Приказ Шарпа - Бернард Корнуэлл

к таким, как он, воевавшим в Индии, — неприязнь, которая подразумевала, что их тамошний опыт не в счет. Он уже собирался что-то сказать, но Хоган опередил артиллериста.

— Я доверяю мнению майора Шарпа.

— И лорд Веллингтон с вами согласился бы, Хоган, — сказал Хилл. — Его светлость особо рекомендовал мне майора Шарпа именно из-за его опыта. — Шарп почувствовал, что краснеет, и уставился в карту. Хилл постучал по ней карандашом. — И вы правы, Шарп, — продолжил он, — дело нужно будет сделать быстро. — Он посмотрел на лейтенанта Лава. — Вы думаете, это можно сделать быстро, лейтенант?

— Нет, сэр, — покраснев, ответил Лав.

— Пехота может воспользоваться тропой, — сказал Шарп.

— Вы говорите, тропа шириной всего в фут? — спросил пожилой офицер в красном мундире.

— Да, сэр. Это овечья тропа.

— Значит, войскам придется идти гуськом?

— Иначе по ней не пройти, сэр.

— Это будет неудобно, — заметил офицер.

— Генерал Говард прав, — вставил Хилл, — но, смею сказать, это выполнимо.

— И, если это будет выполнено, — в голосе полковника Кадогана зазвучал гнев, — мы доберемся до реки, но у нас не будет пушек, чтобы пробить стены форта Наполеон!

— Что оставляет нам лишь один вариант, — с сожалением произнес Хилл и помолчал, не желая произносить следующее слово.

— Эскалада, — произнес за него Шарп.

— Боже, надеюсь, до этого не дойдет! — сказал Кадоган. — Мы попадем под анфиладный огонь тех орудий у разрушенного моста. — Он посмотрел на старшего артиллерийского офицера. — Двадцатичетырехфунтовки могут использовать картечь?

— Они могут стрелять ядрами и гранатами, но не картечью.

— И на том спасибо, — сказал Хилл.

— Будет и так достаточно плохо, если нас заставят идти на эскаладу, — сказал Кадоган, — но помоги нам Бог, если у них на фланге будет артиллерия, стреляющая ядрами и гранатами. Мне это не нравится.

— Капитан Шарп позаботится об этих пушках, — небрежно бросил Хоган.

— Я смогу, — сказал Шарп.

— А в это время мои люди, — несчастным голосом произнес Кадоган, — будут умирать на стенах.

— Так что радуйтесь, что у вас есть стрелки, сэр, — сказал Шарп.

— Веришь в чудеса, Ричард? — с усмешкой спросил Хоган.

— Я верю в винтовку Бейкера, — ответил Шарп. — И она поможет вам перебраться через эти стены.

Эскалада, думал Шарп. Один из ужасов войны, но другого пути не было.

Майор Хоган шагал рядом с лошадью Шарпа, когда тот ехал к северным воротам Трухильо. Шарп, Тереза и трое ее людей возвращались в деревню, где в самодельной крепости ждал Харпер, а лейтенант Лав, к облегчению Шарпа, оставался с бригадой Хилла.

— Подозреваю, — сказал майор Хоган, — ты не слишком доверяешь суждениям лейтенанта Лава.

— Он просто щенок, — прорычал Шарп.

— Умный щенок. Он изучал математику в Кембридже.

— Вот это как раз и поможет ему перетащить девятифунтовки через эти холмы.

— Будь снисходительнее к Купидону, — с усмешкой сказал Хоган. — Купидон был добр к тебе. — Он кивнул в сторону Терезы. — И я бы предпочел, чтобы вы оба подождали, Ричард.

— И присоединились к отряду Хилла?

— Именно. Мы выступаем завтра, так почему бы не подождать?

— Мне нужно вернуться к своим людям, — сказал Шарп, — и присматривать за проклятыми лягушатниками.

— А Эль Эроэ уже уехал, — многозначительно произнес Хоган. — Он опережает тебя по меньшей мере на час. — Он посмотрел на Терезу. — Есть другая дорога на Альмарас?

— Удобной нет, — ответила Тереза. Она на мгновение задумалась. — Мы могли бы поехать по дороге на Пласенсию и двинуться на восток вдоль реки, но это вдвое дальше. И с какой стати нам это делать?

— Потому что Эль Эроэ почти наверняка наблюдает за дорогой между этим городом и Альмарасом, — сказал Хоган. Он обернулся и оглядел троих людей Терезы. — Вас очень мало, а если вы правы, то он уехал по меньшей мере с тридцатью солдатами.

Шарп поерзал в седле.

— Что он выиграет, остановив нас?

— Да немного, — сказал Хоган, — но он не за этим следит за дорогой. Он высматривает людей Хилла. Ему нужно их пересчитать, пересчитать пушки и доставить эти сведения в Альмарас. Но если он увидит тебя, то попытается убить.

— Вероятно, — согласился Шарп. Он на мгновение задумался. — Какого дьявола Эль Эроэ вообще сюда приехал?

— Он приехал пожаловаться на тебя, не зная, что ты тоже прибудешь в Трухильо, а еще он приехал выпрашивать винтовки и золото.

— Которых вы ему не дали?

— Разумеется, нет, — коротко бросил Хоган. — И он хотел знать, зачем тебя к нему послали.

— Разведать мост, конечно.

— Это мы ему тоже сказали. Но потом мы рассказали ему, как собираемся уничтожить понтонный мост, и это его удивило.

— Его удивило, что мы собираемся атаковать Альмарас?

— Удивило.

— Тогда он идиот.

— Идиот, — согласился Хоган, — и было идиотизмом с его стороны устраивать тебе засаду, когда ты только прибыл.

— До сих пор не могу понять, зачем он это сделал, — сказал Шарп. — В этом не было никакого смысла! Он сказал, что принял нас за французов, но, если он на их стороне, зачем на них нападать? А если он думал, что мы везем ему золото и винтовки, зачем нападать на нас?

— Потому что он думал, что нападает на испанцев, — сказал Хоган.

— На испанцев! — в голосе Шарпа прозвучало удивление.

— Я поговорил с некоторыми из его людей, и выяснилось, что наш герой повздорил с партизанским отрядом из Касереса. Причем он был виновником этой ссоры, поскольку ранее совершил набег на их город, увел два десятка лошадей и несколько молодых женщин. Поэтому он решил, что вы как раз те самые партизаны, пришедшие отомстить.

— Хочешь сказать, он просто обычный бандит? — возмущенно спросил Шарп.

— Но бандит, — сказал Хоган, — который с удовольствием убьет тебя и с еще большим удовольствием захватит Агуху.

— Вероятно, — сказал Шарп.

— Так что останься здесь на ночь и выступай с нами завтра.

— Он меня не захватит, — презрительно бросила Тереза. —