Дневник путешествий. Грузия, Турция, Россия - Андреа Делл Аньезе

местность, снова возвращаемся на ненавистную прибрежную дорогу, наконец следуя вдоль южного побережья Черного моря. Красота моря и земли поражает: леса спускаются прямо к воде, а впереди – зеркала кобальтового моря. И все же поездка не становится быстрее: дорога проходит через центр каждого встречного города, с пробками, светофорами и всем, что только можно себе представить на дороге, соединяющей деревню с деревней.

Минуты складываются в часы, и только к восьми вечера наконец добираемся до окраины Самсуна, гордо именующего себя олимпийским городом, согласно дорожным табличкам, хотя никаких олимпийских игр здесь никогда не проводилось. И среди этих табличек – абсолютно непроходимая сеть дорог: развилки, перекрестки, повороты, будто их проектировал вечно пьяный архитектор. Развороты приходится делать через четырехполосные трассы, а Т-образные перекрестки выскакивают прямо посреди магистралей, как черт из табакерки. Из-за всего этого безумия местоположение отеля невозможно найти на карте. Есть музей с таким же названием, и думаем, что, возможно, они связаны, но нет.

Звоним, но указанный на сайте телефон не существует. Смотрим в поисковике – безрезультатно. Остаются лишь фотография отеля (и его окрестностей), спутниковая функция карт и наши головы, которые после двенадцати часов в машине явно работают не на полную мощность. В конце концов находим. Через тридцать минут езды по главным артериям города, выискивая хоть что-то похожее на снимки отеля. Когда припарковались на круговом перекрестке, где мимо проезжали полицейские машины, проверяя крыши зданий поблизости. После того как нашли небольшой проход между домами, который ведет в нужном направлении.

Приезжаем, общаемся с персоналом, не говорящим по-английски (точно вернулись в старый мир), которые проводят нас к парковке в соседнем гараже. Комната огромная, с протекающим кондиционером и душем с плесенью, вот-вот готовым развалиться. Выходим поужинать, вымотанные, мечтая хоть о чем-то не турецком или хотя бы с меньшим количеством специй.

Итак, наконец-то добравшись до главной ресторанной улицы города, оказываемся перед выбором: турецкая кухня либо… турецкая. Пусть будет кебаб. Поев, бредем обратно к отелю. Главная улица позади, и вокруг все превращается в пустыню. Город старого мира оказывается вовсе не старым: винные магазины и секс-шопы на каждом шагу, но безлюдно. Шутим о роли резинового члена в правильной мусульманской семье и с проклятием Аллаха на голове возвращаемся в отель. Целуемся, и наступает ночь. Один день позади, осталось еще четыре до Москвы.

27 июля

Из Самсуна (Турция) в Сазано (Грузия)

Просыпаемся в этом крошечном уголке старого мира. Солнце целует сквозь занавески. Кондиционер все еще протекает вдоль стены с той стороны кровати, где спит К. Душ не развалился за ночь, и за это уже можно быть благодарными. Бормочем что-то невнятное; вчерашние двенадцать часов за рулем дают о себе знать, а впереди еще неизвестно сколько часов, что не способствует желанию вставать с кровати. Знаем лишь то, что ночь проведем в маленьком винном погребе где-то в глубине Грузии, но как туда добраться – это уже совсем другая история.

Все еще придерживаемся плана проехать через Батуми: лучше держаться знакомого маршрута, чем пытаться изобрести что-то новое, чтобы застрять на горном перевале и быть вынужденными возвращаться, что увеличит путь на шесть часов. Завтрак, конечно, нельзя назвать прерыванием, но вот постом[11] – безусловно. После вчерашнего вынужденного кебаба организм не готов к очередной порции турецких блюд, так что я только выпиваю стакан мангового сока, а К. и вовсе ничего не взяла.

Возникает мысль взять большой кофе навынос в ближайшем «Старбаксе» (который есть везде, неважно, старый это мир или нет). На ресепшене просим донести багаж до машины, но сотрудники, конечно, понимают только слово «машина» и даже не пытаются понять остальную часть. Через десять минут и двадцать повторений просьб тащим багаж сами, К. останавливается купить персики. Кусочек сладкого для начала дня.

Едем на восток, мимо Трабзона, по прибрежной дороге, на которой наконец появляются живописные виды, но которая такая же невероятно медленная. Останавливаемся на обед в Ортахисаре – маленьком городке, построенном на извилистых холмах. Центр представляет собой лабиринт из узких улиц, вымощенных брусчаткой, где сама мысль о движении машин кажется чуждой: люди ходят, не обращая внимания на проезжающие машины, спокойно останавливаются ради свежевыжатого апельсинового сока у киосков или любуются тканями на рынке. Время здесь течет иначе.

Оставляем Белоснежку припаркованной рядом с местом археологических раскопок, зажатой между другими машинами, а затем идем пешком по пешеходной зоне, наслаждаясь тенями, изгибами улиц, скрытыми садами и гулом нескончаемой толпы, движущейся под солнцем, словно волна. Находим небольшое кафе на первом этаже старого дома, где можно перекусить. С виду – лапшичная, но на самом деле турецкое место, где лапшу готовят по-местному.

Остаемся здесь, уже два часа дня, а еще пересекать границу и ехать неизвестное количество часов. Из-за глупой шутки проливаем воду, но успеваем спасти ноутбук К. Чувствуем, что устали, но особо ничего не поделаешь, поэтому едим, стараясь сосредоточиться на оставшейся части дня. К. смотрит на меня. На ее лице чуть заметная улыбка, а полосатая майка делает ее невыносимо желанной. Моя рука скользит по ее.

– Что?

– Ты знаешь.

Мгновение, кружение по коже, нажатие на запястье – и мчимся прочь. Покидаем город и возвращаемся обратно на прибрежную дорогу. Неизвестное становится известным, когда возвращаемся на перекресток, с которого когда-то началась поездка в Эрзурум, и оттуда наконец добираемся до границы, где снова разделяемся: я иду сквозь нескончаемую реку людей, а она проходит контроль на машине.

Когда наконец оказываюсь по ту сторону, К. все еще испытывает трудности на границе, значит, в этот раз есть чуть больше времени, чем по дороге туда, на исследование окрестностей. Так что осматриваю аутентичное фальшивое казино в стиле Лас-Вегаса, выполненное в форме носа «Титаника» (чтобы финансовые средства тонули быстрее?), уворачиваюсь от таксистов, которые постоянно предлагают свои услуги, и немного прогуливаюсь по дороге в гору, где среди стариков, играющих в карты, и женщин, чистящих рыбу, нахожу старую парковку с машинами, которые будто использовались для съемок «Приключений Присциллы, королевы пустыни».

Жду К. и продолжения путешествия. Моя турецкая SIM-карта больше не работает, везде только грузинский интернет (но на телефоне не успел активировать следующую eSIM). Нет никакой возможности узнать, где К. и нужен ли ей. Проходит тридцать минут. Потом шестьдесят. Потом девяносто минут с момента, как вышел после паспортного контроля. Начинаю волноваться, силуэт Белоснежки на горизонте появляется через два с половиной часа после того, как оказались на границе.

Оказывается, один из офицеров на