Вашингтонский указ - Юсси Адлер-Ольсен

— Чудовищно! — Его голос сорвался на крик. — Я бы своими руками придушил его, если бы он тогда не сбежал вместе с матерью.

— Она ушла от вас после этого?

Он кивнул, пролив половину виски на стол:

— Я следил за этой паскудой все эти годы. Ну конечно, он нашел себе богатенького сенатора-демократа, под которого можно лечь. Кто еще, кроме этих гребаных либералов, окажется настолько глуп, чтобы пригреть у себя на груди змею? — Он злорадно рассмеялся. — На нашей улице до сих пор живут человек десять, которые помнят Томаса с детства. Спросите их, что они о нем думают. Спросите про все его каверзы, фокусы и подлости. — Он смахнул пролитый бурбон со стола рукавом. — Ни одному его слову верить было нельзя. Кукушонок, который выпихивал из гнезда всё живое. И теперь этот тип сидит в Белом доме и смеется над всеми нами. Вице-президент Соединенных Штатов, надо же! — В его голосе было столько яда и презрения, что он еще долго не мог успокоиться от душившего его гнева.

— В пятнадцать лет он занимался шантажом женщин. Вы знали об этом?

Генерал Сандерленд уставился в пол:

— Паршивец избежал колонии только потому, что моя дура-жена за него заступилась. Наивная была женщина, верила каждому его слову. Но этот сопляк быстро усвоил урок. Он втирался людям в доверие только для того, чтобы потом использовать их в своих целях, понимаете?

Т. кивнул:

— Да, мне известно об этом деле.

— Тогда вы наверняка догадываетесь, что он занимался этим всю свою жизнь.

Билл Пейджлоу Фальсо, начальник государственной тюрьмы «Сассекс I» в Уэйверли, когда-то имел проблемы с кадрами на аналогичной должности где-то на севере, но за годы после перевода так хорошо освоился на новом месте, что стал живым воплощением этой серой казенной махины. Фальсо был человеком строгих принципов. Поначалу Т. Перкинс почти не пересекался с ним, но за последние десять лет они так часто сталкивались по работе и общались в столь дружеском тоне, что могли считать друг друга добрыми приятелями и коллегами по ремеслу. Т. не слишком разделял набожность Фальсо, но уважал его за предельную честность, последовательность и умение держать слово. Время от времени Т. просил Фальсо об облегчении режима для некоторых заключенных, в которых видел человеческую искру, и Фальсо шел навстречу. Взамен начальник тюрьмы нередко гостил у Т., когда у него просыпалась страсть к охоте. Фальсо обожал пострелять дичь, а Т. знал каждого землевладельца с охотничьими угодьями в округе Хайленд. Весьма полезное партнерство, особенно учитывая нынешнее деликатное дело шерифа.

Он всматривался в дорогу. Перестрелки ополченцев и лесные пожары выгнали на 60-е шоссе множество перепуганных диких зверей — об этом красноречиво свидетельствовали раздавленные тушки скунсов, опоссумов и енотов на асфальте. Слава богу, за всю свою бесконечно долгую службу и разъезды по дорогам Вирджинии Т. ни разу не сбил ни одного животного. Он постучал пальцами по рулю и глянул на часы. Если он проскочит кордоны в Мэйконе, Сентралии и Диспутанте так же быстро, как предыдущие, то прибудет в Уэйверли задолго до шести вечера — времени сегодняшней казни. Значит, у Фальсо будет время переговорить с ним.

У самого горизонта на севере над государственным лесом Камберленд висела плотная дымка. Значит, у ополченцев опять неспокойно. Шериф провожал взглядом колонны военных грузовиков, которые обгоняли его и сворачивали на дорогу к Эшби. Скоро там прольется немало крови.

Он откинул крышку бардачка и принялся шарить в поисках своей записной книжки. Она лежала поверх старых дротиков для дартса, заваленная пачками зефира — секретной заначкой Доди Холл. Он вытащил блокнот и один из дротиков. Этот дротик он смастерил сам: выточил наконечник и подобрал идеальное оперение для центровки веса. С ним он укладывал четыре броска из пяти точно в яблочко, и это было чистой правдой. Это было его лучшее творение, и с тех пор ему не удавалось сделать ничего подобного.

Он усмехнулся, нашел в блокноте номер Догги и потянулся к рации. Связь работала на пределе дальности, но сквозь шипение его услышали.

— Доди, как там дела у Уилли Ривердейла?

Помехи нарастали, но голос Доди подействовал успокаивающе:

— Всё в порядке, Т. Одно легкое пробито, но Уилли парень крепкий, выкарабкается.

— А Арредондо?

— Тоже пойдет на поправку. Через месяц оба будут в строю и при погонах, я тебе лично гарантирую, босс!

Т. даже не сомневался. Эта девка костьми ляжет, сама им бинты будет менять, но на ноги поставит.

— Я вернусь не раньше понедельника, — сказал он. — Справляйтесь пока сами. Назначаю тебя временно исполняющей обязанности шерифа, Доди. Поняла?

Если она и хотела возразить против такого назначения, то сделала это очень тихо. Интересно только, что скажут немногие жители округа Хайленд, когда узнают, что на пару дней власть перешла к ней.

— Соедини меня вот по этому номеру. — Он продиктовал ей мобильный Догги.

Прошло несколько секунд. Он хотел сказать Догги, что делает всё возможное и не забыл о своем обещании.

— Извини, босс. Говорят, абонент временно недоступен. Попробовать еще раз?

— Набери в Белый дом и позови Дороти Роджерс.

— В Белый дом?

— Просто сделай это, Доди.

— Ты про Дороти Роджерс, которую зовут Догги?

— Да. Ты знаешь её?

— Босс, она же в федеральном розыске! Она пыталась грохнуть вице-президента Сандерленда, теперь ее ищут по всей стране. Ты бы хоть полицию послушал по рации, босс.

Он нахмурился, чувствуя, как в висках начинает стучать тупая боль.

— В розыске?

— Ну да. В сети куча роликов висит, сам глянь, если не веришь. Всё чистая правда. На записи толком ничего не разобрать, но видно, как она со всей дури пинает его по яйцам, когда он уже валяется на полу.

Т. покачал головой. События развивались со слишком бешеной скоростью.

— Так что, Т., пробовать еще раз её мобильный? — спросила Доди.

Шериф посмотрел на дорогу перед собой. В зеркале заднего вида солнце медленно клонилось к закату на западе.

— Нет, Доди, не надо. Разберемся с этим позже. Удачного дежурства!

Глава 25

Из всех житейских мудростей, которые Уэсли довелось выслушать за свою относительно недолгую жизнь, мамино утверждение о том, что если на каждую чашку кофе выпивать две чашки чая, то можно пить вообще всё, что душе