Сибирский приключенческий роман 6 - Василий Владимирович Коростелев

Они вышли из гостиной, прошли несколько десятков метров по коридору, поплутали по закоулкам этого диковинного дома и попали, наконец, в затемнённую комнатку небольшого размера, в которой было так тихо и покойно, что хотелось броситься на белые простыни и забыть обо всём на свете.

Юрий еще постоял какое-то время, потом хлопнул друга по плечу:

— В девять я тебя разбужу. Ну всё, спим! — и вышел.

Утром Юрий отвёз Андрея домой — как он ни уговаривал друга немедленно уехать из города, тот не внял доводам разума.

Андрей проворно взбежал на третий этаж. Лестничная клетка вся была в чёрной копоти, по битым кирпичам и хрусткому крошеву ходили хмурые люди, на лицах у них было написано всё что угодно, кроме удовольствия. Пожилая соседка, увидев Андрея, охнула и прижала ладонь ко рту.

— Андрюша, ты жив?!

— Как видите.

Он прошел сквозь дверной проем, в котором отсутствовала дверь, миновал тёмную прихожую и очутился в гостиной. Первый взгляд — на стену. Меча на стене не было. Портретов — тоже.

Разгром в квартире был отменный! Мебель почти вся сгорела, превратившись в обугленные остовы. Стёкла в окнах выбиты, а на полу — хлам из штукатурки, тряпок, битой посуды, каких-то железок и обгорелого тряпья, словно здесь произошло крушение поезда.

Фотограф с камерой вдруг останавливался там и сям — с озабоченным видом делал снимки, слепил людей своей вспышкой, скрипел ботинками по битому стеклу и что-то бормотал сквозь зубы. Впрочем, на него никто не обращал внимания.

— Это вы хозяин квартиры? — Андрея тронули за плечо. Перед ним стоял полицейский — небритый, весь какой-то мятый, с синяком под левым глазом. Таких блюстителей порядка Андрей ещё не видывал.

— Да, я.

— Вас просили срочно подъехать в райотдел, вот адрес. — Он протянул сложенную вчетверо бумажку.

— Хорошо. — Андрей сунул бумажку в карман и прошёл в спальню, которая пострадала меньше других комнат. Достал из стенного шкафа спортивную форму: кимоно, брюки, пояс, накладки, полотенце, бинты. Побросал вещи в спортивную сумку, затем вытащил документы из внутреннего кармана пиджака и направился к выходу.

— Вас просили сразу приехать, как только появитесь! — крикнул в спину полицейский.

— Да понял я, — бросил Андрей на ходу, — не глухой.

До райотдела Андрей неспешно добрался пешком. Дежурный, сидевший на крутящемся круглом табурете, долго пялился в его паспорт, потом настойчиво звонил куда-то, бубнил в трубку, принагнув голову и бросая на Андрея недоверчивые взгляды. Затем сунул в окошечко паспорт и пропуск с синей печатью.

— Кабинет сто восемь, первый этаж по коридору направо.

Андрей пошел по коридору в указанном направлении. Вдоль стен на скамьях сидели какие-то подозрительные личности, все испуганно таращились на Андрея и имели такой вид, словно их через пять минут поведут на расстрел. В коридоре было темно, неуютно и как-то дико. Приблизившись к нужной двери, Андрей коротко постучал и, распахнув дверь, шагнул внутрь.

Увидев его, из-за стола, заваленного бумагами, вышел человек невысокого роста, плотный, лет пятидесяти. На погонах — четыре звёздочки, на голове — сверкающая лысина.

— Андрей Викторович Глотов? — Он дружелюбно протянул руку: — Панасенко Сергей Львович, оперуполномоченный. Буду заниматься вашим делом. Присаживайтесь.

Андрей машинально пожал руку и сел на стул возле стола, выжидательно посмотрел на лысого капитана.

Тот занял своё место, подвинул к себе чистый лист и взял карандаш.

— Фамилия, имя, отчество.

Андрей ответил.

— Год рождения, образование, место работы, адрес…

Когда формальности были соблюдены, капитан откинулся на спинку и заговорил уже другим тоном.

— Как вы думаете, кто мог совершить взрыв в вашей квартире? У вас есть враги?

Андрей на секунду задумался.

— Вообще-то должны быть. Просто так квартиры не взрывают, — произнёс без всякого выражения.

— И кто же это? Вы их знаете?

— Знаю, что это местная братва. Паспортов я их не видел, но кличку главаря знаю.

— И кто это? — сверкнул глазами капитан.

— Меченый!

— Гм… — капитан сделал озабоченное лицо, качнул подбородком и хмыкнул. — И что, у вас есть доказательства?

— Какие ещё доказательства?

— Что это именно его парни взорвали вашу квартиру.

— Нет, доказательств у меня нет. Эту уж вы ищите доказательства.

— Да мы-то ищем. Но меня вот что интересует: а что вы такого совершили, что Меченый оказывает вам свой интерес?

— Я его человека ударил. А потом еще нескольких. Они на меня напали, когда я входил в подъезд, ну и мне ничего не оставалось.

— Так-так, — с укоризной протянул капитан, — одного, а потом ещё нескольких. Что-то я такое слышал. Двое лежат в реанимации, один в морге, а ещё один лечится амбулаторно, отделался лёгким испугом. Что же вы, Андрей Викторович, так неосторожно себя ведёте? Разве для этого вы изучали древнее боевое искусство?

— Я защищал свою жизнь. Возможно, что немного переборщил. Но ведь они были вооружены. Некогда мне было рассуждать и оценивать шансы! Тут уж одно из двух: или они, или я. Мало, что ли, у нас на улицах мирных граждан убивают?

Граждан убивают немало, и капитан знал об этом лучше других. Две недели назад в центре города зверски убили единственного сына известного в городе журналиста, главного редактора газеты и директора книжного издательства. Как обычно, никто ничего не видел, убийц по горячим следам поймать не удалось. Похороны вылились в стихийный митинг. Но что толку? Молодой двадцатилетний парень погиб. И сколько их гибнет от рук бандитов — без всякой причины, без разумного объяснения, вопреки всякому здравому смыслу?

Капитан смекнул, что разговор оборачивается не в его пользу, и переменил тактику.

— А вы не обращались в полицию по факту нападения?

— Нет, не обращался.

— Вот это зря! Если бы сразу обратились, возможно, и не было бы сегодняшнего инцидента.

Андрей не стал спорить. Капитан попался дубинноголовый. Толку от такого следователя будет мало — это уж он понял.

— Есть ещё ко мне вопросы? — спросил устало.

Вопросов не было. Андрей подписал протокол и покинул неуютный кабинет. Вышел на улицу и остановился на минуту. От полиции проку не будет. Надеяться можно было только на себя. Вздохнув глубоко, он поправил сумку на плече и пошел к трамвайной остановке. Он еще успевал на одиннадцатичасовую тренировку.

Через несколько дней Андрей установил в квартире новую дверь. Вывез на свалку гору мусора, наскоро побелил потолки и прикупил кой-какую мебель. Тренировки не прекращались. Ценой огромного напряжения сил ему удалось сохранить прежний ритм жизни: две тренировки утром и три вечером. Внешне он ничуть не изменился, был всё так же строг и