Дипломатия России. От Посольского приказа до Министерства иностранных дел - Александр Кириллович Бобров

решить несколько задач. Прежде всего, это механизм налаживания связей с рядом постсоветских стран – Азербайджаном, Казахстаном, Киргизией, Таджикистаном, Туркменистаном и Узбекистаном. Кроме того, связи с ОИС позволяют интегрировать в международное сотрудничество регионы России с сильными исламскими традициями – в первую очередь, Республику Татарстан, регионы Северного Кавказа. Площадка ОИС может быть полезна в контексте поиска путей урегулирования межэтнических и межконфессиональных конфликтов в регионе, противодействия терроризму, а подключение России к этому процессу – способствовать повышению ее авторитета на международной арене. ОИС также рассматривается как источник внешних инвестиций в российское государство. В более широком контексте Российская Федерация намерена расширить контуры Большого Евразийского партнерства за счет использования экономического потенциала ОИС и ее государств-членов.

Лига Арабских государств

С целью упрочения региональной безопасности и разрешения узловых противоречий в регионе Россия развивает связи с Лигой арабских государств (ЛАГ). Потенциал объединения особенно востребован для согласования подходов и выработки механизмов урегулирования сирийского и ливийского кризисов, йеменского и палестино-израильского конфликта на общепризнанной международно-правовой основе при неукоснительном уважении территориальной целостности и суверенитета государств. В разные периоды времени в рамках ЛАГ учреждались различные профильные комитеты по решению вопросов, представляющих интерес для обеспечения безопасности арабских государств – «комитет восьми» по положению на оккупированных Израилем территориях, «Комитет трех» по Ливану, «Комитет трех» по ближневосточному урегулированию, «Комитет семи» по Ливии, «Комитет по Иерусалиму», «Комитет семи» по Ираку и т. д.

Активизация политического диалога и дипломатическая координация позволят укрепить торгово-экономические, инвестиционные и технологические связи России с арабским миром. В условиях кризиса Бреттон-Вудской системы возрастает значимость совершенствования финансовой инфраструктуры сотрудничества России и ЛАГ с перспективой на переход к взаиморасчетам в национальных валютах. Площадка ЛАГ может быть использована для культурно-гуманитарного проникновения России в страны Ближнего Востока и Северной Африки.

Российско-иранские отношения

Отношения между Россией и Ираном развиваются динамично. Их объединяет то, что оба государства значительно пострадали от санкций Запада. Москва и Тегеран развивают торгово-экономическое и энергетическое сотрудничество. Главные задачи заключаются в налаживании механизма расчета. В 2022 г. российско-иранский товарооборот составил 4,6 млрд долл., ежегодный рост достиг 15 %. Продолжается реализация инфраструктурных инициатив. Крупнейший российско-иранский проект связан с ядерной энергетикой: запущен первый, ведется сооружение второго и планируется строительство третьего энергоблока АЭС в Бушере). Через Каспийское море и Иран проходит транспортный коридор «Север – Юг», который соединяет северо-запад России и Индию. Российские нефтяные компании наращивают присутствие на иранских рынках, что повышает значимость развития транспортно-логистических коридоров.

Страны поддерживают регулярный политический диалог, координируют позиции по различным аспектам региональной и глобальной повестки дня. Тегеран и Москва выступают за возобновление работы региональной платформы «3+3» (Азербайджан, Армения, Грузия плюс Россия, Иран и Турция) по урегулированию Нагорно-Карабахского конфликта. Оба государства являются участниками Астанинского формата – ведущей площадки по урегулированию конфликта в Сирии. Взаимодействие развивается в рамках международных и региональных организаций – в 2023 г. Иран официально вступил в ШОС, с 2024 г. Иран станет полноправным членом БРИКС, ведутся переговоры по формированию зоны свободной торговли между Ираном и ЕАЭС (в 2022 г. на основании Протокола было продлено Временное соглашение о ЗСТ на три года). Россия и Иран наращивают многоплановое сотрудничество в Каспийском регионе в формате «пятерки» прикаспийских государств.

Позиция России по урегулированию конфликта в Сирии

Гражданская война в Сирии стала прямым следствием Арабской весны. После свержения М. Каддафи страны коллективного Запада сосредоточились на борьбе с режимом Б. Асада. Сирийская Арабская Республика стала ключевой площадкой для демонстрации политико-дипломатических и военных возможностей России. С 2012 по 2015 г. Россия оказывала Сирии дипломатическую помощь, а с 2015 г., по приглашению сирийского президента – провела операцию ВКС. Благодаря усилиям Российской Федерации удалось избежать повторения югославского и ливийского сценариев. Действия России обеспечили сохранение режима законного правительства Б. Асада в Сирии.

Ситуация в Сирии так сложна из-за того, что государством с суннитским большинством управляет небольшая группа алавитов (шиитов). Кроме того, в стране сохраняется курдский вопрос.

КСТАТИ Курды проживают на территории четырех государств – Сирии, Ирака, Ирана и Турции. Представители курдов выступают за создание своего государства. При этом их реальное положение и набор прав отличаются от страны к стране. В Ираке курды пользуются полноценной автономией. В Сирии автономия небольшой группы курдского населения была обеспечена де-факто за счет присутствия США в Заевратье. В Иране курдский фактор лежал в основе противостояния курдов и центральной власти в 2022 г., поводом для которого стала гибель студентки Махсы Амини. В Турции фундамент стратегии Президента Р. Т. Эрдогана – формирование моноэтнического государства, поэтому ведется активная борьба с любыми курдскими организациями (объявлена вне закона Рабочая партия Курдистана).

Основополагающий международный документ по урегулированию сирийского кризиса – резолюция Совета Безопасности ООН 2254. Российский подход основан на необходимости содействия прямому диалогу между правительством и оппозицией. Изначально для решения этой задачи использовалась созданная по российско-американской инициативе Международная группа поддержки Сирии, а затем Женевский формат. Трудности возникли с объединением различных оппозиционных сил («московской», «стамбульской», «каирской», «эр-риядской» и других групп), поскольку представители оппозиции из числа политических эмигрантов отказывались от диалога с правительством Сирии. После того, как к 2016 г. переговоры в Женеве застопорились, в 2017 г. был запущен Астанинский формат (Россия, Турция, Иран), который объединил членов правительства и оппозиционеров, непосредственно воевавших на территории Сирии.

Прорывным моментом стала организация Конгресса сирийского национального диалога в Сочи в 2018 г., отразившая стремление обеспечить инклюзивность процесса урегулирования. Конгресс стал беспрецедентным с точки зрения этнической, конфессиональной и политической репрезентативности, причем он объединил как «внешнюю» (политэмигрантов), так и «внутреннюю» оппозицию. Главное достижение встречи – было принято решение учредить под эгидой ООН на площадке в Женеве Конституционный комитет, чтобы подготовить Основной закон Сирийской Арабской Республике (в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН 2254).

Сегодня существует ряд препятствий в урегулировании сирийского конфликта – противостояние шиитов и суннитов, арабов и курдов. Немаловажную роль играет внешний фактор – присутствие США в Заевфратье, где сосредоточены нефтяные месторождения страны, и в районе Ат-Танфе, действия Турции на севере Сирии.

Двусторонние отношения России с ключевыми партнерами исламского мира (Турцией, Саудовской Аравией, Египтом)

Российско-турецкие отношения амбивалентны, их развитие во многом зависит от политической воли лидеров государств. Между странами сохраняется комплекс противоречий – членство Турции в НАТО, несовпадение интересов по различным вопросам глобальной и региональной повестки (специальная военная операция на Украине, конфликт вокруг Нагорного Карабаха, ситуация в Центральной Азии и др.). Несмотря на это, Россия и Турция продолжают развивать торгово-экономическое сотрудничество. В 2021 г. объем взаимной торговли достиг 33,025 млрд долл. (ежегодный прирост составил 57 %). В 2022 г. российско-турецкая торговля выросла на 78 %. Реализуются крупные проекты в сфере энергетики.