Сибирский приключенческий роман 3 - Виталий Галияскарович Гадиятов

Солнце уже спряталось за гору, а они всё шли. Было ясно, что за один переход они не смогут достичь намеченной точки и придется где-то останавливаться на ночлег. Но сколько Борис ни смотрел — везде была похожая картина: подмоченный или только освободившийся от воды берег, и ни одного сухого места. Он уже хотел повернуть к коренному берегу, лежавшему в стороне, как на противоположной стороне реки заметил избушку. Она стояла на высокой террасе, выделяясь только своей белизной от окружающей зелени. Если бы не набитая тропа, поднимавшаяся от реки, Борис бы её не заметил. Он проследил, куда она идет, и был сполна вознаграждён. Спрятать тропу было невозможно, её можно было принять за звериную. Для тех, кто поставил эту избушку в устье безымянной реки, впадавшей в Маймакан, это, вероятно, оказалось решающим. Борис почему-то подумал, что в таких местах хорошо ловится рыба. И когда они оказались напротив избушки, Борис остановился.

— Всё, Нина, пришли. Будем переправляться на ту сторону. Там заночуем, — он показал на избушку.

Борис снял свой рюкзак и помог Нине.

— Вот красота какая! Просто поразительно! — Несмотря на усталость, Нина была счастлива. Она рядом с любимым, она доказала, что такая же сильная, как и он. Наконец-то можно было отдохнуть! Но едва отдышавшись, Нина принялась помогать Борису. Она вытащила резиновую лодку из рюкзака, потом вместе с Борисом её накачивала. Три раздельные секции этой лодки делали её совсем безопасной, практически непотопляемой.

Только они отчалили, как быстрое течение подхватило лодку и понесло вперед. Борис греб изо всех сил и всё никак не мог приноровиться: лёгкую лодку мотало из сторону в сторону. Он пытался её направить поперек течения, но лодка не слушалась, и их несло вниз. А стоило ему на секунду остановиться, как лодку начинало крутить. Уже было видно, что их снесет намного ниже той избушки. На середине реки Борису удалось выровнять лодку, и она пошла поперек реки. До берега оставалось немного, и Борис расслабился. Набежавшей волной лодку качнуло. Одно весло вышло из воды, и он резко загреб вторым. Лёгкую «резинку» развернуло и начало крутить. Борис засуетился, замахал веслами. В разные стороны полетели брызги, и Нину обдало холодной водой. Она резко дернулась и, потеряв равновесие, упала за борт.

— Боря, Боря… я, — закричала девушка, — спаси…

Лодку сильно закачало, но Борис не бросил весла. Несколько сильных гребков, и вот он протягивает руку Нине.

…От холода у девушки посинели губы, она стучала зубами. Борис что есть силы грёб к берегу.

— Нинок, потерпи, пожалуйста, ну ещё немного. Совсем немного. Ну, пожалуйста. Сейчас разведем большой костер, ты согреешься.

Нина изобразила что-то вроде улыбки.

— Я п-потерплю, Боря, не п-переживай. Всё хорошо…

Лодка ткнулась в подтопленный кустарник.

Борис принес дров, затопил печь. В избе стало по-домашнему тепло и уютно. После горячего чая и разогретой тушёнки Нине полегчало. Она пыталась даже шутить, но слабость не проходила.

Избушка оказалась похожей на сказочный теремок. Она была срублена из круглого леса. Сверху её покрыли олифой, и от этого она отдавала красивым золотистым отливом. На крыше ветром трепало рваную толь. С двух сторон строители «обвязали» избушку верандой. Отсюда открывался живописный вид на реку. Вокруг стояла тишина, по реке низом стелился туман.

Прямо от окна и до середины избушки стоял длинный стол, а под стенками две деревянные кровати. Они были такими широкими, что на каждой можно было свободно разместиться вдвоем. Кровати украшали высокие резные спинки, сделанные из толстого дерева. Неизвестный умелец украсил их тонкой и замысловатой резьбой. Зачем и кто построил здесь эту избушку? Возможно, это были охотники или рыбаки, а может, здесь когда-то стояли геологи.

Вечером у Нины поднялась температура. Её знобило, бросало в жар, губы обметало. После лекарства она сразу уснула. Во сне Нина металась, стонала и всё время звала Бориса.

«Не уберег я её, — корил себя парень, — ради меня поперлась в эту тайгу, а я лопух…»

Чувство нежности неожиданно накатило на Бориса. Лишь сейчас он почувствовал, как её любит и как она ему дорога.

«Я сделаю всё, чтобы поднять её на ноги. Любым образом надо её вылечить. Пусть это станет мне того золота, ради которого мы здесь оказались, но я её вылечу. Дороже Нины никого у меня нет».

Наконец Борис заснул. Сквозь сон он слышал, как поднялся сильный ветер и между его порывами доносился шум реки и скрип деревьев. Потом забарабанил дождь по крыше, а затем шквал воды обрушился на землю. В углу избушки побежало, капли застучали по спинке кровати. Борис дотронулся до Нининого лица, оно горело и было мокрым. Передвинув кровать, лёг, но до утра больше не сомкнул глаз.

То, что у Нины не легкая простуда, Борис понял не сразу. Вначале он думал, девушка отлежится денёк и поднимется, но прошло два дня, а у неё держалась высокая температура.

С болезнью в девушку вселился какой-то навязчивый страх. Она боялась остаться одна. Ей постоянно казалось, что Борис может уйти и не вернуться. Пришлось приспосабливаться. Он выбирал моменты, когда она спит, и бегал рыбачить. Поначалу, когда стояла большая вода, рыба не ловилась, а потом началась такая рыбалка, о какой он даже не мечтал. В устье впадавшей рядом речушки ловились здоровенные черные хариусы. Стоило ему только сделать заброс, как следовала стремительная поклевка. Борис уже насолил столько, что им хватило бы надолго, но азарт брал своё. Основная проблема при этой рыбалке состояла в том, чтобы побольше наковырять короедов. Вокруг избушки весь сухостой был вырублен, и ему приходилось уходить далеко в тайгу, а на это требовалось время. Тогда Борис вместо наживки приспособил мушку, которую смастерил из пенопласта. Рыба ловилась похуже, но самую голодную он всё же обманывал. А когда установилась вода, он перешёл на спиннинг.

Борис сделал заброс и только потянул, как сразу почувствовал резкий рывок. Ему показалось, что блесна зацепилась за корягу. В следующее мгновение из воды с фонтаном брызг вылетело какое-то чёрное бревно. Оно приобрело очертание огромной рыбы, сделав кульбит, рыба ударила хвостом по леске. Леска зазвенела, как натянутая струна, из рук Бориса едва не вылетел спиннинг. Он перегнулся почти кольцом и от напряжения чуть не сломался. Вода вокруг закипела. Рыба снова ушла под воду. Леска сразу ослабла, спиннинг разогнулся. Только по пузырям и вспененной воде можно было догадаться, что здесь недавно что-то происходило. Неожиданно рыба