Венценосец - Арсений Евгеньевич Втюрин

И из этих народных ручейков, как понимал ярл, вскоре соберётся малая княжья дружина, которую и поведут в поход князь ладожский Мечеслав и он, посадник Фроуд. Хотя какой уже посадник? При вступившем на престол князе такого звания в городе теперь быть не должно.

Ярл почесал затылок и неожиданно для себя подумал:

«Надо бы нынче же с внуком об этом поговорить, нельзя нам с ним власть делить. До добра это не доведёт! Да и Карин при следующем разговоре тоже предупредить стоит».

Он так задумался, что не услыхал и не почувствовал приближение человека сзади. И только лёгкое покашливание и прикосновение чужой руки к своему плечу заставили его вздрогнуть всем телом и обернуться.

Перед ним с довольной улыбкой на лице стоял князь Мечеслав.

– Куда ушёл ты мыслями своими от нас, посадник? – ехидно спросил внук, быстро скидывая с ног мягкие кожаные сапоги и усаживаясь рядом с дедом.

Фроуд не успел ничего сказать в ответ, как князь с ужасом воскликнул:

– Брр-р! Нельзя в такой холодной воде ноги держать! Она ж ещё, видать, не прогрелась. Хотя весна в разгаре, пора бы!

– Неужели следил за мной? – фыркнул ярл, всматриваясь в лицо Мечеслава.

– Хотел поговорить с тобой, но слуги сказали, что ты к княгине пошёл, – улыбнулся молодой человек. – Я дождался, когда выйдешь от неё, но вот, как видишь, перехватить не успел. Пришлось догонять. Слишком уж быстро ходишь.

– О чём речь вести собрался? – посадник с интересом вслушивался в новые интонации в голосе внука.

А тот, немного помявшись, всё-таки заговорил:

– Хотел поблагодарить за оказанную поддержку при разговоре с гонцами государя нашего и за то, что показал меня перед ними настоящим князем.

– Не надо лишних слов, – улыбнулся ярл. – Пришла тебе пора брать власть в свои руки. Я уже слишком стар, да и нельзя при князе быть посадником. Надеюсь, ты тоже так считаешь! Помогать стану, пока силы не иссякли, но решать теперь всё придётся самому. Только не торопись шибко! Хорошенько обдумывай свои действия, тогда глупостей и ошибок наделаешь меньше! Ну а я при тебе болярином останусь, советчиком ближним, коли сам того захочешь. А ежели не нужен буду, то могу на покой уйти или в Белоозеро уехать, чтобы ты на меня не оглядывался, когда сделать что задумаешь.

Фроуд видел, как на глазах Мечеслава выступили слёзы, и он ткнулся лбом ему в плечо.

– Ну-ну, князь-внучок, – потрепал его ладонью по волосам ярл. – Не надо так переживать! Становись мужчиной! Будь сильнее и жёстче.

– Скажи, дед, а ты зачем к матери моей ходил, – ткнул шутливо кулаком в бок посадника молодой человек. – О чём с ней беседу вёл?

– О тебе, дорогой, о тебе! – негромко ответил Фроуд, добавив в голос металла. – Ежели хочешь, расскажу всё!

– О пустяках бы ты с ней не говорил, – отстранился в сторону от деда Мечеслав. – Похоже, что-то важное обсуждали! Ну а я, как князь, должон о том знать!

– Что ж, скрывать ничего не буду, слушай!

Ярл провёл ладонью по лицу, словно снимая с него усталость.

– Когда правитель Биармии, Гардарики и Новогорода князь Гостомысл сильно занемог, он решил передать власть в руки ближнего законного наследника. Ты же много раз слыхал, как собрал государь наш вокруг себя совет вождей, на который позвали княжичей, близких по крови основателю рода князю Волемиру. Были среди претендентов на престол княжичи Рюрик, Синеус и Вадим. Каждый из них считал себя первым. Вот только выбор пал на Рюрика! Предъявил тот гривну золотую, принадлежавшую роду князя Переяра, стоящего выше самого Волемира. Кто ему её дал, то никому не ведомо, но старше этой гривны ни у кого не нашлось, а потому власть перешла к Рюрику. Не смирился с этим Вадим и поднял мятеж. С помощью хазар осадил он Новогород, в котором был князь со своими ближними людьми. Осень, зиму и весну шла война, но приплыли на драккарах из Ладоги дружины викингов на подмогу Рюрику. Испугавшись их, ушли в степи хазары, а Вадим вынужденно снял с крепости осаду.

– Мне ещё в детстве много раз об этом рассказывала мать, – махнул рукой молодой человек. – Потом Рюрик убил на поединке Вадима и стал один править всей страной. Изменников и предателей покарал, родичей и друзей возвысил, сделал князьями, а моему отцу под руку отдал всё Ладожское княжество, которым до этого сам правил. Не обидел ничем он родича своего. Так ли толкую?

– Твой отец, князь Синеус, сильно уважал государя нашего князя Рюрика, сражался с ним рядом рука об руку и помогал ему во всём, – поддакнул внуку Фроуд. – Вот только прав на престол у него было больше, и если бы не та гривна, то нынче правителем страны мог бы стать ты после отца своего!

– Мне б со своим княжеством совладать, – усмехнулся Мечеслав и тут же впился взглядом в деда. – Никак, задумал что-то? Ну-ка, сказывай!

– Хочу внушить тебе мысль, дорогой мой внучок, – резким пронзительным голосом заговорил ярл, – что в случае смерти князя Рюрика ты будешь первым претендентом на его престол. Сынов у него нет, одни девки рождаются! Надеюсь, тебе это понятно?

– Но государь наш ещё совсем не стар, – произнёс молодой человек и резко осёкся.

Фроуду, пристально наблюдавшему за Мечеславом, показалось, что тот начинает понимать, куда клонит свою мысль его дед.

А новоявленный князь в ужасе пролепетал заплетающимся языком:

– Неужто хочешь нашего государя убить? – Не дождавшись ответа ярла, он добавил: – Коли об этом кто узнает, нам не сносить головы!

Посадник по-прежнему молчал, вынуждая внука окончательно открыться.

А Мечеслав, уже не владея собой, закричал:

– Почему ты ничего не говоришь? Что задумал? Неужели моя мать поддерживает тебя?

Видя, что молодой князь уже теряет остатки разума, Фроуд спокойно и рассудительно проговорил:

– Никто не собирается лишать жизни нашего государя! Но он отправляется на войну, а там с ним может всякое случиться. Вот потому я хочу, чтобы ты, как ближайший претендент в княжьем роду на престол, был готов занять его место!

Ярл выдержал длинную паузу, пока внук осознает всё услышанное, и добавил:

– А сделать это будет ох как непросто! Желающих стать правителем Биармии, Гардарики и Новогорода появится много! С ними придётся драться насмерть и не бояться испачкать свой меч кровью врагов! Я в том помогу, но тебе нужно самому решить, хочешь ли сражаться