Мы больше не ваши обезьяны! Как миллионы людей погибли в Африке, а мир этого не заметил. С 1945 года до наших дней - Иван Игоревич Мизеров

под руку, а затем требовали за пленников выкуп. Первые итоги римских переговоров как будто обнадеживали – то, что экономике ЦАР надо дать хоть немного «продышаться» понимали многие, включая лидеров Селеки и Анти балаки. Однако после нескольких месяцев затишья ситуация в стране начала опять возвращаться на круги своя. Бои между группировками не прекращались даже в июне, а к середине осени провал идеи мирного соглашения стал неоспоримым фактом. И в начале декабря 2017 года Фостен-Арканж Туадера договаривается с русским «оркестром» – со следующего года подразделениям ЧВК «Вагнер» предстояло развернуться и начать действовать на центральноафриканской земле.

Наемники прибыли в Банги 31 марта 2018 года. Их было около 200 человек. Постепенно в течение года численность «вагнеров» в Центральноафриканской Республике возросла в 2,5 раза – до 500 человек. И этот маленький отряд стал началом настоящей революции. Забегая вперед, уже к началу 2020-х ситуация в ЦАР коренным образом изменилась в лучшую сторону. Страна начала возрождаться из хаоса и руин.

Что способствовало успехам «оркестра»? Целый ряд действующих синергетически факторов, как сугубо военных, так и социально-политических.

Во-первых, ЧВК объективно представляла собой грамотно организованную и прекрасно подготовленную силу. Опыт Сирии, также иных вооруженных конфликтов (многие члены «Вагнера» являлись офицерами-отставниками отечественных армейских и специальных подразделений), который сочетался с гибкостью мышления командного состава, готового быстро адаптировать и масштабировать «низовые» наработки, позволял «оркестру» сохранять стабильно высокую боеспособность. Во-вторых, что очень важно, ЧВК действительно работала там, где это требовалось. Если прежде французы сосредотачивались в столице и прикрывали ценные с экономической точки зрения предприятия по добыче и переработке сырья, то теперь русские стали высокомобильной «пожарной командой». Которая при необходимости достигала самых отдаленных районов страны, включая ее крайние северные и западные регионы, где власть центрального правительства исчезла еще со времен правления Бозизе. «Вагнер» отказался от привычных полевым командирам Селеки и Анти балаки неписанных правил. Раньше боевикам было достаточно своевременно «уступать дорогу» отрядам белых людей и избегать некоторых запретных зон. Французские войска крайне редко преследовали соединения вооруженных группировок, намеренно старались минимизировать число полноценных сражений с ними. «Оркестр» же был напорист, методичен и беспощаден. Естественно, уход от традиционного политеса повысил риски. Иногда некоторые подразделения ЧВК попадали в опасные ситуации, несли ощутимые потери. Но отдельные неудачи не меняли общей картины. Русские наемники оказались весьма стойкими к урону, всегда отвечали ударом на удар и уверенно продолжали сокращать размер той зоны ЦАР, где боевики могли чувствовать себя в относительной безопасности.

Исключительно значение имело то, что после очередного «выпада рапирой», предпринятого соединениями «Вагнера», при поддержке все тех же «оркестрантов» зачищенную область занимали силы правительственной армии, закрепляя успех. Помимо боевых действий как таковых, ЧВК уделяла самое пристальное внимание обучению частей ВС ЦАР. По согласованию с президентом республики в окрестностях Банги была создана целая сеть объединенных базовых лагерей, где наемники инструктировали центральноафриканских военных. К слову, одним из первых под нужды «вагнеров» приспособили бывший загородный дворец Бокассы. Качество живой силы, с которой приходилось взаимодействовать «Вагнеру», было разным. Чаще всего – низким. Знаменитое видео, где ветеран ЧВК с крепким русским матерком учит своих подопечных работать с «камбулей», то есть гранатой, было снято в Судане. Однако и в ЦАР подобных эпизодов происходила масса. Тем не менее учебный процесс шел – и давал позитивный результат. Выстроенная с умом система ротации позволяла «оркестру», не сокращая до критических значений численность войск «в поле», постоянно иметь значительное количество советников и инструкторов около столицы. «Вагнера» смогли адаптировать для местного контингента собственные программы подготовки. А солдаты и офицеры центральноафриканских ВС, пускай и совершая подчас нелепые ошибки, были искренне настроены как следует учиться у наемников их воинским премудростям.

И здесь нам нужно подробно поговорить о «социально-политической» составляющей деятельности отечественной ЧВК на территории ЦАР. Да, говоря о военной составляющей, мы могли бы упомянуть еще многое. «Вагнера» одними из первых в мире (и уж точно в Африке) стали интенсивно пользоваться тактическими БПЛА, исключительно высоко подняли в техническом и тактическом отношении снайперское дело, регулярно модернизировали и «кастомизировали» практически любое оружие, которое попадало им в руки. Но все это оказалось бы бесполезно, если бы к «оркестрантам» относились в Центральноафриканской Республике так же, как к французам.

Многое, конечно, определялось историческим опытом. Франция была метрополией. Господином. И в ЦАР об этом помнили. Контакты с республикой Россией, а прежде СССР, были минимальными и почти всегда – созидательными. Во времена Бокассы группа центральноафриканских студентов отправилась учиться в отечественные ВУЗы (здесь можно вспомнить того же Джотодию). Вернувшиеся назад молодые специалисты поведали родственникам и знакомым нечто удивительное: в далекой северной державе практически нет расизма. Чернокожих людей из откровенно неблагополучной африканской страны там считают достойными человеческого отношения. Равными. Россия на всех этапах ее государственности никогда не участвовала в дележе и грабеже Черного континента. Для африканских народов русские были (и остаются поныне) «другими белыми». Не запятнанными преступлениями колониализма. А в чем-то даже имеющими сходную судьбу. Сколько раз агрессоры из Европы пытались покорить Россию ради ее ресурсов? Как часто русских пытались изображать «от природы нецивилизованными, дикими и нуждающимися в иноземной опеке»? В момент появления бойцов «Вагнера» жители ЦАР не питали в их отношении негативной предвзятости. Конечно, члены вооруженных группировок не ждали от наемников ничего хорошего. А вот общенародное большинство оказалось готово предоставить новым игрокам некоторый кредит доверия. Небольшой. Однако «оркестру» его хватило.

Современных наемников можно разделить на два типа. Первый – условно независимые, часто интернациональные по своему составу организации. Почти всегда имея в моменте какого-то покровителя среди крупных мировых держав, они все-таки не аффилированы в полной мере ни с одним государством. Эти структуры балансируют на грани банального криминала и ориентированы на извлечение прибыли любыми доступными способами. Хороший пример здесь – группировка наемников Бешеного Майка Хоара, пик активности которой пришелся на 1970-е. Второй тип – «национальные» ЧВК, тесно связанные с вооруженными силами своей страны происхождения и являющиеся их «прокси». Здесь можно вспомнить, скажем, американскую Blackwater, ныне переименовавшуюся в Academi. «Вагнер», безусловно, тоже следует отнести именно ко второму типу. Уже в 2018 году через «оркестр» связи с правительством ЦАР начало налаживать Минобороны России.

Наемники второго типа обыкновенно придерживаются правил и норм, характерных для регулярных армий. И не допускают совсем уж разнузданного, бандитско-карательского поведения. Если, конечно, им намеренно не отдают приказание навести побольше ужаса. Тем не менее репутация «национальных» ЧВК в Африке мало чем отличается от того, как население континента смотрят на их «вольных» собратьев. «Прокси»-наемники всегда, кто и сколько бы им ни платил, сохраняли верность в первую очередь правительству своей страны происхождения. Ориентировались на решение ее политических и хозяйственных задач. А европейские государства, обладая на землях своих бывших