Сибирский приключенческий роман 6 - Василий Владимирович Коростелев

А тем временем Андрей, нимало не заботясь о том, что именно его упорно вычисляет Пулькин, да скорей всего всё равно что-то знает, стал прикидывать, чем бы ему заняться, пока Надя находится на дежурстве. После того как Старцев все документы отдал Кроту, не получив с того ни копейки, вся надежда осталась только на Светлану, но, вспомнив о разговоре с Кирой, начинающий шантажист как ни храбрился, а приуныл – перспективы быстрого получения денег с Пулькина явно не предвиделось, тем более тот тоже не сидит сложа руки.

Так ни до чего не додумавшись, Ветлицкий оделся и спустился вниз. Город, только что отметивший очередной праздник, смотрелся как одна сильно захламлённая квартира после крупной попойки: из сугробов там и тут выглядывали горлышки пустых винных бутылок, повсюду валялись жестяные пивные баночки, апельсиновые корки, огрызки яблок, тротуары были усыпаны разноцветной перхотью конфетти – и всё это создавало впечатление чего-то утраченного, заставляло ещё больше тревожиться… К редакции «Енисея» Андрей подошёл вовсе упавшим духом, но вера в то, что жизнь должна как-то наладиться, всё-таки не оставляла его, и поэтому, когда в вестибюле газетного здания, прямо с противоположной стены от входа, с очень сильно увеличенной фотографии на Ветлицкого глянули лучистые Светкины глаза, он даже не сообразил, в чём дело. Показалось, что это новогодний прикол или выставка одного портрета, хотя был он перехвачен с угла муаровой чёрной лентой и на тумбочке подле лежало несколько алых гвоздик.

Ничего не понимая, Андрей прошёл по мрачноватому коридору вглубь редакции и уже около куксовского кабинета вдруг подумал, что, скорей всего, Светка там. Однако комната его подружки была пуста, никого не было и в соседних, только у Лины Фёдоровны толпились люди, но эти личности ни о чём не говорили Ветлицкому. Подождав, пока Лина освободится, он молча кивнул, и ответсекретарь, опережая вопрос, тихо сказала:

– Убили нашу Светлану. Нашли в подъезде своего дома, чуть ли не босиком, и чего она выскочила? Да благо бы у двери, на площадке, а то внизу, почти на выходе во двор… Завтра похороны, ты узнай у Германа, что к чему, он в курсе. – И заплакала как-то совсем по-детски, горько и безысходно.

Ветлицкий посмотрел в окно, туда, где на противоположной стороне улицы посверкивала вывеска шикарного ресторана, и вспомнил рассказ Светланы о крутой разборке возле этого вертепа, а теперь вот и она попала в подобную ситуацию, скорей всего, из-за тех документов, которые ей Андрей передал недавно. Теперь очередь за ним, неудачливым шантажистом. Значит, нужно броситься под защиту Купцова, а не поздно ли? «Явлюсь, как цуцик…» – зло подумал Ветлицкий и вдруг ляпнул ни с того ни с сего:

– Это я виноват, что Светлану убили. У нас бумаги были на Пулькина, вот она и взялась раскрутить управляющего, а силёнки не подрассчитала…

– Да-да, – вяло согласилась Лина Фёдоровна. Похоже, что до неё не дошёл смысл сказанного. – Журналистам всегда достаётся первым. Вот и тогда, когда человека у ресторана ранили, Светочка фотографа нашего потащила на место происшествия, что-то пыталась предпринять. Ты приходи, Андрей, помянем девочку… – и снова наладилась плакать, а Ветлицкий, пятясь, потихонечку выбрался из кабинета и пошёл к выходу.

Он брёл по городу, сам не зная куда. Перед глазами так и стояла фотография погибшей, причём виделась так явственно, что Андрей подумал, не бредит ли он? Совершенно не к месту вспомнилась их первая встреча, торопливое, по-детски озорное совокупление, когда Куксова чуть ли не силой затащила Ветлицкого на себя, а потом ещё и вахтёршей припугнула. Журналистка всегда была несколько авантюрна в своих поступках, вот и сейчас, по-видимому, немного не рассчитала.

Значит, в городе Андрею не жить, все пути отрезаны. Нужно бежать в Красногорск, упасть в ножки Роману Лунину: «Помоги!» Впрочем, кто теперь будет им серьёзно заниматься, начинающим стихотворцем? Не чета ему литераторы влачат нищенское существование. И всё-таки нужно бежать именно в Красногорск, отсидеться там до выборов и… если победит Рамзин, то можно будет хоть на что-то надеяться, а если Пулькин, то хуже, чем сейчас, не будет.

Андрей совсем было направился к дому Наденьки Вострецовой, чтобы забрать кой-какие вещи, когда почти вплотную к нему подъехали вишнёвого цвета «жигули» и сидевший на заднем сиденье мужчина в кожаной куртке, приоткрыв дверцу, спросил:

– Эй, парень, скажи, как в Союз писателей проехать?

– В Союз? – Ветлицкий слегка отодвинулся от машины. – Это вам прямо надо, до светофора, потом повернёте направо, а там… с задов лучше, потому что на проспекте одностороннее движение.

– Может, покажешь? – улыбнулся мужчина. – Не откажи, приятель, нам ещё в администрацию надо.

– В СП зачем? – рассеянно поинтересовался Андрей, понимая, что своими ответами только путает незнакомцев.

– Предприниматели мы, типографию думаем открывать, вот и хотелось бы почву прощупать. Да ты садись, – мужчина выскочил из «девятки», жестом приглашая поэта в салон, – а потом Струк тебя подбросит, куда надо, пока мы с местными литераторами покалякаем.

Андрей тяжело вздохнул и, садясь в машину, спросил:

– А вы не из Красногорска?

– Угадал, а ты что, оттуда?

– Да нет, но собираюсь. Учился в педагогическом когда-то, знакомые там остались, тоже литераторы.

– Слышь, Струк, везёт нам сегодня. Только приехали и сразу на нужного человека наткнулись.

– Я правильно еду? – вместо ответа спросил водитель.

– Правильно, на следующем перекрёстке свернёте и со двора подрулите.

– А когда к нам собрался-то, если не секрет? – поинтересовался всё тот же, разговорчивый в кожанке.

– Да хоть сейчас, только вещи забрать. – У Ветлицкого затеплилась надежда на то, что, пока ребята бегают по своим делам, можно в машине отсидеться, а потом даром до Красногорска добраться, только знать бы, когда они обратно поедут. – Вы сегодня же думаете возвращаться?

– Сегодня, шеф в Союз заскочит – и вперёд…

– А как же администрация? – спросил Андрей.

– Ах да, хотя это само собой.

Во дворе, на задах дома, где располагалось отделение Союза писателей, сидевший рядом с шофёром довольно-таки хмурого вида человек вышел из машины, а тот, который занимал Ветлицкого беседой, и шофёр остались.

– Начальство без нас базар наладит, а ты, как я понял, хотел бы с нами поехать. Мы не против, Струк?

– Конечно, лишь бы шеф не застопорился.

– Ему теперь не до нас, вчера перебрал малость, а тут командировка. За четыре часа допёрли по автобану, правда на перевалах снег, но ничего, водила у нас классный. Вещички-то у тебя есть и с работой как, паспорт, трудовая, не требуют снятия с учёта?

– С работой у меня никак, паспорт тоже при