Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

появилась из узкого прохода, ведущего на задний двор гостиницы. Она остановилась на секунду, огляделась, и… по экрану прошла лёгкая рябь. А когда изображение восстановилось, шаманки на улице уже не было!

– Такое впечатление, – медленно проговорил Почкин, – что наша беглянка сама навела помехи, чтобы скрыться.

– Интересно, чем же это она навела? – усомнился Власкин. – Чтобы так расстроить камеру внешнего наблюдения, нужно, как минимум, включить возле неё микроволновку! Ну, или приложить к ней сильный электромагнит. А я что-то ни того, ни другого не заметил.

– Для человека, освоившего сиддху невидимости, электромагнит не нужен, – раздалось у них за спинами.

Рокотов радостно обернулся. У двери стоял Соболев и улыбался. Друзья крепко пожали друг другу руки, и Андрей спросил:

– Какими судьбами, Вадим?

– Я же с вами теперь в одной упряжке, волей-неволей, – напомнил Соболев, присаживаясь на свободный стул рядом со столом Власкина.

– А что за «сиддха невидимости»? – подозрительно поинтересовался любознательный Почкин.

– Это из индийской, точнее, из йогической, практики, Валера, – охотно пояснил Вадим. – Сиддхами они называют способности, которые приобретают в процессе совершенствования медитации. Их много… Я могу тебе дать кое-что почитать, если интересно. Невидимость, или Антарадхана, даёт способность человеку, её освоившему, стать незаметным или малозаметным для других людей.

– Полезная способность!..

– Ещё бы!.. А что у вас за кино?

– Да вот уточняем личность погибшего в гостинице «У Татьяны».

– И кто это?

– Некто Виталий Семёнович Селедков, преподаватель русского языка с филологического факультета университета, а ещё – новый пресвитер усть-манской общины баптистов, у которых на прошлой неделе сгорел молельный дом вместе с руководством, – объяснил Рокотов. – Это уже пятая жертва некой дамы, которую ты обозначил как «молодая волчица»…

– А, Айлат Ёвэр-нэ?.. Снова она?

– Нет, мы просматривали видео с уличных камер возле вчерашней гостиницы. Покойника, можно считать, мы определили, а вот с «волчицей» опять прокол.

– Почему?

– Её нет ни в одной базе…

– Тогда надо искать в архивах, – уверенно сказал Вадим. – Нэй-анки определённо взяла образ из прошлого либо обрела временное пристанище в реально существующей женщине родом из местных хантов. Я лично склоняюсь ко второму варианту.

– Хорошо, допустим, и как её искать в архиве? – Андрей скептически посмотрел на друга. – Я так понимаю, фото там нет?

– Ну, почему же. Примерно с девяностых годов девятнадцатого века российские этнографы плотно занялись изучением автохтонного населения Сибири, в том числе и хантов. Они ездили по стойбищам, описывали и часто фотографировали аборигенов. Так что вполне возможно, при внимательном просмотре тех архивов мы наткнёмся на… нужный образ.

– Отлично! Вот ты и займись!

– Замётано, майор! – улыбнулся Соболев. – А сейчас хочешь составить мне компанию?

– Куда?

– Навестим наших общих знакомых, евангельских христиан, бывших, разумеется.

– Что ещё за евангельские христиане? – подозрительно спросил Почкин. – Может быть, баптисты?

– Нет, Валера, – покачал головой Соболев. – Это не совсем одно и то же. Исторически какое-то время в прошлом веке баптисты и евангельские христиане составили единое конфессиональное сообщество, но уже в нашем веке евангелисты вновь решили идти по жизни самостоятельно и создали Всероссийское содружество евангельских христиан – ВСЕХ. Правда, с этим согласились не все евангелисты, и значительная часть их осталась в союзе с баптистами.

– И откуда ты всё знаешь, Вадим? – искренне удивился Рокотов. – Прямо ходячая энциклопедия!

– Много умных книжек читаю, Андрей. Что и тебе советую, кстати. Весьма полезно в нашей профессии.

– Так что мы там будем делать, у евангелистов?

– Посмотрим, как далеко они зашли в своём отступничестве.

Дважды уговаривать Рокотова не пришлось. Почкина оставили на связи, а Власкин, сославшись на срочную работу, улизнул в свою лабораторию. В результате Соболев и Рокотов поехали на Кузнечный взвоз вдвоём.

Когда они уже подъезжали к адресу, Рокотову неожиданно позвонил Лукошкин.

– Товарищ майор, докладываю. На наблюдаемом объекте появилась женщина в красном, объявленная в розыск два дня назад. Второй субъект так и не появился. Будем брать?..

– Погоди, Витя! Не спеши. – Андрей повернулся к сидящему сзади Соболеву. – Лукошкин хочет задержать твою шаманку. Она только что объявилась в доме Боровикова.

– Не вздумайте! – немедленно откликнулся тот. – Дай мне телефон… Капитан, послушайте: эта женщина – шаманка, очень опасна. Вам не удастся захватить её, только людей погубите!

– У меня здесь четверо оперов! Неужели они не справятся с одной женщиной, пусть даже у неё чёрный пояс по карате или тхэквондо?

– Она гораздо хуже. Она уделает ваших оперов и вас заодно на раз!.. Причём сразу – насмерть!

– Дай-ка мне, Вадим. – Рокотов отнял у него мобильник. – Лукошкин, я тебе приказываю: только наблюдение, никакой самодеятельности. Головой отвечаешь за каждого! Всё ясно?..

– Так точно, – недовольно пробурчал капитан. – Есть продолжать наблюдение…

Рокотов облегчённо выдохнул и сказал водителю:

– Миша, притормози здесь. Мы с товарищем пешком прогуляемся, нечего зря машину светить.

Они вылезли из прохладного нутра «Весты» в уже набравшую силу июньскую жару. Огляделись и неспешно двинулись по улице в сторону раскрытых ворот бывшего подворья церкви евангельских христиан. В эту пору Кузнечный взвоз, и без того малолюдный, выглядел вовсе забытым – ни человека, ни собаки, ни машины, – воробьи, и те куда-то спрятались от летнего зноя. Над дорогой дрожало марево, и от того казалось, что улица ненастоящая – мираж или морок полуденный.

Когда до ворот оставалось не более полусотни метров, оттуда вдруг вышел очень знакомый Рокотову человек – худой, бородатый, в застиранных джинсах и футболке. Андрей замер, как легавая перед тетеревом. Соболев тоже остановился, с интересом разглядывая бородача.

– Это кто? – тихо спросил Вадим.

– Боровиков… – выдохнул Андрей и весь подобрался. – Он в розыске. Берём!..

– Думаю, не получится, – остановил его Соболев.

– Это ещё почему?!

– Он под защитой Нэй-анки…

– Да ну тебя!..

Рокотов быстро пошёл к пока не заметившему его Боровикову, на ходу доставая удостоверение. Однако новоявленный шаман не стал дожидаться, пока его схватят. Увидев приближающегося к нему крепкого мужчину, Боровиков кинулся прочь по улице, в сторону большого парка. Андрей молча рванул за ним, так что Вадим не успел его остановить, посмотрел вслед да и махнул рукой. Потом приблизился к воротам и заглянул во двор.

Там по-прежнему кипела работа. Даже отмеченный «великим Унху» великан тоже усердно копал очередную яму под столб. Нового зрителя никто не заметил, кроме одного невысокого паренька в рубахе старинного покроя и таких же штанах, босоногого и с непокрытой головой. Паренёк внимательно посмотрел на Соболева и вдруг подмигнул ему, головой указав за угол ворот. Вадим, нимало удивлённый, послушно вышел обратно на улицу и укрылся под ближайшей липой. Через минуту к нему присоединился странный паренёк. Он был уже – как ни удивительно – в кирзовых сапогах