Венценосец - Арсений Евгеньевич Втюрин

– Этот человек стар и глуп, но зато тамгачи – ближний родич тудуна Ульмаса! Как видишь, всё просто!

– Нда-а-а, – протянул царевич. – Теперь понятно, что так мучает Церен!

Ахтуб задумчиво посмотрел куда-то в сторону и неожиданно спросил:

– Скажи, а можно как-то расстроить эту свадьбу?

– Почему бы и нет, – пожал плечами Захид. – Если, конечно, сам желаешь взять девушку в жёны! Но это тоже непросто будет сделать.

– Ну-ка, ну-ка! – тудун сощурил глаза.

– Икбар сочтёт за честь породниться с тобой, но Мотреб будет унижен и оскорблён. Дело дойдёт до их хозяина Ульмаса. Тебе доводилось с ним встречаться?

– Только издали. Тудунов много, всех не упомнишь.

– Нужно найти того, кто хорошо знает Ульмаса и сможет уговорить его не препятствовать тебе. Ты близок с тарханом Вакилом?

– Если это родич тархана Ханукки, то иногда мы видимся с этим умнейшим стариком и говорим обо всём.

– Вот и отправляйся к нему!

– Зачем?

– Я несколько раз замечал их вместе с Ульмасом, когда они приезжали на праздники в город. И мне кажется, наш тудун сильно уважает Вакила и прислушивается к его словам. Да и к тебе самому, ближнему другу бека Манассии, он тоже будет относиться с большим почтением! – Захид на мгновение замялся. – Но неужели ты и в самом деле решил заслать сватов к Церен? Зачем? За тебя ведь пойдёт любая из дочерей или племянниц могущественных тарханов! Да и не поймут такое при дворе кагана и бека! Не одобрят твоих действий!

– Не спрашивай меня ни о чём, – мягко улыбнулся другу царевич. – Даже не знаю, что на это ответить. Запала она мне в душу. Теперь все мысли только о ней. Ты хорошие советы мне дал. Нужные. Что ж, завтра с утра поскачу в Казар к тархану Вакилу! Может, там же вашего тудуна Ульмаса застану. Вы же в посёлке и в Езгуре за Церен, Икбаром и Мотребом присматривайте. Если что подозрительное заметите, шлите гонца ко мне.

На том они и распрощались.

А в столице Хазарии, едва он успел переступить порог дома своих родичей, за ним пришли люди тархана Вакила, как будто давно ожидали его приезда.

– Очень рад видеть тебя! – сразу перешёл к делу седобородый сухощавый старик, принимая тудуна в своём саду. – Прости, что не дал отдохнуть после дальней дороги, но дело не терпит отлагательств, а потому хочу переговорить с тобой до того, как это успеют сделать другие люди.

– Что случилось, уважаемый тархан? – согнал с лица приветственную улыбку царевич. – Я давно не был в Казаре. Какие новые свежие ветры возле кагана и бека дуют? Сильно ли они жизнь страны меняют? Чего мне стоит опасаться?

– По-прежнему шутишь, – добродушно пробурчал тархан. – Мне сказали, что ты побывал в построенном Айдемиром городе? И что там нового?

– В каком городе? Кто такой Айдемир? – Ахтуб широко открыл глаза от удивления.

– О-о-о, – рассмеялся старик. – Видать, обманули меня!

Видя, что царевич ничего не понял, тархан сразу успокоился и снова заговорил:

– Пару сотен лет назад, когда ещё только-только начинались войны Хазарии с Арабским халифатом, один из наших тудунов по имени Айдемир построил крепость при входе в цветущую плодородную долину. И назвал он её Езгур – по имени своей любимой жены.

– Езгур означает «свободная»? – спросил Ахтуб, с интересом слушая Вакила.

– Ну да, – кивнул седой головой тархан. – Так оно и есть. Но слушай дальше. Легенда говорит, что та женщина была очень красива. Ослепительно красива. Вот только муж не хотел её никому показывать и не выпускал никуда за стены своего города. Боялся, что узнают о ней тарханы и заставят привезти ко двору кагана в Семендер. А там, сам понимаешь, и потерять жену можно было.

Старик замолчал, словно вспоминая о чём-то своем, уже давно подзабытом.

– Прости, что прерываю твоё мудрое молчание, тархан, – не смог долго ждать царевич. – Что же случилось потом?

Вакил вздрогнул, хитро взглянул на Ахтуба и пробурчал:

– Ишь, как глубоко я задумался. Видать, совсем старым становлюсь!

Он старательно разгладил пальцами седую бороду и продолжил:

– Однажды, когда Айдемир находился в ставке у своего тархана, на территорию Хазарии вторглась конница знаменитого арабского воителя Джарраха. На пути его войск стояла крепость Езгур. Стены её были высоки, ворота крепки, но командовать людьми оказалось некому.

– Неужели Айдемир не оставил никого вместо себя? – недоумённо поднял брови царевич.

– Он понадеялся на своего учителя – старого сенгура, который вырастил его сызмальства. Ему тудун доверил не только крепость, но и свою жену.

– Похоже, Айдемир был ревнив сверх всякой меры! – рассмеялся Ахтуб. – И что сенгур, не смог закрыть ворота и расставить по стенам своих воинов?

– Когда люди прибежали в крепость с вестью о приходе арабов, то нашли его мёртвым. Умер своей смертью от старости.

– Ну и ну, – покачал головой царевич. – Неожиданно как-то, но на всё воля богов! А крепость сразу сдалась?

– Вот тут-то и начинается самое интересное! – Блёклые глаза Вакила потемнели, лицо просветлело. – Прекрасная Езгур облачилась в доспехи мужа, взяла в руки оружие и стала командовать воинами и местными жителями. Женщин, детей и стариков она приказала увести по тропам в горы, весь скот загнать внутрь крепости, ворота закрыть, а в ставку тархана и в Семендер отправить гонцов за помощью. Город спешно готовился к осаде.

– Эту историю мне никто не рассказывал, – удивился тудун, не спуская заинтересованного взгляда с тархана.

– Рано утром арабы окружили со всех сторон крепость, и Джаррах прислал своего гонца, предложив главному воинскому человеку гарнизона встретиться с ним за городскими стенами, – продолжил свой рассказ старик. – Каково же было его удивление, когда вскоре он увидел перед собой неописуемой красоты женщину, да ещё в полном вооружении и на белоснежном коне. Сердце непобедимого Джарраха воспылало к ней страстью, и воитель предложил ей стать его наложницей, а если она согласится, то этим спасёт свой город и гарнизон от лютой смерти. Сама же до конца дней своих станет жить в немыслимой для человека роскоши. Джаррах клялся осыпать женщину с ног до головы золотом и драгоценными камнями, бросить к её ногам целые царства.

– А Езгур? – Ахтуб в нетерпении стал притоптывать ногой.

– Фу-у-у, какой же ты, оказывается, нетерпеливый! – наморщил нос Вакил и подмигнул царевичу. – Засмеялась красавица в лицо арабу и сказала, что шакал не может требовать любви львицы. Ему остаётся лишь подбирать за ней объедки. И лучше ему убраться отсюда подобру-поздорову, а то скоро вернётся со своими воинами её лев-муж и погонит плетью шакала обратно в горы.