От Садового кольца до границ Москвы. История окраин, шедевры зодчества, памятные места, людские судьбы - Сергей Константинович Романюк

этими местами его сестрой, царицей Ириной Федоровной. Есть только рассказ, переданный одним из первых авторов, писавших о здешних местах, Н. Иванчиным-Писаревым в книге «Прогулка по древнему Коломенскому уезду», изданной в 1844 г., где он сообщает, что «в пруду Цареборисовском однажды была поймана карпия или какая-то другая рыба с серьгами Ирины Федоровны». История эта была рассказана ему Петром Степановичем Валуевым, начальником Кремлевской экспедиции, которому подчинялась вся дворцовая Коломенская волость.

Борисовский пруд самый большой в Москве, площадь его 86 гектаров. Но он еще и глубокий – средняя глубина два с половиной метра. Пруд документально известен с XVII в., когда тут, в приселке государева села Коломенского, писцы отметили деревянную Троицкую церковь с Никольским приделом в Борисове.

Большое село Борисово – в нем в конце XIX столетия насчитывалось более тысячи жителей – находилось на юго-западном берегу Борисовского пруда, примерно там, где теперь проходит улица Городенка, названная по речке, вытекающей из пруда и впадающей в Москву-реку напротив Капотни. Старинная сельская церковь Троицы дожила почти до конца XIX в., когда жители Борисова подали прошение о строительстве нового обширного храма. Комиссия по сохранению древних памятников согласилась со сносом, обмерила и зарисовала старую церковь. Главный престол новой церкви был освящен, как и в старой церкви, во имя Троицы Живоначальной, один придел был Никольским, а второй – во имя иконы Богоматери «Утоли моя печали».

Восстановленное красно-белое здание церкви, которое совсем еще недавно было просто неприглядным кирпичным остовом, открытым всем ветрам, стоит на берегу пруда, вдали от жилых кварталов (Борисовский пр., 15). Освящение обновленной Троицкой церкви состоялось 14 сентября 1991 г.

Орехово

Орехово – бывшая деревня по Каширскому тракту, известная с конца XVI в. Тогда она называлась Орехова пустошь и находилась в вотчине боярина Лукьяна Стрешнева, который приобрел ее в 1633 г. В 1650–1663 гг. ею владел его сын С.Л. Стрешнев, а после кончины перешла к его вдове. В переписи, проведенной в 1666 г., об Орехове говорилось так: «…деревня, что была пустошь Орехова… а в ней литовского полону 5 дворов крестьянских, в них 20 человек…»

В XVIII в. ею владели Кантемиры, которые получили ее от Петра I, когда молдавские господари перешли на его сторону и в результате неудачной войны с Турцией, закончившейся Прутским миром, были вынуждены спасаться от турок.

Деревню эту и расположенные рядом с ней приобрела Екатерина II вместе с кантемировской Черной Грязью, и с тех пор Орехово числилось в ведомстве дворцовой конторы.

В 1852 г. в Орехове было 194 жителя, в 1899-м – 499, а в 1926-м – 630 человек.

Глава 8

Юго-запад

Воробьевы горы

Но люблю я эти горы

В простоте веселой их.

Их обрывы, их уборы

Перелесков молодых.

Там любил я в полдень жаркий,

В тишине бродить. Вдали

Предо мною лентой яркой

Волны резвые текли;

Прилетал порой тяжелый,

Звучный гул колоколов,

И блистал, как бы с престола,

Между долов и холмов,

Сердце Руси православной,

Град святой, перводержавный,

Вековой…

Аполлон Майков

Воробьевы горы издавна считались самым лучшим местом, откуда можно было посмотреть на Москву: великий любитель показывать город, М.Н. Загоскин обязательно привозил своих гостей сюда, и до сих пор во всех московских экскурсиях считается обязательным посещение Воробьевых гор.

Интересные метаморфозы происходили с названием этой знаменитой московской местности. Воробьевыми горами они именовались, возможно, еще с XV в., когда великая княгиня Софья Витовтовна купила здесь село у некоего попа Воробья – поповское село Воробьево. В советское время они стали называться Ленинскими, хотя официального постановления об их переименовании не было. Рассказывают, что один из советских чиновников перечеркнул на проекте афиши праздника в честь очередного конгресса Коминтерна название Воробьевы и написал Ленинские, которые с тех пор так и назывались. После исчезновения Советского государства они опять стали Воробьевыми и опять без формального одобрения свыше. Только в 1999 г. имя «Воробьевы горы» появилось на карте, но не города, а метрополитена – переименовали закрытую станцию «Ленинские горы».

Иногда название «Воробьевы горы» понимается буквально: здесь якобы было много воробьев, так как село окружали обширные плодовые сады. Но представляется наиболее надежной версия с попом Воробьем; ранее у русского народа были в ходу самые разнообразные прозвища, иногда весьма неблагозвучные для нашего уха – скажем, родоначальника Романовых и многих других аристократических русских фамилий называли Кобылой, а вот сына его Семена прозвали, может, и по делу – Жеребцом.

Воробьевы горы, по сути дела, вовсе не горы, а высокий обрывистый берег (недаром на старинных картах они называются Воробьевыми кручами) Москвы-реки, образованный краем Теплостанской возвышенности, части доледникового рельефа, высотой до 220 метров над уровнем моря и 80 метров над урезом реки. Высокий обрыв во многих местах сильно прорезан глубокими оврагами и оползнями, на склоне часто встречаются выходы ключей и родников. Основание склона сложено глинами, осадочными породами, образовавшимися в так называемый юрский период, то есть примерно 150 миллионов лет назад. Территория Москвы была залита морем, и в продолжение более чем 50 миллионов лет в этом море накапливались осадочные породы, на них наложились породы мелового периода (около 100 миллионов лет назад), когда море отступило и плоская поверхность морских осадков стала подвергаться внешнему воздействию, и их перекрыли ледниковые отложения.

Как и многие высоко расположенные места, эти были заселены с давних пор: тут находится одно из древнейших на территории современной Москвы поселение человека – Мамоново городище дьяковской культуры XVIII–VII вв. до н. э. – VI–VII вв. н. э., предков финно-угорских и балтских племен, живших тут до прихода славян.

Село Воробьево и Воробьевы горы много раз упоминаются в исторических документах. В 1451 г. Софья Витовтовна, вдова великого князя Василия I, отдала село внуку своему, будущему дмитровскому князю Юрию: «А из Московских сел даю ему свои прикуп, село Поповьское Воробиево…» Князь Юрий Васильевич в 1472 г. завещал село племяннику, великому князю Ивану III, от которого оно уже переходит к старшему в роду – сыну Василию III, от него к царю Ивану Грозному и потом к его старшему сыну Ивану, погибшему от рук отца: «Да сына же своего Ивана благословляю своим царством Руским, чем мя благословил отец мои, князь великий Василей, и что мне бог дал. Даю ему город Москву, с волостми, и станы, и с путми, и с селы, и с торги, и с лавками, и с дворы гостиными…