Негодяй Билли - Эдгар Райс Берроуз

за которой неожиданно последовала другая, меньших размеров. Она застала Терье врасплох, сшибла его с ног и с силой отбросила к фальш-борту. Здесь он застрял, окровавленный и оглушенный. Следующая волна должна была смыть его за борт.

Оказавшись без присмотра, несколько членов команды опрометью бросились к люкам, давя друг друга, и скрылись внизу. На палубе остался один Билли, который попеременно глядел то на распростертую фигуру штурмана, то на открытый люк. Если бы кто-нибудь увидел его в эту минуту, то, вероятно, подумал бы, что он весь охвачен ужасом надвигающегося конца; но это было далеко не так. Билли с беззаботным любопытством дикаря любовался на разворачивающуюся перед ним трагедию. Очнется ли штурман настолько, что сможет добраться до люка раньше, чем следующая волна перекатится через палубу? Это было в высшей степени интересно.

Волна налетит уже в следующую минуту… Билли посмотрел на открытый люк, ведущий в каюты. Нет, так нельзя: судно затопит, если оставить люк открытым. Билли плотно его прикрыл, а затем снова взглянул на Терье. Штурман только начинал приходить в себя, а следующая волна уже поднималась… Что-то шевельнулось внутри Билли Байрна и заставило его действовать быстро и почти инстинктивно. Он сделал то, на что никто – даже он сам – не мог считать его способным.

Терье, собрав последние силы, пополз по палубе. Было совершенно очевидно, что до люка ему не добраться. Через секунду волна перекатится по палубе и смоет его в кипящую пучину океана.

И Билли вдруг бросился к штурману – к человеку из того общественного класса, который он так ненавидел. Огромная волна обрушилась на них и придавила их к палубе. Минуту двое людей были скрыты бурлящим потоком, а затем, когда «Полумесяц» вынырнул и стряхнул с себя воду, опять стали видны: Терье наполовину свешивался за борт, но Байрн крепко держал его одной рукой, в то время как другой судорожно цеплялся за брус планшира.

Ему удалось втянуть штурмана обратно, а затем медленно, в перерывах между валами, подползти с ним к люку. Он протолкнул Терье в отверстие, сам прыгнул за ним и захлопнул люк как раз в ту минуту, когда новая волна хлынула на палубу бригантины. Терье был сильно оглушен, но в сознании. Когда они оказались лицом к лицу, штурман посмотрел на Байрна.

– Не понимаю, почему вы это сделали, – проговорил Терье в изумлении.

– Я и сам не понимаю, – просто ответил Билли.

– Я не забуду вам этого, Байрн.

– Чтоб тебе ни дна ни покрышки! – не выдержал спаситель.

Билли был совершенно ошарашен. Для него все произошедшее было вовсе не геройством, а глупым, совершенно безрассудным поступком, которого ему придется стыдиться. Подумать только! Спасти жизнь человеку, который принадлежал к проклятым буржуям! Билли был страшно недоволен собою.

Терье со своей стороны был изумлен неожиданным порывом матроса, которого он всегда почитал трусом и негодяем. Теперь он оказался в огромном долгу перед этим человеком и решил отблагодарить его, насколько это было в его силах. Все мысли об отмщении за прежние выходки Билли теперь отошли на задний план; Терье смотрел на него как на истинного друга и союзника.

* * *

Три дня «Полумесяц» беспомощно носился по бушующим волнам разъяренного океана. Никто на борту не питал ни малейшей надежды на то, что корабль переживет бурю. Но на третью ночь ветер стих, а к утру море успокоилось настолько, что матросы отважились выйти наверх.

С палубы все было начисто смыто. К северу от них, на расстоянии нескольких миль, голубела полоска земли. Продолжайся буря еще несколько часов, корабль разбился бы о берег.

Как только смерть перестала угрожать матросам, к ним сразу вернулась их прежняя самоуверенность. Капитан Симс уже хвастался, что его огромный опыт и мастерство моряка спасли «Полумесяц» от гибели. Уард проклинал судьбу, которая в такой важный момент привела корабль в негодность, и злобно обдумывал различные планы, как бы извлечь выгоду для себя из этого несчастья.

Билли Байрн, сидя на камбузе, шептался с коком Бланке. Эти достойные представители судовой команды составляли план набега на запасы водки, хранящейся у капитана, надеясь воспользоваться предстоящей высадкой.

«Полумесяц» шел к земле, тяжело кренясь то на один, то на другой борт. Несмотря на это, даже Барбара Хардинг, которой наскучило заключение в душной каюте, рискнула выйти на палубу, чтобы подышать чистым воздухом.

Едва она показалась наверху, как Терье поспешил к ней.

– Как приятно, – воскликнул он, – снова видеть вас, мисс Хардинг! Я не могу найти слов, чтобы выразить вам свои чувства. Мне было так жаль вас, когда я думал, какому испытанию вы подверглись в эти страшные дни! Нам всем пришлось пережить настоящий кошмар. Никто из нас уже не надеялся, что судно выдержит такую сильную и продолжительную бурю. Наше счастье, что мы так легко отделались.

– Легко? – переспросила Барбара Хардинг, с печальной улыбкой оглядывая пустую палубу «Полумесяца». – Не сказала бы, что мы легко отделались и даже что вообще отделались. У нас не осталось ни мачт, ни парусов, ни шлюпок, и хотя я совершенно не смыслю в морском деле, но все-таки понимаю, что нам вряд ли удастся высадиться на этот скалистый берег. Теперь ветер стих, но если он снова поднимется, то нас либо снова унесет в открытое море, либо, наоборот, разобьет в щепки об эти страшные скалы.

– Вижу, что вы слишком хороший моряк для того, чтобы вас можно было тешить сомнительными надеждами, – засмеялся Терье. – Я лишь хотел несколько поднять ваше мрачное настроение. Однако, по совести говоря, я все же думаю, что мы сможем найти какой-нибудь способ высадиться, конечно при условии, если море будет спокойно. Мы теперь на расстоянии полумили от берега. Используя запасную мачту и запасные паруса, которые матросы устанавливают под руководством мистера Уарда, мы сможем поймать вечерний бриз. Берег кажется отсюда неприступным, но я уверен, что найдется место, где нам удастся пристать.

– Будем надеяться, что вы правы, мистер Терье, – ответила девушка, – но меня это ничуть не успокаивает. Ведь на суше мое положение будет еще хуже, чем на «Полумесяце». Матросы наверняка распустятся, дисциплина упадет, так что эти негодяи будут способны на все. Откровенно говоря, мистер Терье, высадка на берег меня пугает больше, чем все ужасы урагана, которые мы только что пережили.

– Вам нечего опасаться, мисс Хардинг, – сказал француз. – Как только мы покинем «Полумесяц», я ясно дам всем понять, что беру вас под свою защиту. Я могу рассчитывать на помощь некоторых матросов. Даже мистер Дивейн не осмелится протестовать против этого. Мы сможем разбить собственный лагерь отдельно от Симса и его