Безграмотное Средневековье - Екатерина Александровна Мишаненкова

на описание героических деяния государей и историй целых народов; и опирались они на христианскую концепцию конечности времени». Средневековые авторы писали с размахом – начинали свои исторические труды с Сотворения мира или хотя бы с Рождества Христова. А заканчивали кто чем считал нужным – кто-то доводил до современности, а кто-то не стремился к освещению недавних событий и писал именно о деяниях людей прошлого.

Исторические труды часто имели эсхатологическую окраску, потому что в христианской традиции мир конечен, значит, надо помнить, что скоро конец света. Да и материал подавался достаточно своеобразно на современный взгляд – либо через «библейскую генеалогию» (от Адама до потопа, от потопа до Авраама, от Авраама до Давида, от Давида до вавилонского пленения, последние времена и конец света), либо через теорию четырех сменяющих друг друга империй: вавилонской, персидской, македонской и римской.

Что касается содержания, то средневековые исторические труды представляли очень любопытную смесь исторических фактов, библейских событий и всякого мифологического и легендарного материала, почерпнутого как у античных авторов, так и у средневековых составителей полумифических хроник той или иной страны в Темные века. Из наиболее глобальных работ можно назвать «Схоластическую историю» XII века, составленную французским интеллектуалом Петром Коместором, известным как «доктор истории». В этом труде средневековый читатель мог найти стройное повествование о глубокой древности и комментированный пересказ библейской истории от Сотворения мира до пришествия Христа.

Школа Высокого Средневековья

ложившаяся в Раннем Средневековье система образования на основе семи свободных искусств продолжала существовать и дальше. Но в связи с растущим запросом общества на образованных людей увеличивалось не только количество школ, но и их разнообразие как по социальному, географическому (и даже гендерному) принципу, так и по уровню даваемого ими образования.

«К рубежу I–II тыс. н. э., – пишет Денис Литошенко в книге «Эволюция университетского образования в Европе XVI – конца XVIII веков» – в Западной Европе функционировала сложная, многоуровневая система школьного образования, основу которой составляли заведения следующих типов:

1. Монастырские: а) внутренние школы для мальчиков, готовившихся к пострижению в монахи; б) внешние школы для мальчиков-мирян;

2. Соборные, или кафедральные – при епископских резиденциях: а) для подготовки будущих священнослужителей: б) для мирян;

3. Приходские, которые содержались священниками. В XI в. сюда же присоединились магистратские (городские), цеховые, гильдейские и частные светские школы.

По логике вещей все названные категории школ формально обладали одинаковым статусом, но на практике всё выглядело совершенно иначе. Некоторые из школ давали только начальное образование, другие обеспечивали более высокий уровень подготовки, а в третьих, культивируемая образованность на полном основании претендовала на то, чтобы называться образованием высшего порядка. Собственно говоря, только магистратские школы могли похвастаться относительно более высоким статусом. Зачастую в одной местности существовали школы всех названных типов, что закономерно приводило к возникновению антагонистических отношений между ними как собственно на педагогической, так и на экономической почве».

Конечно, это не значит, что во всех школах обучали совсем по-разному. В начальных школах учили читать, считать, писать, а на следующей ступеньке все школы так или иначе учили семи свободным искусствам. Как пишет О. И. Варьяш в книге «Послушник и школяр, наставник и магистр», серьезные перемены начались в конце XI века, с развитием и ростом значимости и силы городов: «Появляются городские школы, действующие при соборах. Одну из таких школ, где мальчики учат грамматику, стихосложение, устраивают для горожан-сограждан показательный диспут, а по праздникам развлекаются петушиным боем, рисует в своем «Описании Лондона» Фиц-Стефен. Городские школы все больше привлекают и учеников, и учителей.

В XII в. славились парижские школы. Одна за другой возникали здесь частные школы, предлагавшие значительную свободу выбора предмета и способа его толкования и преподавания. Здесь разворачивались великие философские битвы XII в.».

Здесь стоит добавить, что посещали эти школы по большей части отнюдь не дети дворян. Сыновей знатных людей, находившихся на службе в пажах у какого-нибудь лорда, чаще всего обучал специальный наставник (обычно вместе с сыновьями самого лорда). Некоторые, правда, еще до того, как поступить на службу, учились в монастырских школах, чтобы получить начальное образование, но по возможности им все-таки давали домашнее образование. А уж о полноценном среднем, после которого можно было бы поступать в университет, и говорить нечего. Конечно, нам известно, что, в частности, в Англии сыновья дворян учились в Винчестерской школе и в Итоне, но они были основаны довольно поздно – первая после 1373 года, а вторая – после 1440 года. Да и в целом – из тридцати английских грамматических школ, основанных до 1500 года, во всех кроме этих двух учились в основном представители среднего класса.

Недовольные представители знатных семей даже периодически жаловались на все эти школы, которые, дескать, могли помочь любому сапожнику выучить своего сына, так, чтобы тот впоследствии смог стать врачом или чиновником, и что из-за них каждый простолюдин может стать клириком, а то со временем и епископом, и сыновьям лордов придется преклонять перед ним колени.

Похожая картина была и в других странах, М. А. Полякова пишет, что в Германии стремительный рост числа городских школ начался в XIII веке, и их «основной целью было обучение детей городской верхушки (бюргерства и купечества) письму и счету, а позднее – составлению деловых бумаг на немецком языке. Факты открытия школ, где родной язык теснил латынь, отмечаются также и в других странах. Начало преподавания на родном языке примечательно в том смысле, что свидетельствует о возникновении в Европе этнически сравнительно единых систем образований, учитывающих экономические связи и обладающих некой культурной общностью».

А М. Р. Ненарокова в статье «Ученый город Гальберштадт: люди и книги в Средние века» приводит в пример школы этого саксонского города с богатыми образовательными традициями – первые учебные заведения там появились еще при Карле Великом. А в гальберштадтских грамотах XII века упоминаются уже две школы. Первая и старейшая – школа при соборе святого Стефана («Стефанеум»), наставники которой были весьма уважаемыми в городе людьми. Это известно благодаря тому, что их часто приглашали подписывать различные документы в качестве свидетелей. Вторая школа была, по-видимому, учреждена в XII веке при церкви Пресвятой Богородицы.

К XIII веку школ было уже четыре – в документах упоминаются еще две, при церквах святого Бонифация и апостола Павла. В 1240 году по решению епископа была основана еще одна школа – при церкви святого Маврикия, куда были переведены каноники из церкви святого Бонифация, причем для школы даже специально построили новое здание. А к 1316 году в городе было уже семь школ.

«Не все учащиеся в городских школах были людьми обеспеченными, – пишет Ненарокова, – поэтому многое в жизни школяров зависело от пожертвований. Как уже говорилось выше, в завещаниях клириков небольшие суммы предназначались неимущим ученикам. Среди прочих завещаний выделяется документ