Родовой быт славянских князей - Дмитрий Александрович Боровков

В этих переселениях принимали иногда участие и низшие вои, люди, жители городов, из любви к князю, в надежде больших выгод, вследствие неустановившегося образа жизни. Так, в 1146 году мы видим из прямого указания летописи, что три города вышли, были пойманы и задержаны.

А глядя на них, приучались переходить с места на место и сами поселяне, ища себе больше льготы и покоя под защитой и покровительством значительнейших бояр, удаляясь от главных путей сообщения, по которым следовали вои, – тем более что свободной земли было везде много, и она считалась нипочем, совершенно не сходно с Западом, где каждой лоскуток ее был дорог. Срубить избу, где бы то ни было, ничего не стоило.

Князья переходили, бояре переходили, вои переходили, смерды переходили, города, в смысле гарнизонов (засад), переходили. Города переходили и в смысле столиц, то есть пребываний княжеских. Князья получали себе во владение ту или другую волость, выбирали себе новое местопребывание и таким образом переносили средоточие силы и власти. Так, по временам получали и теряли значение Овруч, Галич, Пересопница, Вщиж, Туров.

Пределы княжеств беспрестанно изменялись, да их почти и не было, а были пределы временных владений княжеских, например, княжество Киевское при великом князе Изяславе Ярославиче имело одни пределы, другие – при брате его Всеволоде, при Святополке, при Мономахе, при Мстиславе, при Всеволоде Ольговиче, при Ярополке Владимировиче.

И главный центр княжеств (средоточие) переносился с места на место – Новгород, Киев, Владимир (как после Тверь, Москва, Петербург …?).

Наконец, странное явление, большая часть древних городов наших даже вещественно, как поселения, не остались на первых своих местах, например Новгород, Белозерск, Ростов, Муром, Рязань, Переяславль…

В этом движении, представляющем как бы переход от кочевой жизни азиатской к оседлой европейской, в этом брожении, вслед за основанием государства и распространением его пределов, представляется одно из главных отличий русской истории от истории западных европейских государств и вместе основание, условие, многих последующих событий.

‹…›

С. М. Соловьев

О родовых отношениях между князьями Древней Руси

Отношения между членами княжеского рода, занимающие такое важное место в отечественной истории до самого пресечения Рюрикова дома, до сих пор еще не уяснены, и значение их не оценено; до сих пор на них лежит приговор Карамзина, который в борьбе князей Древней Руси видел одни бессмысленные драки владельцев-соседей. Но теперь, когда наука, благодаря исполинскому труду того же Карамзина, отысканию и разработке материалов, сделала заметный шаг вперед, теперь одна из главных задач для исследователей русской истории состоит в том, чтоб уяснить смысл борьбы между древними князьями нашими, показать связь этой борьбы с явлениями последующими, назначить ей надлежащее место в историческом развитии общества. Цель предлагаемого исследования – споспешествовать хотя сколько-нибудь в этом важном и трудном деле.

Прежде всего мы должны обратить внимание на значение старшего в роду или великого князя. Старший в роду, вступая во все права отца, мог требовать от младших членов рода глубокого уважения и покорности своей воле[147]. Младший обязан был идти всюду по первому зову старшего[148]; обязан был, по тогдашнему выражению, ездить подле его стремени[149], иметь его господином, быть в его воле[150], смотреть на него[151]. Старший имел право судить и наказывать младших членов рода[152]. Младший должен был соглашаться на распоряжение старшего без возражений, не имел права подавать совета старшему, и когда последний спрашивал его мнения, то считал это за большую честь и снисхождение[153]. Из всего сказанного легко было бы заключить, что старший в роду имел самую неограниченную власть над младшими; но те же семейные понятия, которые давали ему такую огромную власть, те же самые семейные понятая стесняли ее, ограничивали в пользу младших членов, а именно: старший в роду до тех только пор сохранял неограниченную власть, пока сам свято исполнял свои отеческие обязанности, то есть пока не отделял своих интересов от интересов целого рода, пока не переставал смотреть на каждого младшего как на собственного сына, не делая никакого различия между ближними и отдаленными родичами, сохраняя между ними строгую справедливость. Как же скоро старший в роду пренебрегал своими отеческими обязанностями, как скоро предпочитал собственные выгоды или выгоды детей своих интересам целого рода, то он терял свое значение старшего, отца; все его права, равно как обязанности младших к нему, рушились, его власть заменялась или общим родовым советом, или, в случае разногласия князей, каждый из них действовал, защищал свои права, как умел и как мог. Так, когда Всеволод Ольгович, доставши киевский стол, пренебрег интересами рода Святославова, в котором он был старшим, и для выгод собственного сына искал дружбы Мстиславичей, не давая хороших уделов братьям, то последние сказали ему: «Мы обязаны тебе повиновением, как старшему; но если ты пренебрегаешь выгодами нашего рода, подружился со Мстиславичами, своими шурьями, а нашими врагами, осажался ими около, нам на безголовье и безместье, не давая нам ничего, то мы должны заботиться о себе сами»[154]. Так Ростислав Юрьевич, видя несправедливость отца, не давшего ему удела, отступил от него и обратился к врагу его, Изяславу Мстиславичу; последний при этом случае говорит, что отец Ростислава Юрий старше их всех, но что они, младшие, не могут признать этого старшинства, ибо Юрий не исполняет своих обязанностей в отношении к ним, и что он, Изяслав, принял в таком случае старшинство на себя и клянется вполне исполнить свои отеческие обязанности[155]. Эта обязанность отца или старшего блюсти выгоды своего рода, иметь весь свой род, «яко дупло», не позволяла ему считать себя единовластным владельцем области, располагать ею по произволу: он был только совладельцем с своими сыновьями и спешил при первой возможности ввести их во владение: вот одна из причин, почему Святослав, Владимир, Ярослав спешили выделять своим сыновьям уделы; вот почему в древние периоды нашей истории не могло существовать завещания в том смысле, в каком мы его теперь принимаем; ибо при общности родовой собственности великий князь не мог ничем распоряжаться. Так, когда Мстислав Владимирович Мономашич с братом Ярополком уговорились было назначить Киев по смерти Ярополка сыну Мстислава, Всеволоду, мимо дядей его, и представляли, что на это была воля отца их Мономаха, то этой