Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

головой: – Опасный соперник! Хорошо, что его сабля короче моей оказалась. Похоже, это и есть один из тех самых убийц-нельзя[141], которых наняли якудзы. Слыхал я, у них для удобства сабли короткие – верный их признак. Ему не впрок пошло. Ты серьезно ранен? – спросил он доктора, обнюхивавшего железку и смотревшего ее на свет.

– Вроде лезвие не отравлено. Тогда не очень серьезно. – Леон достал свою хирургическую иглу и, протерев рану спиртом из маленькой фляжки, привычно принялся зашивать плечо. Иван закинул труп врага в хранилище с мечами. Пока противник больше себя не проявлял. Может, этот один и был разведчик?

Найдя в очередном помещении взрывчатку, они прихватили с собой пару ящиков, а также детонаторы.

Нагруженные сверх меры всем этим смертоносным добром, они дотащились до выхода и тут обнаружили Петра, сидящего у стены, держась за голову. Его винтовка валялась рядом.

– Что случилось?

– Голову высунул наружу, и вдруг как долбанет что-то, искры их глаз. Только сейчас очухался.

– Быстро уходим, – велел Иван. – Этот гад-нельзя, оказывается, следил за нами! Будем надеяться, что он один тут шпионил. И занят был моим убийством, а не чем другим. Хватайте игрушки, и ноги в руки!

– Кто? – запоздало удивился Кузнецов.

– Убийца-нельзя, я кончил одного тут. Но вот если их двое было, второй приведет с собой других нельзя. Или кемпентай. И это плохо.

Уходя из арсенала, Иван напоследок посыпал за собой смесью табака и перца, предназначенной для отпугивания собак. Диверсанты дотащили оружие до лодки, и там, к счастью, все было спокойно. Бобров помог им загрузиться на борт. Когда все уже спустились в лодку, чтобы отплыть в их временное убежище, Иван вместо того сунул за пояс самурайскую саблю, пару гранат и пистолет «намбу», принадлежавший начальнику арсенального караула.

– Куда вооружаешься? – спросил Колыванов.

– Есть запасное весло? – вместо ответа спросил Иван Боброва. Тот поднял со дна лодки и протянул искомое.

– Попрощайся с ним. – Иван положил весло на плечо, точно это была тростинка.

– Куда, Иван? – спросил Николай.

– Надо, Коля, наведаться кой-куда, чтобы тыл нам обезопасить. С этим епинацким нельзя еле я справился – просто лезвие у меня длиннее оказалось. Если несколько нельзя разом нападут – беда… Укрывайтесь, где договорились. Готовьте оружие, отдыхайте. С утречка начнем. Бывайте! – Он бесшумно исчез в темноте.

Глава 33

Налет

Выйдешь в поле – трупы лежат,

Выйдешь к морю – трупы плывут.

Старинная самурайская песня

Иван быстро шел, скорее, бежал вверх по течению реки, в сторону гор. Он избегал людных улиц и патрулей. Наконец, достигнув того места, где река разделялась на два рукава, он увидал перед собой мост через правый рукав, на той стороне тускло светилось окошко дома то ли путевого обходчика, то ли мытаря. Мост не охранялся, но Иван все равно спустился в темноте к журчащей реке и, схватываясь руками за фермы и балки моста снизу, перебрался под прикрытием дорожного настила. Переправившись, он сделал крюк и бесшумно, как леопард, подобрался к домику с темной стороны. Минут десять он неподвижно наблюдал за постройкой и ее окрестностями. Затем его привыкшие к темноте глаза различили еле заметное шевеление – кто-то слегка передвинул конечности, чтобы не затекли. Это был караульный, и попытка приблизиться к нему вплотную могла оказаться рискованной.

Но Иван предусмотрел это, медленно и беззвучно он размахнулся двухметровым веслом и молниеносно нанес страшный удар. Раздался резкий треск ломающейся лопасти и тихий шум падающего наземь тела. Подойдя, Иван увидел японца в таком же обтягивающем черном кимоно и капюшоне, со свисающей за спину странной шляпой в виде шляпки гриба. При нем оказалась такая же, как давеча, короткая сабля и рассованные по разным кармашкам стальные звездочки и крестики с заточенными краями. Удар веслом пришелся ему по башке и раскроил ее.

Иван рассудил, что, бесшумно обойдя домик, найдя щелку и приникнув ней, чтобы хорошо рассмотреть все внутри, он рискует получить ножом в глаз. Возможно, что враги чутким ухом услыхали, как проломили веслом череп их товарищу, и теперь, вооружившись, ожидали вторжения, напряженно прислушиваясь к тому, что происходит снаружи.

Иван не стал разочаровывать противников, он взял в руку обе гранаты, выдернул кольца и, сосчитав до трех, зашвырнул внутрь сквозь затянутое матовой бумагой окошко. Тут же раздался сдвоенный, весьма слабо приглушенный стенами взрыв, и сквозь прорванные окна полетела всякая труха. Тихой ночью взрыв был как гром с неба.

Иван влетел внутрь через одно из окон, когда еще не все осколки пролетели.

Детали прежде вполне целомудренной картины предстали его глазам. Двое таких же людей в темных кимоно и капюшонах лежали на полу, убитые наповал: один прямо возле хлипкой полуоторванной двери, с мечом в руке, второй возле перевернутого столика, с выпавшими из рук игральными картами. Третий синоби лежал под столиком, за которым шла игра в карты, он успел опрокинуть его на себя и был жив, но ему сильно посекло ноги осколками.

Однако прыти он не растерял: пара стальных звездочек прожужжала мимо Иванова уха, прежде чем он, прыжком перескочив на столик, лежащий на японце, воткнул самурайскую саблю в его мозг. Теперь все обитатели уединенного домика были мертвы. Иван удостоверился в этом при помощи сабли и быстро покинул это место, не дожидаясь прибытия на взрыв гранат толпы японских жандармов.

Уходя, он прихватил рисовые пайки наемных убийц, так как с продуктами дело у них с товарищами, откровенно говоря, обстояло не очень.

Полчаса ему потребовалось, чтобы почти бегом вернуться к морскому берегу, и еще четверть часа – чтобы найти брошенную рыбацкую хибару, в которой затаились его товарищи, готовясь к налету на японский штаб. Подав условный сигнал, чтобы его не застрелили свои же, он проник внутрь.

– Ну что там? – спросил его Крынка, сразу как командир появился.

– Пошумел в сторону холмов. Похоже, что обнаружили пропажу в арсенале – огоньки по городу шарятся туда-сюда: патрули бегают. Как найдут приконченных мной нельзя – решат, что похитители оружия ушли в горы. Поешьте вот! Надеюсь, себе они не отравленное приготовили, – он протянул товарищам трофейные пайки.

Между тем рассвет должен был вот-вот вступить в свои права. Ниндзя, похоже, добавляли в свою еду какие-то стимуляторы: поев ее, все члены группы почувствовали необычайную бодрость.

В это же время подчиненные сообщили начальнику Кемпентай, генералу Кесаге Накадзима, следующее: установлено, что майор Торквемада из контрразведывательного отдела в Симоносеки запрашивал пропуска на себя и еще на одного человека для доступа