Исключение из правил - Ольга Владимировна Златогорская

Еще одна вспышка – и Марат обнаружил себя на скамейке. У него снова были руки и ноги, и пространство стояло на месте, когда он крутил головой.

– Впечатляет, – пробормотал Марат.

– Теперь ты мне веришь?

Марат покачал головой и спохватился: конечно, надо было говорить «да». Но непроизвольная реакция выдала его.

Мужчина помолчал. И словно нехотя произнес:

– Я не должен был тебе это говорить… но понимаешь… твой интеллект не совсем твой.

– Как это? – удивился Марат.

– У нас с тобой изначально были хорошие задатки. Но таких ребят в проекте отследили нескольких. И каждому из них внедрили талант. Отец для того и похитил тебя, чтобы появилась возможность установить тебе матрицу. Договориться с твоей матерью об этом не представлялось возможным.

– И… что дальше?

– А дальше матрица прижилась и полностью раскрылась только у тебя. У других детей произошло отторжение дара. Они выросли обычными умными людьми. А ты – особенный.

Марат молчал, переваривая услышанное. Ему не хватало данных. От него явно что-то скрывали, но он пока не понял, что именно.

А «Марат из будущего» грустно закончил:

– Ты, конечно, можешь оставить интеллект только в личное пользование. И наслаждаться дальше своей исключительностью.

Марат поморщился. Он не наслаждался своей исключительностью. Он страдал от нее. Как бы он хотел оказаться в мире, где если не все, то хотя бы многие соображают так же быстро, как он! Где не надо постоянно разжевывать мысли и раскладывать по полочкам. Где можно делиться выводом – и собеседники поймут, о чем речь.

Вряд ли он забыл бы про это, став взрослым. Снова нестыковка…

Но теперь Марат не выдал себя. Он сделал заинтересованное лицо.

«Марат из будущего» явно обрадовался:

– Ты готов нам помочь?

Марат понял, что они пришли к тому самому месту, которого он ждал с самого начала.

– Что я должен сделать?

«Марат из будущего» деловито ответил:

– Ты должен будешь выйти из дома. Во двор приедет черная машина. Садись в нее, тебя отвезут на станцию времени. Там скопируют матрицу таланта – и перенесут обратно в тот же самый момент. Машина проедет мимо, а ты вернешься домой. Никто ничего не заметит.

Все это звучало очень странно. Если у них такие технологии, что прямо в мозг картинки транслируют, – зачем все эти сложности? Машина, двор…

Марат хрипло произнес:

– Мне надо подумать.

«Марат из будущего» кивнул:

– Я знал, что ты это скажешь. Ведь ты – это я. Поэтому тебе предоставляется срок на размышление. Три дня. – И добавил: – Ты, ясное дело, можешь все это рассказать маме. Но что она подумает? Что я подослан твоим отцом, чтобы снова тебя похитить. Ты ведь тоже так думал сначала, верно?

Марат кивнул.

Мужчина продолжил:

– И что сделает мама? Она схватит тебя в охапку, будет охранять днем и ночью. И не даст тебе выйти во двор, даже если ты захочешь. Поэтому хорошо подумай. Я вот подумал в твое время. Результат ты видишь.

– Если я решу, как мне дать вам знать?

– Просто выходи во двор в понедельник, в полдень.

– Договорились, – решительно сказал Марат и встал. – Мне пора. Иначе мама спросит, где я задержался. Придется что-то сочинять, а я не любитель этого.

Мужчина кивнул и тоже поднялся.

– Рад был увидеть тебя, – задумчиво произнес он. – Запомню себя таким… Мы больше никогда не встретимся. Прощай.

– Прощайте, – отозвался Марат и зашагал к дому.

Через несколько шагов он оглянулся. На детской площадке никого не было.

Настя

Марат замолчал и посмотрел на Настю:

– Понимаешь?

Настя растерянно отозвалась:

– Не очень…

– Смотри, все сходится. Мужик рассказывал мне какие-то фантастические истории. Ты рассказываешь мне фантастическую историю. Обе истории связаны с подростками, у которых есть особые свойства. Здесь явная связь. У Тохи изменилась память, он стал другой личностью. С его мозгом что-то сделали. С моим мозгом тоже что-то сделали, когда показывали «мир будущего». Это тоже явная связь.

– Ты думаешь, он тебе прямо на мозг воздействовал?

– Ну а куда еще. Транслировал искусственную реальность. Говоря простым языком, это глюк. Но создан он без виртуальных очков или каких-то препаратов. Это очень высокий уровень развития технологий.

– Да уж…

– Я никак не мог понять, в чем подвох. Вроде все гладко, но нюансы не сходятся. А во время твоего рассказа про Тоху понял. Они не копируют способности. Они забирают их совсем. Внедряют, дают развиться, а потом забирают обратно и стирают память. Всем, кто был в контакте с «объектом», стирают тоже.

– А почему Антон в другом городе живет? Мог бы и здесь оставаться без таланта и без памяти.

– А тут ты такая к нему с вопросами…

– Со мной у них какой-то сбой произошел. Вряд ли они его рассчитывали.

– Да, скорее всего. Но, думаю, что как раз на случай таких сбоев или каких-то неучтенных напоминаний они перемещают «объект» подальше от старой жизни. Почему-то мне кажется, что если я соглашусь, то обнаружу себя у отца во Франции и буду думать, что всегда там жил.

– Слушай, а почему я одна Тоху помню?

– Да это очевидно! – отмахнулся Марат.

– Тебе очевидно, – рассердилась Настя, – а мне нет. Не все тут такие умные!

Марат примирительно улыбнулся:

– Вспомни, где ты была, когда с Тохой что-то случилось?

– В лагере.

– А лагерь чем известен? Почему там телефоны не работают?

– Аномальная зона, – машинально ответила Настя. Глаза у нее распахнулись. – Аномальная!!!

– Вот именно. Видимо, эти люди используют какое-то волновое воздействие, похожее на сигнал мобильного. А в лагерь эти сигналы не проходят. Почему-то они это не учли.

– Мы неожиданно уехали.

– Может быть, поэтому. Так бы ты все благополучно забыла и не беспокоилась. Неизвестно, сколько раз уже они эту операцию провернули.

Настя охнула:

– Ты думаешь, они много раз так делали?

– Конечно. Скорее всего, проект поставлен на широкую ногу. Потому и произошел сбой, что большие числа задействованы. Чем больше циклов, тем больше вероятность ошибки – таков закон статистики. С тобой не учли лагерь, а со мной прокололись с самим даром. Вся их пропаганда рассчитана на обычного подростка. «Ты особенный», «мир изменишь», «только ты можешь нас спасти». Как думаешь, Тоха повелся бы на это?

Настя задумчиво отозвалась:

– Думаю, да… Он добрый парень и всегда рад помочь. И исключительным, наверно, хотел бы оказаться…

– Все хотели бы. Кроме на самом деле исключительных. Тоха был таким, но, похоже, не знал об этом. Кстати, он не рассказывал, у него