Римская Британия - Евгений Викторович Старшов

чтобы их воспитанники, слишком полагаясь на запись, обращали меньше внимания на укрепление памяти; да и действительно со многими людьми бывает, что они, находя себе опору в записи, с меньшей старательностью учат наизусть и запоминают прочитанное. Больше всего стараются друиды укрепить убеждение в бессмертии души: душа, по их учению, переходит по смерти одного тела в другое; они думают, что эта вера устраняет страх смерти и тем возбуждает храбрость. Кроме того, они много говорят своим молодым ученикам о светилах и их движении, о величине мира и земли, о природе и о могуществе и власти бессмертных богов…

Все галлы чрезвычайно набожны. Поэтому люди, пораженные тяжкими болезнями, а также проводящие жизнь в войне и в других опасностях, приносят или дают обет принести человеческие жертвы; этим у них заведуют друиды. Именно галлы думают, что бессмертных богов можно умилостивить не иначе как принесением в жертву за человеческую жизнь также человеческой жизни. У них заведены даже общественные жертвоприношения этого рода. Некоторые племена употребляют для этой цели огромные чучела, сделанные из прутьев, члены которых они наполняют живыми людьми; они поджигают их снизу, и люди сгорают в пламени. Но, по их мнению, еще угоднее бессмертным богам принесение в жертву попавшихся в воровстве, грабеже или другом тяжелом преступлении; а когда таких людей не хватает, тогда они прибегают к принесению в жертву даже невиновных… (Богу войны) после победы приносят в жертву все захваченное живым» («Записки о Галльской войне», VI, 13–14, 16, 17).

Диодор Сицилийский добавляет, опять же, о галлах, поминая и бардов, и человеческие жертвоприношения, и еще много чего интересного (пер. с англ. Е.С.): «Среди них есть лирические поэты, которых они зовут бардами. Эти люди поют под аккомпанемент инструментов, похожих на лиры, и песни их либо хвалебные, либо злословные. Философы, как бы мы их назвали, и люди, сведущие в религиозных делах, чрезвычайно ими почитаются и именуются друидами[38]. Галлы часто используют пророков и воздают им соответствующие почести, и эти люди предсказывают будущее по полету или крику птиц, забиванию жертвенных животных, и все общество им подчиняется. Также они соблюдают обычай, наиболее поражающий и невероятный, когда им предстоит решать дело чрезвычайной важности (вспомним массовое жертвоприношение в пещере и жертву из болота. – Е.С.): в подобном случае они избирают человеческую жертву и наносят удар кинжалом в район выше диафрагмы, и когда жертва валится [наземь], по тому, как она упала и как движутся ее члены, они предсказывают будущее, так же, как и по кровоиспусканию, исходя из доверия к многолетней практике своих наблюдений. Также в обычае, чтоб никто не приносил жертву без участия такого «философа», ибо благодарность богам следует воздавать, как они говорят, через руки людей, знакомых с божественной природой и которые говорят на языке богов; так, через посредство таких людей, они снискивают себе благословение [богов]. И не только в обстоятельствах мира, но и на войне они прежде всего подчиняются этим людям и поющим бардам, и это подчинение отмечают не только их друзья, но и враги; много раз, к примеру, когда сходились два войска для боя, обнажив мечи и выставив копья, эти люди выходили между ними и принуждали к миру, укрощая их словом, словно диких зверей» («Историческая библиотека», V, 31, 2–5).

В том же ключе пишет и Страбон: «У всех галльских племен, вообще говоря, существует группы людей, которых особенно почитают: барды, предсказатели и друиды. Барды – певцы и поэты; предсказатели ведают священными обрядами и изучают природу, друиды же вдобавок к изучению природы занимаются также и этикой. Друидов считают справедливейшими из людей и вследствие этого им вверяют рассмотрение как частных, так и общественных споров. Поэтому в прежние времена они улаживали военные столкновения и заставляли противников останавливаться, когда те уже собирались сразиться друг с другом; дела об убийствах преимущественно отдавались на их решение. Большое количество этих дел сопровождается, как они считают, и обилием благ в стране. Не только друиды, но и другие утверждают, что души и вселенная неразрушимы; но все же в конечном счете огонь и вода одержат верх над ними. Вдобавок к простодушию и храбрости у них еще много глупости и хвастовства, а также страсти к украшению, ибо они не только носят золотые украшения – ожерелья вокруг шеи и браслеты на руках и запястьях, но и сановники носят разноцветную расшитую золотом одежду. В силу такой душевной пустоты они нестерпимы как победители и выглядят совершенно растерянными, потерпев поражение. Кроме того, к их глупости присоединяется еще варварский и экзотический обычай, свойственный большинству северных народов, возвращаясь после битвы, вешать головы врагов на шеи лошадям и, доставив эти трофеи домой, прибивать их гвоздями напоказ перед входом в дом. Посидоний говорит, что ему самому пришлось наблюдать подобное зрелище во многих местах, хотя сначала он чувствовал отвращение, но потом, привыкнув, спокойно переносил его. Головы знатных врагов галлы [сохраняли] в кедровом масле, показывали чужеземцам и не соглашались отдавать их [за выкуп] даже на вес золота. Римляне отучили их от обычаев, жертвоприношений и гаданий, противоположных тем, что в ходу у нас. Они наносили человеку, обреченному в жертву, удар в спину и гадали по его судорогам. Однако они не приносили жертв без друидов. Упоминаются еще и другого рода человеческие жертвоприношения; они расстреливали свои жертвы из лука, или распинали их в святилищах, или же сооружали огромную статую из сена и дерева, затем бросали туда скот и всевозможных диких животных, а также людей, и все это вместе сжигали» («География», IV, 4, 4–5).

Марк Туллий Цицерон (106—43 гг. до н. э.) свидетельствует: «Значением дивинации (предсказанием. – Е.С.) не пренебрегают даже в варварских странах. Так, в Галлии этим занимаются друиды, с одним из них я сам познакомился, с Эдуем Дивитиаком, который был у тебя в гостях и позже очень тебя хвалил. Он претендовал на знание естественных наук – греки это называют физиологией – и, частью основываясь на авгуриях, частью на толковании примет, предсказывал будущее» («О дивинации», I, 41, 90). Очень интересный момент – этот друид около 61 г. до н. э. побывал в Риме с посольской миссией, не очень удачно ходатайствуя там о помощи своему племени. Позже он появляется на страницах «Записок о Галльской войне» Цезаря, где выступает на стороне римлян, давая ценные советы по географии и общественному устройству Галлии и руководит войском союзных эдуев.

Приведем теперь уникальные свидетельства Плиния Старшего о друидском колдовстве посредством био- и зоологии (пер. с англ. Е.С.): «Нельзя не отметить почитание этого