Негодяй Билли - Эдгар Райс Берроуз

– Не бойтесь, мадмуазель, – успокоил ее Терье, – доверьтесь мне. Вам необходимо как можно скорее уяснить себе, кто вам друг на этом корабле, а кто враг.

– Хорошо, – ответила девушка. – Там не может быть для меня большей опасности, чем здесь. Везде одинаково!

Терье подвел ее к двери в свою каюту и приложил палец к губам. Тихо, как укрывающиеся преступники, шмыгнули они в небольшое помещение. Затем Терье повернулся, закрыл дверь и бесшумно задвинул засов.

Барбара следила за ним расширившимися глазами. Сердце ее колотилось от страха.

– Идите сюда, – прошептал Терье, указывая ей на свою койку. – Я посчитал для себя выгодным знать, что происходит за этой перегородкой. В головах койки, примерно на фут выше постели, есть небольшое круглое отверстие. Приложите к нему ухо и слушайте. Я думаю, Дивейн сейчас там.

Перепуганная девушка, все еще не доверявшая Терье, однако, исполнила то, что он ей советовал. Сперва она не могла ничего разобрать; до нее доносился только смутный гул голосов и звон стекла, как будто горлышко бутылки ударялось о рюмку. Барбара напряженно вслушивалась, приложив ухо к маленькому отверстию. Наконец она ясно различила хриплый голос капитана Симса.

– А я вам говорю, что иначе поступить было нельзя, – и мне чертовски надоело, что вы все время пристаете со всякими неудовольствиями. Что ж, по-вашему, я неправильно взялся за дело?

– Я вовсе не говорю, что неправильно, Симс, – ответил хорошо знакомый Барбаре голос Дивейна, – но думаю, что вы переборщили. Для чего понадобилось приводить «Лотос» в такую полную негодность? Ведь это явно ошибка! Скажите на милость, как сможем мы вернуться в цивилизованные места, если яхта погибнет? Нужно было, конечно, испортить ее, но слегка, так, чтобы они сами смогли исправить повреждения. Этой отсрочки нам было бы вполне достаточно, чтобы удрать. А после нашей свадьбы мисс Хардинг была бы возвращена ее отцу, и на радостях старика легко было бы уломать не подымать шум. Затем еще одно обстоятельство: вы ведь хотели требовать выкупа за нас обоих – и за мисс Хардинг, и за меня, – чтобы убедить их, что я тоже ваш пленник. Каким образом сможете вы это сделать, если мистер Хардинг погиб? Наконец, и сама мисс Хардинг ни за что не успокоится до тех пор, пока не предаст преступников суду, если с ее отцом и его друзьями действительно что-нибудь случится…

Молодая девушка отстранилась от перегородки. Ее лицо было мертвенно-бледно. Она встала и подошла к Терье.

– Я слышала достаточно. Благодарю вас, мистер Терье, – проговорила она.

– Вы убедились теперь, что я ваш друг? – вкрадчиво спросил он.

– Я убедилась, что мистер Дивейн мне не друг, – ответила она уклончиво и шагнула к двери.

Терье стоял и смотрел на нее. Как она прекрасна! Ему казалось, что он никогда не видел более красивой девушки. Ему захотелось схватить ее и прижать к себе. Терье не привык обуздывать свои желания. Обыкновенно он брал то, что хотел, и, если нужно было, брал силой. Он шагнул к Барбаре. В его глазах зажегся огонек, который испугал девушку. Она быстро схватилась за ручку двери.

Терье был уже возле нее, но внезапно овладел собою. Он вовремя вспомнил про свой хорошо продуманный план, воплощение которого может подарить ему половину состояния мисс Хардинг. Он должен запастись терпением и разыгрывать роль бескорыстного защитника, прежде чем перейти к роли любовника.

Барбара повернула к нему испуганное лицо; его поведение казалось ей подозрительным.

– Простите меня, мисс Хардинг, – спокойно сказал он ей. – Дверь на засове, позвольте мне открыть ее.

Он галантно распахнул дверь и пропустил девушку.

Никем не замеченные, они пробрались на верхнюю палубу. Подавив в себе неожиданный прилив опьяняющей страсти, Терье вполне овладел собою и снова был готов продолжать свою холодную, расчетливую игру. Он решил ни в коем случае не навязывать мисс Хардинг своего общества и проводить с ней лишь столько времени, сколько требуется для того, чтобы упрочить ее доверие к себе. Он разумно полагал, что в той ситуации, в которой девушка находится, она больше оценит заботливое внимание, беспокойство об ее удобстве и безопасности, чем настойчивое ухаживание. Поэтому он лишь приподнял фуражку и удалился, попросив Барбару на прощанье обращаться к нему за помощью в любое время, если в том возникнет необходимость.

Оставшись одна, девушка погрузилась в невеселые размышления. Она никак не могла примириться с мыслью, что Ларри Дивейн – ее друг детства Ларри – стал вдохновителем гнусного преступления, насилия, которое было совершено над нею и ее отцом. Почти так же трудно было ей поверить, что этот таинственный мистер Терье действительно был введен в заблуждение, как он уверял ее в этом, а не является соучастником всего происходящего. Но разве его история не кажется более правдоподобной, чем история Дивейна, которой она верила до тех пор, пока Терье не раскрыл ей на него глаза? Почему же ей так трудно поверить французу? Барбара сама не могла бы этого объяснить, но в глубине души она продолжала чувствовать недоверие к этому вежливому человеку с вкрадчивым голосом и инстинктивно опасалась его.

В то время как она, глубоко задумавшись, стояла, облокотившись на планшир, мимо нее прошел Билли Байрн. При виде Барбары злая усмешка искривила его губы. Как он ненавидел эту девушку! Она, правда, ему ничего не сделала, но была живым олицетворением всего того, что он привык ненавидеть с раннего детства. Ее нежная белая кожа, изящные руки с холеными ногтями, хрупкая фигура, покрой ее платья – все кололо ему глаза, демонстрируя свое превосходство над ним и ему подобными. Это было существо из иного, враждебного ему мира. Он знал, что она смотрит на него почти как на животное, пожалуй, даже хуже, чем на животное…

Как это часто случается, молодая девушка почувствовала устремленный на нее пристальный взгляд и быстро обернулась. В уставившемся на нее матросе она сразу же узнала того дикаря, который убил Билли Мэллори. Если в глазах Билли Байрна отражалась ненависть, то сила ее все же не могла сравниться с тем беспредельным отвращением, которое появилось в глазах девушки, когда ее взгляд упал на угрюмое лицо матроса.

Так велико было в ней чувство презрения к этому человеку, что она не смогла удержаться от восклицания:

– Негодяй и трус!

Матрос зловеще нахмурился и с угрожающим видом шагнул к ней.

– Чего? – прохрипел он. – Ты меня не задирай, или я тебе все кости переломаю!

И он занес над ней свой огромный кулак.

Глава VI

Неприятный инцидент

Хулиган рассчитывал, что девушка испугается, и это стало бы для него достаточным