Властные институты и должности в Европе в Средние века и раннее Новое время - Татьяна Павловна Гусарова

д'Уццано, Джино ди Нери Каппони, Мазо и Ринальдо дельи Альбицци, отличающиеся энергией и незаурядными способностями к управлению государством[58]. Они сумели добиться после 1400 г. относительного гражданского мира, расширить территорию государства: включение Ареццо и Пизы, обладавшей удобным выходом в море, позволило снизить налоговое бремя в самой Флоренции, перенеся его частично на население подчиненных городов. Введение в 1427 г. единого унифицированного налогового кадастра, учитывающего движимое и недвижимое имущество, упорядочило налоговую систему. Но олигархическое управление во Флоренции не приобрело стабильности, характеризующей политическое устройство Венеции. Правящий слой флорентийского общества отличала частая смена фамилии, ротация внутри социальных элит, отсутствие сословной замкнутости, сильное стремление к социально-политической эскалации снизу. Эти факторы препятствовали складыванию патрициата как сильной и обособленной правящей группы.

Республика Медичи: тенденции перехода к принципату (1434–1530)

К 30-м гг. XV в. внутри флорентийской олигархии усилилось соперничество за политическое преобладание между фамилиями Альбицци и Медичи, завершившееся победой фракции Медичи. Установился режим влияния Козимо Старшего (1434–1464) на властные структуры республики. Внешне в устройстве государства почти ничего не изменилось: все органы власти сохранились. Основная задача первых Медичи — поместить на главные посты своих сторонников и доверенных лиц, не аннулируя прежнее устройство. Козимо Медичи и его наследники не имели никаких официальных полномочий и титулов, утвержденных императором, а также постоянных должностей. Их правление не обходилось без репрессий: противники Козимо Медичи в 1434 г. были высланы из города. Но в политике Козимо и его потомков превалировали другие методы воздействия на общество, позволяющие им в дальнейшем обойтись без кардинальной перетасовки фамилии, составляющих слои правящей олигархии, расширяемый за счет включения имен новых людей. Влияние Козимо Старшего распространялось благодаря кредитам банка Медичи и матримониальным союзам: посредством сложной брачной стратегии враги превращались в друзей и родственников. При Лоренцо Великолепном добавилось воздействие на общество двора, отличающегося ренессансными признаками, и часто проводимых массовых зрелищ. Медичи умели вести диалог с городскими низами: они ослабили роль списка Зерцало и допустили несостоятельных налогоплательщиков к ряду низших коммунальных должностей (1446). Симпатии низов позволяли на народных собраниях избирать в балии сторонников Медичи, а частый созыв Парламенто создавал эффект повышения политической активности «тощего народа», выгодно контрастирующий с порядками олигархического периода. Балии превращались в инструмент контроля над избирательными списками и обеспечивали их сторонникам постоянное пребывание на ключевых постах.

Козимо, зная наиболее уязвимые фазы избирательного механизма, манипулировал избирательной системой, добиваясь, чтобы его сторонники преобладали в Коллегии аккоппьяторов. Достигнув этого, он стремился усилить полномочия этой избирательной комиссии и продлить сроки ее действия: Коллегия аккоппьяторов, созданная в 1434 г., пробыла в должности пять лет вместо обычных шести месяцев. Аккоппьяторам время от времени предоставлялось право «наполнять сумки рукой», т. е. открытым голосованием самостоятельно определять, сколько жребиев поместить в сумки и на какие именно должности, или переложить из ранее сформированных сумок в новые, производя таким образом тайную «чистку сумок» от имен противников Медичи. Когда в обществе поднимался ропот против вопиющих нарушений избирательных норм, прежние законы на время восстанавливались, что имело место в 1441, 1449, 1455 гг., но избирательные сумы уже были наполнены именами сторонников Медичи. Это лавирование продолжалось все 30 лет, пока Козимо негласно находился у власти. Нарушения всегда имели предел: за 30 лет в Синьорию ни разу не был избран кандидат, имени которого не содержалось в избирательных списках; поэтому аккоппьяторов было трудно обвинить в прямых беззакониях, хотя все более сужался круг имен, отбираемых из списков в сумы, а антимедичейцы лишались доступа к постам. Коллегия аккоппьяторов, ранее исполнявшая скорее технические функции, становилась очень влиятельным орудием власти Медичи. Только в 1466 г., подавив попытку заговора, Пьеро ди Козимо (1464 1469) установил 20-летний срок действия новых медичейских норм избрания на должности[59], и Коллегия аккоппьяторов стала институциональным органом. Состав аккоппьяторов ежегодно переизбирался, что явилось уступкой традиции: флорентийцы отрицательно воспринимали комиссии с несменяемым составом, считая их признаком тирании.

Лоренцо Великолепный (1469–1492) продолжал деформацию механизма действия важнейших политических институтов, до 80-х гг. поддерживая почти в неизменном состоянии структуру правящих органов. При Медичи повышалось значение нескольких чрезвычайных органов: Восьми гвардии и Десяти войны, в руках которых концентрировалось и управление внешней политикой. Руководство финансами все больше сосредоточивалось в руках служащих лиц Монте. Эти структуры постепенно приобретали исполнительную власть и надстраивались над Синьорией. Официальные лица Монте и Совет шести по торговле, являясь профессиональными легистами, начали оттеснять на второй план цеховую юрисдикцию, предопределив упадок цехов как политических ассоциаций.

Новые структуры власти в медичейской республике

Производимые изменения до 80-х гг. не отличались значительными масштабами. В 1458 г. был создан Совет ста (ит.: Consìglio dei Cento) с целью ослабления напряженности в обществе, усилившейся в связи с недовольством выборными махинациями. Его функции заключались в том, чтобы санкционировать выборы, одобрять или отклонять постановления, относящиеся к выборным спискам и процедурам. Совет ста, став первой инстанцией для принятия важных законов, быстро приобрел и новые функции, прежде исполняемые балии, избрание служащих Монте и Восьми гвардии. Прочие сферы по-прежнему регулировались Советом народа и Советом коммуны. Совет ста не имел власти утверждать законы без согласия других советов, а его состав традиционно сменялся каждые шесть месяцев. Республиканский принцип сменяемости состава магистратов доставлял Медичи много хлопот, поскольку приходилось действовать в условиях доступа к власти относительно широкого слоя горожан.

Более существенные изменения в сфере законодательной власти произошли при Лоренцо Медичи. В 1471 г. был создан Главный совет (ит.: Consiglio Maggiore), которому он доверил важнейшие функции утверждение наиболее важных постановлений, тогда как Совет ста, Совет народа и Совет коммуны отошли на второй план. В состав Главного совета входили 40 граждан, избираемых Синьорией и пятью аккоппьяторами, а также по 50 граждан, отбираемых от каждой картьеры указанными 40 советниками, в чем выражалась тенденция к замыканию избирательной системы. Главный совет решал вопросы о наказании мятежников, санкционировал новые налоги, одобрял решения, касающиеся должностных лиц. Если к нему присоединялся также Совет ста, то обходились без окончательного решения Совета народа и Совета коммуны.

Лоренцо Медичи в 1480 г.[60] создал еще один коллегиальный орган, который являлся наиболее надежным средством монополии его власти — Совет семидесяти (ит.: Consiglio dei Settanta), сначала с пятилетним сроком действия, который затем пролонгировался еще на столько же времени. Его состав формировался путем очень сложной трехступенчатой процедуры. Члены Совета семидесяти избирались пожизненно, вакантные посты замещались самими советниками, а сфера его компетенции не имела четких ограничений. В нее входили: процесс составления генерального списка на все должности, превращающий этот Совет в постоянную Балию; функции надзора за Монте и налогами; подготовка окончательных