Трампизм в Америке: полдень консерватора - Георгий Эминович Асатрян

отсутствовали пошлины, не было существенных тарифов, а налоговая нагрузка поначалу была минимальной. Но колонии осваивали земли, расширялись. Они росли и богатели. К концу XVII века поселенцы начали эмиссию собственных банкнот. В 1751 году имперский парламент принял Закон о денежном обращении (Currency Act), который запретил данную инициативу и обязал колонии использовать единую валюту империи. При этом стоит всегда помнить, что в британском парламенте не было ни одного представителя 13 колоний.

Наиболее известным и громким стал Закон о гербовом сборе (Stamp Act). В 1765 году он установил прямое и непосредственное налогообложение американских колоний. Решение это было ожидаемым и готовилось еще в конце войны. Приходилось брать в долг, а колонии стали крупными экономическими игроками и ощутимым звеном в имперской морской торговле. Парламентарии объясняли это решение необходимостью выплачивать долг и восстановить экономическую стабильность после завершения крупнейшей войны. Даже звучали мнения, что подобная акция может быть временной. Недавняя война, как ее называли современники, во многом велась за колониальное влияние, и с точки зрения империи английские войска защищали 13 колоний от враждебной французской армии, взяв под контроль восточную часть современной Канады. По этой логике империя чувствовала свою правоту: мы вас защитили от захвата французов, теперь пришло время платить долги, то есть налоги, чтобы вернуть колоссальные затраты на войну. Позже метрополия отменила гербовый сбор, но лишь формально. Был утвержден Декларативный закон (Declaratory Act), который был более общим и подтверждал право метрополии принимать любые решения и законы в отношении колоний. Британский парламент всю вторую половину XVIII века, вплоть до начала революции, выдумывал и принимал различные витиеватые акты, направленные на две цели. Первая – установить контроль над импортом и экспортом американского континента. Вторая – выстроить систему, которая позволяла бы выкачивать прибыль из 13 колоний. Позже к этим целям добавилась еще одна, самая примитивная: сохранить военно-политический контроль над континентом. Все три цели ждал сокрушительный провал.

Помимо драконовских тарифов, тяжелых налогов и пошлин, колонистов смущала угроза с севера. Война с французами и индейцами (а именно так называли пуритане семилетний конфликт) привела к аннексии заселенного франкоязычными католиками канадского Квебека. Колонисты сами рассчитывали на эти территории и находились в вялотекущем конфликте с местными последователями папства. Итоги войны поставили крест на планах колонистов закрепить свое влияние на богатых северных землях Квебека. Ненавистные католики стали подданными короля и получили его защиту. И с тех пор надежды пуритан расширить свои владения на север оказались обречены. В кругах поселенцев эти события стали печальным доказательством того, что империя делает все исключительно в своих интересах, а потребности подданных в Новом Свете короля, его двор и парламент мало волнуют.

В 1773 году парламент принял роковой для империи и судьбоносный для американского государства Чайный закон» (The Tea Act). Британская Ост-Индская компания, управляющая индийской колонией, находилась в финансовом кризисе и одновременно накопила на складах колоссальное количество чая. Чтобы поддержать важнейшую для империи организацию, парламент принял решение предоставить ей существенные льготы в вопросах реализации чая. Это сильно не понравилось американцам. Империя не ждала столь резкой реакции и полагала, что поселенцы преодолеют свое недовольство. Нельзя сказать, что недовольство в колониях осталось незамеченным в метрополии. Конституционная монархия давала возможность свободно высказываться. Были и те, кто критиковал короля и особенно колониальные власти в политике, «противоречащей ценностям» империи. Однако практического результата такая критика не дала. Она была словно бесполезным фоном той политики, которая безудержно и бездумно проводилась могущественной империей. Задним умом все крепки. Однако с высоты времени кажется, что Британия вела себя иррационально. В 1774 году Эдмунд Берк произнес в парламенте речь «Об американском налогообложении», где выступил с резкой критикой имперской политики в отношении колоний в Новом Свете. «Оставьте американцев такими, какими они были издревле… Будьте довольны тем, что свяжете Америку законами торговли; вы всегда это делали… Не обременяйте их налогами… Если суверенитет и свобода не могут быть примирены, что они выберут? Они бросят ваш суверенитет вам в лицо. Ни один человек не будет принужден к рабству».

В конце 1773 года происходит эпизод, вошедший в историю как «Бостонское чаепитие». Члены патриотической организации «Сыны свободы», выступающей против британского влияния, проникают на британские торговые суда и выбрасывают за борт несколько десятков тонн чая. Принято считать, что с этого театрализованного акта, собственно, и началась Война за независимость. Американская буржуазия, собственники предприятий, земли, плантаций и фабрик, инициируют бойкот английских товаров. Здесь особенно отличился организаторский талант отца-основателя Джона Адамса, будущего второго президента. Этот английский род вообще подарил Америке много выдающихся деятелей. Как я писал ранее, отцы-основатели были вторым поколением прибывших в Америку поселенцев. Отец Джона, фермер и пуританский священник, был родом из Англии, он прибыл на континент в первой половине XVII века. Внук отца-основателя, Джон Куинси Адамс, также станет президентом Соединенных Штатов и вдохновителем «Доктрины Монро», а перед этим поработает в качестве первого американского посланника в Российской империи. Другим замечательным представителем этой семьи был правнук отца-основателя и писатель Генри Адамс. Его перу принадлежит одна из замечательнейших книг о социальной истории Америки – внушительное «Воспитание Генри Адамса», написанное в автобиографическом стиле.

Итак, различные группы, в том числе «Сыны свободы», организованные и спонсируемые бостонцем Адамсом, начинают столкновения с британскими войсками, которые присутствуют в 13 колониях, особенно в Бостоне и других крупных городах, со времен недавней войны. Американская литература и публицистика в свойственной им манере гениального маркетолога и пиарщика придали бостонскому инциденту легендарный характер. Бостонский порыв стал символом гражданского неповиновения и надеждой колонистов. В ответ на действия «бостонских радикалов и фанатиков» парламент метрополии принимает принудительные акты (Coercive Acts) – серию законов, которые имели как политический, так и экономический характер. Лондон провел смену власти в колониях и дал больше полномочий имперскому губернатору. Массачусетсу было вменено выплатить компенсацию за испорченной товар, а бостонский порт был блокирован. Одним словом, стороны достигли тупика. Война была неизбежна. Империя не хотела идти на уступки. Колонии выросли и окрепли. Они больше не желали терпеть унижения и поборы. Создавая новую страну, строя города и фермы в далекой от Старого Света пустыне, англичане Массачусетса и остальные колонисты не хотели платить налоги тем, от кого бежали их предки, отцы и деды. Конфликт имел политэкономический характер, однако идеологическая и моральная составляющая в ней также присутствовала. Когда Америка окрепла и обогатилась, она решила сбросить бремя зависимости. Суть этих событий можно найти во фразе, которую приписывают одному из отцов-основателей: «Где это видано, чтобы остров управлял континентом».

Американская