Сибирский приключенческий роман 6 - Василий Владимирович Коростелев

весь снег растаял. На улицах было сыро и слякотно, но это не портило молодым весеннего настроения. Настя уже не работала, потому что где-то к маю должна была родить. Сейчас по настоянию Василия она много гуляла по весенним раскисшим улицам. От дома далеко не отходила. Ходила осторожно, боясь поскользнуться и упасть. За последние месяцы она слегка располнела, да и сильно выступающий живот мешал ходить той стремительной походкой, к которой привыкла. Вася постоянно шутил: вот родишь какого-нибудь Илью Муромца. Солнце временами пригревало так, что не хотелось заходить в дом, и Настя, прикрыв глаза, поднимала лицо и долго нежилась под его теплыми лучами.

Нагулявшись, она шла домой, готовила обед и ждала Васю. Он работал художником в клубе железнодорожников. На обед всегда прибегал домой, расспрашивал Настю, как она себя чувствует, гуляла ли сегодня, что ела. Настя от его забот чувствовала себя почему-то неловко. Вася целые дни работает, особенно сейчас, перед майскими праздниками, а она сидит дома. Даже в последние месяцы беременности она все никак не могла ощутить себя будущей матерью, и поэтому Васины расспросы, его беспокойство она особенно не понимала. Тетя Варя в последнее время что-то сильно сдала, часто болела, но, как всегда, бодрилась, стараясь не показывать Насте своего состояния.

Первого мая Вася после демонстрации прибежал радостный.

– Настенька, мне после праздника отпуск пообещали, так что теперь я каждый день буду с тобой.

– Это хорошо, Вася, а то мне что-то в последние дни трудно ходить. Уж очень тяжелая я стала, – пожаловалась Настя.

– Так, может быть, тебе уже в больницу надо? – забеспокоился Василий. – Я сейчас «скорую» вызову.

– Что ты, Васенька, рано еще.

– А может быть, уже пора?

Настя рассмеялась.

– Придет время, я скажу тебе.

Сразу после первомайского праздника Василия отправили в отпуск, а еще через пять дней и Насте пришло время рожать. Целый день она что-то делала, потихоньку возилась на кухне, а к вечеру вдруг неожиданно ойкнула и опустилась на табурет.

– Вася, кажется, началось. – Она испуганно посмотрела на мужа.

– Так это же здорово! – Василий обрадованно засуетился. – Ты ложись и не вставай больше, а я побегу на почту и позвоню оттуда в «скорую».

Уложив Настю, он выскочил из дома и побежал через дорогу на почту, где был ближайший телефон.

Отправив жену в роддом, Василий нервно ходил по дому. Брался то за одно дело, то за другое, но все валилось из рук. Все мысли были там, с Настей. Тетя Варя шутя посмеивалась над ним.

– Ну что ты ходишь из угла в угол? Займись чем-нибудь.

– Теть Варь, а как я узнаю, что она уже родила? – допытывался у тетки Василий.

– Да очень просто. Пойди на почту и позвони в роддом.

Как это он не сообразил? Василий тут же выбежал из дома, но вскоре вернулся обескураженный.

– Почта закрылась. Теть Варь, что же делать? А вдруг что случилось?

– Да не волнуйся ты, все будет хорошо. Не она первая, не она последняя. Все бабы рожают, и ничего, а она у тебя девка шустрая. Все гуляла до последнего, не лежала и не ждала чего-то. Так что родит нормально.

Кое-как дождавшись утра, Василий звонить не стал, а побежал в роддом. В приемном покое на его вопрос: «Как там Воротникова Анастасия?» – буднично ответили, что родила еще вчера вечером мальчика. Василий обессиленно опустился на стоящий рядом стул.

– А могу я увидеть её? – Василий умоляюще посмотрел на дежурную медсестру.

– Нет, конечно. – Заметив его волнение, она успокоила его: – Состояние у нее нормальное, и малыш крепкий родился. Так что не волнуйтесь, папаша, а вот записочку можете написать. Я передам.

Усевшись за столик, стоявший у окошка передач, Василий стал быстро писать, что он очень рад, что очень беспокоился и что-то еще сумбурное и радостное. Свернув листок, он сверху написал: «Воротниковой Анастасии» и передал его дежурной.

Всю неделю Василий был в делах и заботах. Носил Насте передачи в роддом, покупал вещи малышу. По списку, составленному Настей, он заготовил все, что она написала ему.

В день выписки Насти с сыном тетя Варя вымыла и выскоблила все в доме. Колыбельку Василий, по совету тети Вари, подвесил у своей кровати, чтобы ночью, не вставая, можно было укачивать малыша. Все было готово, и наконец-то наступил тот момент, когда он помчался в роддом. По пути заскочил в нарсуд, сообщил, что Настя родила сына и сегодня их уже выписывают. Все кинулись шумно поздравлять Василия, передавать приветы Насте, а Иван Степанович неожиданно спросил:

– Так ты, Вася, когда будешь забирать жену с сыном из роддома?

– Прямо сейчас.

– А домой что – пешком пойдете? – Иван Степанович лукаво посмотрел на Василия.

– Я не знаю, – растерялся Василий. – Наверное, пешком.

– В общем так, – распорядился Иван Степанович, – бери мою машину и дуй в роддом. Отвезешь ее прямо домой. Понял?

– Иван Степанович, спасибо большое! – обрадовался Василий.

– Ну, «спасибом» не отделаешься. Скоро всем судом придем обмывать сына. Не сегодня, конечно, вот Настя оклемается немного, и придем.

Настя вышла к Василию похудевшая и уставшая, но с радостно сверкающими глазами. Обняв жену, Василий с трепетным волнением принял малыша на руки.

– Вот, Васенька, это наш Толик. – Настя, приподняв угол покрывальца, в которое был укутан малыш, открыла его красное личико, показывая мужу ребенка.

– А почему Толик? – не понял Василий. До этого он совсем не думал, как они назовут сына.

– А что, разве плохое имя? – Настя испуганно посмотрела на мужа. – А я уже его так называю. Тебе что, не нравится?

– Да что ты, Настенька, хорошее имя, просто неожиданно как-то. Я – отец и это мой сын Анатолий Васильевич. Здорово звучит, да?

– Конечно, Васенька, хорошо, только пойдем домой. Я так устала. Слабость какая-то.

– Мы не пойдем, а поедем, – радостно сообщил Василий. – Иван Степанович свою машину нам выделил.

– Ну, зачем же ты, Вася, людей побеспокоил? Мы бы и так потихонечку дошли.

– Да я зашел только сказать, что сын родился, а Иван Степанович, узнав, что сегодня тебя выписывают, сразу машину дал. Ничего, Настенька, зато быстро доедем до дома.

Усадив Настю в машину на переднее сиденье, Василий сам уселся сзади, бережно прижимая к себе сверток с сыном.

Дома, уложив сына в колыбельку, Василий с Настей склонились над ним, вглядываясь в спящее личико сына.

– На тебя похож, – прошептал Василий.

– А глаза у него твои. Вот увидишь, как проснется, – прижавшись к мужу, Настя еще тише прошептала: – Вася, я такая счастливая.

23

Отпуск у Василия пролетел быстро и