Проклятие Золотого города - Тай Хоу

сторону. В чем-то Сунь Юань был прав – им следовало многое обсудить, но сколько времени потребуется на то, чтобы они сумели заговорить друг с другом? Это ведали лишь Небеса.

– Принцесса каждую ночь плакала из-за этого неблагодарного сына. Ей все говорили, что слезы тут ничем не помогут, но она так ничего и не сделала, чтобы вернуть его, – задумчиво произнес Ся Ваньба, глядя на развернувшуюся перед ними сцену.

Юнь Шэнли обратился к нему:

– Тайцзы, вас тоже ожидает кое-кто.

– А?

Ся Ваньба обернулся и увидел своего наставника и роскошную повозку, которая должна была довезти его до императорского дворца.

– Ваше Высочество, я рад, что с вами все в порядке, – произнес Лю Шуйжун, на чьем всегда спокойном лице появилась слабая улыбка. Новости о ранении принца ошеломили его, и он не спал от тревоги почти всю неделю.

Наследный принц отвернулся от него, но сказал:

– Что вы тут делаете… – Ся Ваньба увидел недовольное лицо Юнь Шэнли и тут же добавил: – Наставник…

– Мне было поручено встретить вас и сопроводить во дворец.

Такой ответ не понравился принцу, и он возмутился:

– То есть вы здесь даже не по собственной воле?

– Я…

Юнь Шэнли страшно вымотался от одного лишь присутствия Ся Ваньба, поэтому решил поскорее передать его другому.

– Твой наставник, скорее всего, имеет в виду, что, бросив все дела в академии, он пришел встретить тебя. Наставник Лю?

Лю Шуйжун закивал.

– Ха! Могли и не приезжать, меня всего-то едва не убили!

Перед тем как сесть в повозку, Ся Ваньба обернулся и попросил Юнь Шэнли:

– Шэнли-гэ, сообщишь мне, как там твой советник Яо? Если встретишь его… скажи спасибо…

Не дождавшись ответа, мальчишка смущенно скрылся в карете.

Юнь Шэнли удивился такой просьбе. Ранее наследный принц не проявлял ни капли дружелюбия к Яо Линю. Да что уж там, он ни к кому даже банального интереса, кроме, вероятно, самого Юнь Шэнли, и то не проявлял. Что же могло такого случиться с ним, пока они с Яо Линем были в плену у наместника Су?

– Вот и снова мы остались втроем, – произнес Сунь Юань. – Думаю, стало тихо.

– Ну наконец-то! Устал слушать кваканье этой жабы! А господин Лэйчэн вот был веселым, правда, на обратном пути чего-то совсем поник. Наверное, история с наместником Су его поразила в самое сердце…

– Заместитель Чжи, ты же до этого поливал грязью господина Лэйчэна?

– Не было такого.

– Да что ты? Наверное, испугался того, что он может вернуться к семье и снова обрести влияние? Страх потерять должность сильнее обид?

Чжи Хань отмахнулся от него и отвернулся.

– Глава Юнь, теперь возвращаемся в Ведомство? Еще придется передать наместника Су цензорату. Это же их упущение. Не начнут ли они строить нам козни… – Сунь Юань вдруг вспомнил, кем был отец Юнь Шэнли, и попридержал дальнейшие слова.

– Это действительно дело цензората, но виноваты они в этом всем министерством. У меня предчувствие, что расследование только начинается. Рыба гниет с головы. Но наместник Су точно не был ею – он скорее хвост, который закрепляет все туловище. – Глава Юнь обернулся, глядя на уставших членов Ведомства. – Можете отправляться к себе домой. Я понимаю, что вы хотите отдохнуть, но уже завтра вы должны быть в Ведомстве.

– Глава, а вы сейчас куда?

Разумеется, он не поедет сразу к отцу докладывать о своих успехах, нет. Долгая и утомительная дорога привела Юнь Шэнли обратно в родные места в переулке Луянсян к человеку, который посмел его бросить. Он ждал слишком долго, чтобы предъявить претензии кое-кому за то, что его оскорбило до глубины души.

– Я навещу господина Яо. Он должен мне объяснить свой поступок.

Сунь Юань дернул Чжи Ханя за руку и шепнул:

– А вдруг глава убьет господина Яо? Давай пойдем с ним!

Чжи Хань, который мыслями уже унесся далеко к долгожданной мягкой постели, не оценил его рвения:

– Да что глава ему сделает?

Но тут заместитель вдруг вспомнил, как глава ходил по всему Далину с таким мрачным лицом, что все дрожали от страха, и захотел забрать свои слова обратно.

Юнь Шэнли не стал задерживаться и сел в повозку, которая медленно двинулась в сторону постоялого двора, не взяв с собой подчиненных. Черная лошадь неторопливо шагала по дороге, ведущей на восток города. Копыта звонко стучали по камням, создавая мелодичный стук. Цок-цок. Цок-цок. Звук становился все громче, означая приближение чего-то неминуемого – будто предупреждая одного конкретного человека.

Юнь Шэнли действительно первым делом поехал к Яо Линю, и, несмотря на его разрешение отправиться на заслуженный отдых, за ним, как хвостик, все же увязались Чжи Хань и Сунь Юань. Один переживал, что их глава может натворить дел, а другому было просто интересно посмотреть на веселое представление.

Все двери и ворота были закрыты. Постоялый двор не работал и выглядел пустым и заброшенным. Юнь Шэнли усмехнулся:

– Яо Линь, думаешь, это меня остановит?

Ответом ему была тишина. Только внутри самого «Белого Журавля» Сяо Ши в панике ворвался к Яо Линю с важной новостью:

– Господин, демон вернулся, чтобы продолжить вас преследовать!

Яо Линь схватился за голову, думая, что только этого ему не хватало. Он надеялся, что дело наместника Су затянется как минимум еще на месяц, но, похоже, у Юнь Шэнли была веская причина действовать быстрее.

– Сяо Ши, скажи ему, что я уехал и здесь только ты.

– Понял!

Сяо Ши выбежал на улицу и через ворота крикнул:

– Глава Ведомства, мой господин уехал, так что не появляйтесь здесь больше!

Юнь Шэнли сжал руки в кулаки и с издевкой уставился на закрытые ворота, понимая, что Яо Линь опять играет с ним.

– Да? И куда же он уехал? Когда и на сколько? Он отправился один или взял еще кого-то?

От таких вопросов у Сяо Ши заболела голова. Он не знал, что ответить, так как господин не дал ему нужной информации.

– Я сказал, что он уехал, значит, уехал! Остальное вам знать необязательно!

Чжи Хань занервничал и попытался остановить главу:

– Может, господин Яо и правда уехал?

Юнь Шэнли начинал терять терпение:

– Яо Линь, если ты не появишься передо мной сейчас же, я войду сам!

Яо Линь, укрывающийся за стенами постоялого двора, ударил себя по лбу:

– Что же делать? – Стыд за собственную слабость до сих пор преследовал его каждое мгновение. Общаться после такого с Юнь Шэнли было просто невыносимо, поэтому поддаваться на чужие угрозы и уговоры он не собирался.

Когда ответа не последовало, Юнь Шэнли огляделся по