Золото Ольхового ущелья - Джеймс Уиллард Шульц

наблюдали, каждую минуту ожидая стрельбы, и наконец добрались до Лоррейна, где в последний раз должны были сменить лошадей. Оттуда до Вирджиния Сити дорога спускалась к Ольховому ущелью, и мы были уверены в том, что где-то там три всадника спрятались и поджидают нас, чтобы подстрелить. Так что, покинув станцию Лоррейн, чувствовали мы себя очень неспокойно.

– У нас есть единственная возможность избежать смерти, – сказал возница. – Давайте оставим повозку здесь, а сами будем пробираться через кусты вдоль дороги. Они нас не заметят, а если и заметят, то у нас все же будет возможность выстрелить в них.

– Мы не сможем идти сквозь кусты, не делая шума, так какие же у нас шансы пройти? – спросил я.

Ответа я не получил, потому что Стинсон, слышавший наш разговор, сказал нам:

– Я обещаю вам, жизнью ручаюсь, что вы спокойно доберетесь до Вирджиния Сити, и по дороге с вами ничего не случится.

Ни я, ни возница ничего не ответили. Но Саутмэйд понял, почему Стинсон дал такое обещание. Он боялся, что, если мы пойдём пешком и сможем обойти троих поджидающих нас бандитов, то, как только окажемся в городе, поднимем людей, который отправятся в погоню за ним и за Стинсоном и Рэем. Так что Саутмэйд решил, что мы будем в безопасности, если поверим обещанию Стинсона.

– Я думаю, Стинсон, что ты действительно так думаешь, – сказал он. – Так что мы поедем дальше. Но, если на нас нападут, вы с Рэем умрёте первыми.

Стинсон ничего не ответил. Возница хлестнул свежую упряжку, и мы продолжили путь. Вскоре после того, как мы покинули станцию, Стинсон начал петь. Он пел одну песню за другой, пока не охрип и не был в состоянии продолжать; после этого петь стал Рэй и пел, пока мы не прибыли в Вирджиния Сити. Это было предупреждением для их подельников о том, что на нас нельзя нападать.

Все же этот путь по каньону оказался для меня самым тяжким испытанием за всю жизнь. Я смог вздохнуть полной грудью, только когда мы увидели огни города, и все это время я левой рукой сжимал свой шестизарядник, направленный в Рэя, помня о том, что должен убить его, если на нас нападут, и полный решимости это сделать.

На следующий день, когда я поднялся в Вирджиния Сити, чтобы вернуть Саутмэйду деньги, которые он мне одолжил, тот сказал мне, что накануне вечером Джордж Айвс был в большом загуле, и всему городу хвастал, что он – Вождь Бамбино, который ограбил нас на дороге в Беннок Сити.

– Но как же он решился об этом рассказать? – спросил я.

– Потому что он уверен в том, что мы не осмелимся дать показания против него, – сказал Саутмэйд. – Ладно, подождём.

Последовали дни спокойной работы на наших участках. Мы должны были прекратить работы по промывке, потому что промывочный желоб обледенел и золото соскальзывало с него вместе с гравием. В положенное время прибыли доски, и мы стали копать глубокие шахты.

Однажды вечером, в начале декабря, когда я вернулся после работы домой, меня ждал приятный сюрприз: откинув входной полог, я увидел в вигваме моего друга, Несущего Орла, сидевшего на моей лежанке и гревшегося у костра. Он вскочил, улыбнулся, подошел и обнял меня.

– Да, Генрее, – сказала его тетушка. – Он недавно пришел. Я ему говорить сидеть тут и ждать тебя, и тебе это будет большая радость.

– Да, так и есть. Скажи ему, что я рад, что он здесь, и что он может оставаться здесь сколько захочет, – ответил я.

Дядя, Билл и Сноу тоже обрадовались нашему гостю, когда вернулись с работы. Как выяснилось, он пересёк Скалистые горы с военным отрядом своего племени и их набег на табуны вражеского племени был успешным. Потом, по пути домой он поручил друзьям свою долю добычи, а сам завернул к нам.

– Конечно. Пусть остаётся. Будет охотиться, приносить нам мясо оленей, вапити, антилоп. Я так устала от еды белых – говядина, говядина, все время говядина. Ха! Видеть её уже не могу, – сказала его тетя.

Когда мы закончили ужин, Несущий Орла спросил, находится ли Бреди в лагере, и мы вкратце рассказали ему о случившемся.

– Маленький Щит, – сказал мне Несущий Орла, выслушав эту историю, – я удивлен. Враг, твой и мой, ограбил тебя, но ты не стал после этого искать его, чтобы убить. Странно ведут себя белые. Однажды он пытался меня убить, и только благодаря тебе я дал ему уйти. Но если он еще раз попробует это сделать, я сделаю так, что тень его уйдет туда, куда уходят тени белых.

Так Сноу перевел мне сказанное Несущим Орла, и я сказал, что Бреди на время должен затаиться.

На следующее утро Несущий Орла оседлал свою лошадь и, ведя в поводу вьючную, отправился в холмы на охоту. Перед полуднем он вернулся с двумя жирными чернохвостыми оленями. Мясо внесло желанное разнообразие в наш рацион из говядины, которую нам приходилось покупать. После этого он ездил на охоту почти каждый день, и обычно приносил оленей, вапити или антилоп. Мясник из Невада Сити с удовольствием платил за них по восемь долларов, независимо от размера. Разумеется, нас Несущий Орла мясом всегда снабжал. Теперь, когда он был с нами, я уже не думал, чем мне заниматься долгими зимними вечерами. С помощью его тетушки, игравшей роль переводчика, он учил меня своему языку и языку знаков, и много рассказал мне об обычаях своего племени. Все это было очень интересно.

Однажды вечером, когда мы беседовали с Несущим Орла, в наш вигвам зашел Джон Касвелл, хозяин продуктового магазина из нашего города, и предложил дяде, Бобру Биллу и Сноу прийти на собрание, которое должно состояться в его магазине.

– Мы хотим, чтобы вы там присутствовали, – скакал Касвелл. – Но больше я вам сказать ничего не могу.

Они пошли с ним вместе, и было уже довольно поздно, когда они вернулись, выглядя очень удрученными. Джордж Айвс, сказали они, снова взялся за свое. На дороге в Беннок Сити он остановил и ограбил хозяина бычьей упряжки, и убил бы его, если бы из-за поворота не показалась группа людей. А потом, устроив гулянку на целый день, он поссорился с мужчиной с нижнего конца Ольхового ущелья и убил его. Так что несколько первых лиц в Вирджиния Сити и Невада Сити решили, что настало время со всем этим покончить и освободить ущелье от бандитов. Двадцать пять решительно настроенных мужчин собрались в магазине Касвелла и объединились в