Сибирский приключенческий роман 6 - Василий Владимирович Коростелев

точен. Можно было решить, что вместо нервов у него стальные жилы. Он и раньше редко смеялся, а теперь лицо его стало похоже на древнюю ацтекскую маску. Взгляд острый, пронизывающий, широкие скулы стиснуты, голова чуть наклонена вперёд — столкнуться с таким нос к носу в тёмной подворотне не всякий бы рискнул. А между прочим, это был, в известном смысле, самый безобидный человек на свете — в том смысле, что без причины он бы и мухи не обидел, никогда бы не поднял руку на беззащитного человека.

Внешность часто бывает обманчивой!

Через неделю Андрей позвонил следователю. Тот сообщил беззаботным голосом, что дело находится в производстве и пока что найти исполнителей взрыва не удалось.

— Но ведь я вам же сказал, кто это сделал! — заметил Андрей.

— Слова к делу не пришьешь. Нужны доказательства. А с доказательствами у нас не густо. Как всегда, никто никого не видел, никто ничего не знает. Отпечатков пальцев преступники не оставили, зацепиться не за что.

— Понятно, — сказал Андрей.

А жизнь шла своим чередом. В воскресный день в пригороде Иркутска — городе Шелехово — проводились соревнования по карате. Андрей выставил пять спортсменов — коричневые и чёрные пояса. Это были юноши не старше двадцати лет, и для них подобные проверки были необходимы. Они и сами рвались в бой, желая проверить полученные навыки.

Начало соревнований было назначено на двенадцать. Андрей подъехал к спортивному комплексу на час раньше. В соревнованиях принимали участие несколько иркутских школ, шелеховские каратисты, команды из Братска и Ангарска. Общее число участников перевалило за сотню.

Бои считались бесконтактными, но все понимали, что контакты будут. Будут нокдауны и будут неизбежные травмы. Время бесконтактного карате кануло в Лету вместе с «развитым» социализмом. Как и социализм, бесконтактное карате явилось этаким теоретическим вывертом, а лучше сказать — выкидышем, нежизнеспособным и глубоко ущербным. Жизнь стихийна в своей основе, она не нуждается в искусственных ограничениях и опровергает все схемы и теории. Эволюция совершает свою уверенную поступь безо всяких схем и искусственных ограничений, но исключительно своей внутренней силой и благодаря полной свободе выбора путей и способов движения. Это общий закон, и этому закону подчиняются все частности и локальности. Карате как раз и есть такая частность, и к нему применимы всё те же законы и принципы, благодаря которому Жизнь одержала верх над косной материей.

Спортсмены не рассуждали подобным образом, но сама действительность заставляла их действовать так, а не иначе, требовала самоотдачи и целеустремлённости, при этом отвергая всё противоестественное и косное.

Всё в этот день было как обычно: парад участников, торжественное открытие соревнований, бравурная музыка, суровые речи маститых адептов древнего боевого искусства. Затем спортсмены отправились на разминку. В программе соревнований были «ката», «тамешивари» и «кумите». Все ждали спаррингов. Удары в воздух, разбивание досок и черепицы — всё это лишь косвенные показатели силы. Лишь реальный бой может показать, кто и чего стоит в этой жизни. Нередки были случаи, когда спортсмены с низшими поясами или вообще без оных неожиданно побеждали владельцев коричневых и даже черных поясов. Поэтому поединки и вызывали такой интерес. Это была та самая практика, которая поверяла теорию.

«Ката» и «тамешивари» прошли гладко. Правда, у группы Глотова не заладилось с доской. Кто-то принес сырую лиственничную доску толщиной в сорок миллиметров, не оструганную и занозистую. Андрей с первого взгляда понял, что разбить ее будет непросто, но доска уже была вынесена на татами, менять на глазах у всех её было нельзя.

Первым бил Данилин Саша, обладатель третьего «кю». Ударил два раза кулаком — не сломал. Затряс кулаком, словно стряхивая налипшие опилки. Костяшки пальцев налились кровью, прямо на глазах разбухли. Решили не испытывать судьбу — переломы пястных костей зарастают долго, а психологическая травма остаётся на всю жизнь. Данилин покинул ковёр с опущенной головой. Вместо него вышел Толя, рослый бурят, второй «кю». Встал боком к доске, сделал два подшага и резко ударил «йоко-гери-кеаге». Доска устояла. Спортсмен повторил удар — с тем же успехом. И в третий раз приложился к доске ребром стопы — все пальцы отбил у тех, кто держал доску. Толку не было. Пришлось отозвать и его. На лицах болельщиков показались ироничные улыбки. В самом деле, две подряд неудачи — это уже чересчур. Так и опозориться недолго. Третьей осечки быть не должно. Андрей поднял с места Колю Гинкулова — самого сильного и уравновешенного в команде спортсмена. Высокий двадцатилетний парень даже внешне походил на тренера. Худой и жилистый, он обладал резким и сильным ударом. А сейчас требовался именно такой удар — хлесткий и концентрированный. А иначе — всем хана.

Коля прекрасно сознавал сложность ситуации. Слегка покраснев, он вышел на татами. Поклонился судьям и встал в позицию перед доской. Видно было, что он решил бить рукой, и это был правильный выбор. Простое «зуки» — ничего другого не требовалось. Коля примерился, принагнул голову, шумно выдохнул и резко, с криком, ударил. Доска громко треснула, на пол упали две половинки. Коля поспешно поклонился и бегом направился на скамейку. Ребята принялись его поздравлять, хлопали по плечу, улыбались. Честь команды была спасена.

Андрей незаметно перевёл дух. Сколько он видел переломов рук, сломанных запястий, изуродованных пальцев? Сколько раз травмировал собственную кисть? Дело это нехитрое — пальцы себе сломать. Ничего хорошего в этом нет.

Наконец, начались спарринги: по одному двухминутному раунду. Что такое две минуты? В карате — срок огромный. Хороший каратист за две минуты полсотни человек уложит. По одному удару на каждого — большего не требуется. Если понадобился второй удар, значит, что-то неладно с техникой.

Первым на татами вышел Коля. Высокий и нескладный, он брал резкостью, длинной рук и ног. Соперник заметно побаивался его, хотя у него тоже был черный пояс. Но он был чуть пониже, сутулый и плохо скоординированный. Коля подшагнул к нему и нанёс «мае-гери» в живот. Через полминуты «маваши» слева и тут же, без паузы — «ура-маваши-гери». Противник стал пятиться, видно, что не поспевал с защитой. Коля наступал, нанес несколько прямых ударов руками в корпус и, под занавес, сокрушительный «уширо-гери» в живот. Противник вылетел за ковёр и остался лежать, согнувшись пополам. Судьи дружно подняли белый флаг: «Фусен шо»!

Коля встал на середину татами и поклонился:

— Осс!

Первый бой выигран в отличном стиле, начало было положено.

Но дальше поединки проходили с переменным успехом: двое ребят выиграли свои схватки, а двое проиграли. Проигрывали в равном бою, а выигрывали за явным