Венценосец - Арсений Евгеньевич Втюрин

потом, когда на тинг к конунгу приплыли новогородские князья, он узнал в одном из них того самого человека из своих видений. Им оказался ладожский князь Рюрик, слава о котором давно достигла побережья и даже самых отдалённых фьордов. А то, что этот человек стал в Новогороде первым претендентом на престол после князя Гостомысла, о том людям в окружении конунга Крума тоже было известно.

Вот потому Хельги, позабыв о гордости, сам подошёл к нему тогда на пиру в доме конунга и позвал прогуляться с молодыми и неженатыми мужчинами по берегу фьорда. Колдун всей своей сущностью чувствовал, что Рюрик и Ефанда встретятся и понравятся друг другу. Всё остальное: тинг, споры, тяжбы, обиды и даже смертный поединок – стало для него уже не важно. Свершиться должно было главное.

То, что задумали боги.

А Хельги им только старался помочь.

Глава 18

Неспешным шагом он продвигался по краю широкого рва, заполненного водой, хозяйским взглядом окидывая вздымающийся за ним земляной вал и стоящую на нём высоченную бревенчатую стену.

Чувство гордости каждый раз переполняло его при виде этого огромного сооружения.

Крепость. Ладога.

Она располагалась на мысу, имеющем форму длинного узкого языка, в месте слияния двух рек. Деревянный частокол высотой не менее двух десятков локтей опоясывал крутые берега и пересекал сушу, образуя громадный треугольник, внутри которого располагалась россыпь домов. А по берегам рек и на островах притаились многочисленные посады, утопающие в зелени окружающих их деревьев.

И здесь он, ярл Фроуд, оказался не последним человеком.

Уж пять лет минуло с той поры, как князь Рюрик велел ему вместе с Мечеславом и Карин перебраться из Белоозера в Ладогу.

Правильно поступил тогда правитель Биармии, Гардарики и Новогорода, приняв такое решение. А кому ещё можно было передать в руки это новое княжество, как не Мечеславу, сыну убитого князя Синеуса? Эта ж доля принадлежала ему, оставшись после отца.

Фроуд помнил, что прежний посадник князя в Ладоге, викинг по имени Бейнир, правящий вместе со своим ближним помощником Флоси самой Ладогой и всеми здешними землями, отправился с князем на помощь его матери и деду, попавшим в немилость к конунгу Дрётту. С собой в тот раз они взяли сына князя Трувора, совсем ещё юного княжича Воислава. Ему предстояло стать ярлом и наследником фьордов своей бабки Мэвы и прадеда Харальда.

Так уж случилось, что Рюрик убил конунга Дрётта, и его место занял младший брат Хельги – ближайший советчик князя. Но недолго оставался тот в своем фьорде и на побережье. Захотелось ему вернуться к Рюрику. Желание править огромной процветающей страной, а не бедными прибрежными землями оказалось столь велико, что уже ближайшей весной он оставил вместо себя Воислава, дав в помощники Бейнира и Флоси, а сам спешно отплыл в Новогород.

Потому-то Фроуд и оказался посадником в Ладоге при малолетнем князе Мечеславе.

Ярл подошёл к первому деревянному мосту, перекинутому через ров с водой, придирчиво осмотрел тёсаные брёвна, лежащий поверх них настил из толстых досок и ограждение из жердей с правой стороны. Намётанный глаз его сразу нашёл подгнившие куски древесины, требующие замены.

«Вот так, – тут же пронеслась в голове мысль. – Сам не проверишь, никто и смотреть не станет, нужен ли ремонт мостам, воротам и частоколу. Всё надобно решать самому! Хотя на что мне жаловаться, князь ещё юн и неопытен, а все другие ждут, когда кто-то даст им команду, как дальше быть!»

Ярл двинулся по краю рва дальше в сторону второго моста, изредка посматривая на частокол. Вот только с такого расстояния и глядя снизу вверх, сложно было увидеть сгнившие комли брёвен.

– Видать, придётся самому пройтись по краю вала подле частокола, – пробурчал он себе под нос. – Ведь ежели доверишь кому сие, то и обмануть могут, нет веры теперь ближнему люду!

Громкий свист со стороны крепости заставил Фроуда вздрогнуть и посмотреть на крепостную стену.

Там, над острыми зубьями брёвен, ярл увидел размахивающего руками воина из крепостной стражи. Ратник что-то кричал, но ветер относил слова в сторону и толком ничего нельзя было разобрать.

Помахав в ответ рукой, Фроуд торопливо вернулся к мосту и почти бегом перебрался по нему на другую сторону рва.

– Что случилось? – задрал он вверх голову.

– Гонцы от князя новогородского прискакали! Тебя требуют!

– Иду! – гаркнул в ответ ярл и зашагал по настеленной бревенчатой дороге, ведущей к главным воротам крепости.

Ноги привычно привели его к княжьим хоромам, где в гридницкой на скамье по левую руку от молодого князя Мечеслава за столом сидели трое незнакомых ему мужчин. Похоже, приплыли они на лодье, поскольку на их одежде и волосах не было пыли.

При виде входящего посадника гонцы поспешно встали, произнося приветственные и подобающие такому случаю слова.

Фроуд кивнул в ответ, неспешно прошёл к столу и сел на скамью по правую руку от кресла князя, оказавшись напротив новогородцев.

– С чем пожаловали, гонцы княжьи? – негромко спросил ярл, пристально всматриваясь в чужие лица.

– Правитель Биармии, Гардарики и Новогорода князь Рюрик шлёт тебе, князь ладожский Мечеслав, и тебе, посадник Фроуд, свои наилучшие пожелания здоровья и благополучия! – торжественным голосом произнёс старший из посланников и на мгновение замолчал.

– А что велит нам сделать государь наш? – не дожидаясь продолжения речи гонца, вступил в разговор Мечеслав.

Не ожидавший, что его прервут, новогородец слегка растерялся, но втянул в грудь побольше воздуха и снова заговорил:

– Князь начинает готовиться к походу на хазарский город Баркату, а потому велит вам не мешкая собрать дружину из добрых воинов. Людей посадить на лодьи и плыть в Новогород! Советует взять с собой викингов. Ежели война затянется, они могут пригодиться.

– Кому велено возглавить ладожскую дружину? – откинулся на спинку скамьи ярл и пальцами левой руки разгладил бороду.

– О том речи не шло, – пожал плечами гонец. – Думаю, вы сами здесь всё решите.

– А ответ наш князю нужен?

– Велено ждать, а потом уж возвращаться домой!

Ярл повернулся к внуку и с улыбкой спросил:

– Что решишь, князь?

Он увидел, как зажглись огоньки в глазах молодого человека и мелко-мелко задрожали ресницы.

– Сам поведу войска! – рубанул рукой Мечеслав.

– Что ж, согласен с тобой, – кивнул головой Фроуд. – Но возьми и меня с собой, князь, пригожусь тебе в походе. Ну а Ладогу на воеводу оставим. Надеюсь, не подведёт и со всеми делами тут справится!

Ярл хорошо видел, как обрадовался его поддержке внук, а ещё больше – тому, что он легко и просто выдвинул Мечеслава на