался в более широкой поддержке.

Риксрод не являлся перманентным органом: он не заседал регулярно, не находился постоянно в одном и том же месте. Его члены пребывали в разных частях королевства: в своих поместьях или ленах либо в местах службы и время от времени съезжались на заседания. Не существовало и какого-либо нормативного документа, устанавливающего порядок и частоту созыва Риксрода. Советников созывали тогда, когда в них возникала необходимость — для обсуждения возникших вопросов государственной важности. Инициатива исходила от короля или регента; в этом случае члены Риксрода получали письма-приглашения — kallelser. В периоды, когда не было суверена, Риксрод мог собираться самостоятельно. Инициатива в этом случае могла исходить от ведущих духовных и светских аристократов. Повестка совещаний была разнообразной: войны, мятежи, налоги, реформы, международные договоры, браки короля и королевских отпрысков, жалобы жителей страны и др. Заседания происходили следующим образом. Король формулировал вопросы, относительно которых требовалось мнение советников. Затем члены Риксрода коллегиально, без участия короля, обсуждали предложенные вопросы и по итогам этих обсуждений предъявляли монарху ответы. В Средние века не было однозначного мнения относительно того, обязан ли шведский король подчиняться Риксроду в случае разногласий. Но принцип, согласно которому король по всем важным государственным вопросам обязан консультироваться с Государственным советом, соблюдался; монархам приходилось считаться с мнением Риксрода[115].

У Государственного совета имелась наряду с совещательной судебная функция. Она основывалась на том, что король, по закону наделенный высшей судебной властью, делегировал Риксроду свои полномочия. Вопрос об объеме переданных полномочий в разных случаях решался по-разному: король мог лично руководить судебным разбирательством, а мог, например, оставить дело целиком на рассмотрение членов Риксрода, а затем утвердить вынесенный ими приговор[116]. Риксрод участвовал и в законотворчестве создании статутов (швед. stadga) совместно с королем либо самостоятельно (когда не было признанного шведами монарха). Средневековые статуты шведского Риксрода (а также выдержки из них) сохранились в списках, включенных в рукописные книги правового содержания[117]. Существует гипотеза, согласно которой статуты Риксрода получали юридическую силу благодаря их внесению в «регистр королевства» (tiksens register, registmm regnï)[118]. В целом эта гипотеза представляется дискуссионной.

Риксрод отнюдь не всегда имел возможность собраться в полном составе. Иногда дело являлось настолько срочным, что некогда было ждать прибытия советников, находившихся в отдаленных концах королевства. Иногда препятствием к прибытию на совещание оказывались расходы, связанные с поездкой[119]. Возникали и другие препятствия: непогода, распутица, военные действия, народные волнения, причины личного характера. Ситуация, когда Риксрод невозможно было собрать в более или менее полном составе, предусматривалась в кондициях некоторых королей Швеции. Там оговаривалось, что в таком случае для решения государственных дел достаточно мнения большинства членов Совета.

Помимо общих собраний Риксрода нередки были более узкие совещания, в которых участвовали лишь некоторые из советников, например советники из одной отдельно взятой провинции. В таком случае заседание могло носить местный, региональный характер[120].

В число членов Риксрода входили лица, занимавшие высшие должности: канцлер, дротс и марск. Канцлером (лат. cancellarius regis; cancellarius regni) почти неизменно являлось духовное лицо, часто — один из епископов[121]. Дроте (лат. dapif er regis или dapifer regni) являлся верховным судьей и помощником короля, первым его заместителем — своего рода премьер-министром[122]. Марск, или марскалк (marscalcus) был, собственно, «маршал» сперва начальник конницы[123], а позже, в XV в., — верховный военачальник, получавший чрезвычайные полномочия в военное время. В мирное время марск являлся помощником дротса.

История Государственного совета и высших должностей Швеции была, конечно же, прочно связана с развитием средневекового шведского государства и с политической борьбой в нем.

Важнейшим фактором позднесредневековой истории Швеции являлась борьба магнатов за власть и материальные ресурсы — особенно за обладание ленами. Часть магнатов в этой борьбе делала ставку на лидеров из своего круга; других, напротив, устраивал правитель, находящийся «далеко» за пределами Швеции и не вмешивающийся в их политику.

Во второй половине