Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

домишками из палок и бумаги и сгорит быстрее, – заметил Донован. – Ну и во-вторых, генерал Лесли Гровс имеет что сказать, – драматическим жестом предоставил слово молчавшему до этого времени генерал-майору. Тот поднялся.

– Это, значит… Да, господа, теперь я могу об этом рассказать. Ученые жиды…

– Фу, генерал! – заметил Трумэн.

– Я хотел выразиться, евреи и итальяшки, которыми я командую в Лос-Аламосской лаборатории, – сделали нам так называемые атомные бомбы, обладающие колоссальной взрывной силой в тысячи тонн тротилового эквивалента. У нас пока их две, одна урановая, другая плутониевая. Каждая может снести приличный город. На ликвидацию Большого Токио, вероятно, одной такой не хватит. Я бы предложил сбросить по одной бомбе на компактные населенные пункты… значит, цели: Хиросиму и Нагасаки. А Токио, вот, подвергнуть площадной бомбардировке обычными зажигалками по методу генерала Лемэя. Таким образом, все указанные цели будут уничтожены вместе со всем их населением почти одновременно.

– Да, это очень своевременное предложение! Я всецело за! – воскликнул с энтузиазмом Кертис Лемэй, потирая руки. – Кровавое дельце нам предстоит! Полмиллиона япошек поджарим как тараканов!

– Решено, немедленно разрабатывайте операцию по уничтожению этих трех городов, – подытожил Трумэн.

Глава 32

Арсенал

Группе Ивана удалось вернуться в Хиросиму беспрепятственно: никто не смог заподозрить бородатых дикарей, участвовавших в боксерском поединке на военно-морской базе, в том, что они русские диверсанты.

Они встретились на лесной делянке: четверо возвратившихся, включая Ивана, и остававшиеся на месте Крынка и Жакерия. Молча выпили по стопке саке за павших героев – ясно было, что не выжили ни верный долгу и своим погибшим от рук японцев родным китаец, ни тем более зациклившаяся на мести за свою истребленную солдатами Торквемады семью китаянка.

Потом Иван веско заговорил:

– Итак, товарищи, – тапериче кемпентай пыхтит нам в затылок. По следу Хака… то есть Торквемады, япошкам нас вычислить – раз плюнуть. Времени у нас то есть в обрез.

– Так и что теперь делаем? – риторически спросил Бобров.

– Ты ничего не делаешь. Тут дело молодых. Дело нам привычное. Громим ипонский штаб, – сказал Иван.

– Что, прямо в Хиросимский замок попрем? – заметил не без сарказма Колыванов.

– Нет, штаб Второй армии мы оставим американцам. Пущай высаживаются на юге и сами возятся с ними, ежели хотят. Нам нужен резервный штаб флота, который может управлять береговой обороной, снабжением войск в Маньчжурии и Корее. Именно его мы должны изничтожить.

– А оружие?

– В Хиросиме полно складов оружия. Достали в Йокосуке торпеду и здесь достанем пулеметы с гранатами. Сергей, много у нас еще взрывчатки?

– Совсем мало.

– Надо пополнить запас, она нам еще пригодится.

– А мне что делать? – спросил биолог.

– Когда мы вернемся с операции, поможешь тем из нас, кто возвратится оттедова живым, смыться побыстрее. Лодку мореходную надо тихо достать и дергать помалу на материк. Потому, Дворец Хризантемов нам в нынешнем составе не по зубам. Хотя, епть, можна было б попробовать микаду отшелушить… Но опять через всю Нипонь движение делать, а сбежит?

– Когда операция? – поинтересовался Крынка.

– Седни ночью.

– А какой смысл громить штаб ночью? – удивился уже Бобров.

– Нет, ночью мы берем склад, затариваемся под завязку. А штаб громим завтра, с утречка, когда нормальные генералы совещания всякие проводят.

– Охрана у штаба большая? – У Леона был деловой подход.

– Вроде роту морской пехоты выставляют в караул. Но они не все же одновременно на часах стоят, меняются. Под конец смены бдительность снизят, тут и подловим…

– У меня есть кое-какие предложения на этот счет… – заметил Бобров…

Вечером, до своего окончательного ухода с лесосеки, Иван и Николай встретились с бригадиром-священником подпольного культа Иосефу Нобунаги. С грехом пополам на двоих они уже могли с ним объясняться.

– Должен с печалью рассказать вам, что батору шиппу, линкор, на котором находился ваш товарищ, погиб во Внутреннем море, – сразу при встрече сказал им японец. – Соболезную.

– Принимаю ваши соболезнования, уважаемый. Но не станет ли кемпентай трясти всех, кто причастен к последним пополнениям экипажа, чтобы возложить на них вину за произошедшее? – спросил Иван.

– Хороший вопрос, – задумался бригадир-священник. – Возможно, мне стоит пока перебраться в Нагасаки – там много не только христиан, но и свидетелей нашего культа.

– В Нагасаки тоже взорвался линкор – если вы еще не в курсе, – отвечал айн.

– Мне про Нагасаки еще не сообщили… И откуда вы все знаете?

– Слухом земля полнится.

– Тогда поеду в центр Ниппон, в многолюдный Токио…

– У Йокосуки тоже линкор затонул, – заметил Иван вскользь.

– О, святой Иосефу! – бригадир всплеснул руками. – В Ниппон еще остались батору шиппу?

– Пока да, – отвечал Иван, предусмотрительно не добавляя: «Пока снова взрывчаткой не разживемся».

– Воистину, вспоминается старая самурайская песня:

«Выйдешь в поле – трупы лежат,

Выйдешь к морю – трупы плывут…» – печально покивал головой сектант.

– Думаю, вам надо уезжать на север острова Хонсю, к древним вулканам, подальше от американо бакугеки – американских бомбежек: рано или поздно они и сюда прилетят бомбить… – Если бы Иван в этот момент знал, насколько прозорливы окажутся его слова…

– Может быть, для безопасности перебраться еще дальше, на Карафуто?

– Думаю, так далеко, на Сахалин, забираться не стоит, – заметил Иван. – В последний момент рошайн наверняка попытаются вернуть его силой и по своей зверской привычке станут бомбить все, что шевелится.

– Благодарю вас за разумный совет. – Их собеседник поблагодарил традиционным полупоклоном.

– В свою очередь, я должен вас предупредить о страшной опасности, нависшей над вами! Я узнал от друзей, что якудза, уязвленные поражением своего чемпиона, наняли ниндзя, чтобы вас устранить! Это синоби из самой страшной группировки «Канашии фуруто» – «Печальные флейты»!

– Какое странное название, – удивился Бобров.

– Оно связано с тем фактом, что, когда человеку перерезают горло, воздух выходит с печальным звуком.

Ответная реплика Ивана была довольно груба:

– Хм. Я не задумывался о такой интересной особенности воздуха – обычно я бью в сердце, и выходит только кровь. Возможно, при оказии стоит проверить, так ли это в действительности? Где, говорите, эти ниндзя собираются?

– Вы собираетесь сами навестить их? О, я должен вновь подтвердить, что вы необычайно отважный человек! Говорят, у них есть притон сразу на той стороне дельты, у моста через самый восточный рукав, через Кебаси. Желаю вам удачи!

– Спасибо, уважаемый.

Они попрощались церемониальными поклонами и разошлись, чтобы больше никогда не увидеться.

…Темная, душная и влажная субтропическая ночь распласталась над приморским городом Хиросима. Действовало затемнение – нигде не светилось ни огонька. Для своего ограбления Иван выбрал старый арсенал, использовавшийся еще во времена японо-китайской войны конца девятнадцатого века. Это было двухэтажное здание из красного