Открытие Америки - Алексей Крайнов

В будни, примерно через день, я завтракал или с Винсентом, Дари и детьми, или в Dunkin Donuts, где по пути на работу брал либо кофе и бейгл, либо пару донатов. В субботу я завтракал с Ламбертами, а в воскресенье, когда они собирались в костёл, я уезжал на завтрак в Герни, чтобы в важный день дать семье побыть вместе без помех в моём лице, а самому насладиться знакомыми местами.

В рабочие дни я обедал, как правило, в американской кофейне неподалёку от «Ламбер хауса». Иногда, если не хватало времени, заезжал в «Макдак», выбирая там любимый бургер с рыбой, картошку и спрайт. Раз в неделю для разнообразия я брал сэндвич и чай в Subway. В будни это было самое то: укладываешься в полчаса и ещё остаётся четверть часа на прогулку по району.

Ужинать я старался за пределами дома: в Wendy’s, сетевом ресторане вроде «Макдональдса», но с упором на здоровые ингредиенты и зелень, или, изредка, в Pizza Hut. В неделю так или иначе набирались два-три ужина с Винсентом, за ними обычно следовали посиделки в подвале за разговорами о политике, бизнесе и жизни вообще, как в США, так и в России.

Время с Винсентом и его семьёй я ценил и старался им не злоупотреблять – не хотелось надоесть людям постоянным присутствием дома и на работе, да и по части питания они явно не шиковали, следовательно, и мне налегать на их продуктовый бюджет не стоило.

Про дайнер родом из пятидесятых, находившийся близ «Ламбер хауса», по левой стороне Гранд-авеню, расскажу особо. Вот где я словил настоящий вкус, цвет и дух американского рабочего класса!

Первый раз я попал туда за компанию с Мартином, который давно захаживал в это заведение. По пути я внимательно выслушал моего нового гида по Уокигану.

– Вывеска «Betty’s Dining» ни о чём тебе не скажет. Это не сетевое заведение, – посвящал меня в городские тайны Мартин. – Дайнер держит одна семья уже тридцать лет. Они в наследство его получили и ничего с тех пор не меняли. Зачем менять, если всё работает и людям нравится? Сам сейчас увидишь.

Классические дайнеры в клипах и гангстерских кино полны ярких тонов и лоснятся красной кожей. Это американское кафе противоречило киношному образу. Здесь всё было скорее чёрно-белым, как в немом фильме: с серыми деревянными столами, с затёртыми до потери цвета диванами. В конце длинного узкого зала высилась металлическая стойка с кофе и кассой.

Блоки столов с диванами были выставлены двумя рядами вдоль противоположных стен, как в вагоне-ресторане. Отдельных окон в помещении не было, естественное освещение давала витрина при входе. Дымную атмосферу разбавляли два потолочных вентилятора. Фоном негромко пел Элвис Пресли – подходящая подборка для такого места! Легендарный певец пятидесятых сам начинал дальнобойщиком; думаю, такие заведения были ему знакомы.

За столами работали ложками настоящие работяги – пыльные грубые мужики разных наций, вкушавшие заработанный непростым трудом обед. Водители грузовиков с ключами от машин возле тарелок, строители, снимавшие жёлтые каски при входе, рабочие в оранжевых жилетах. В воздухе гудели низкие прокуренные голоса.

Мы с Мартином, люди такого же вида, заказали по свиной сосиске с жареным яйцом и картошкой фри и по сэндвичу со свежеподжаренной ветчиной. Бутылки кетчупа и горчицы, выставленные на столе, тоже пригодились! На добивку Мартин взял себе милкшейк, а я попытался заказать чай. Таких изысков здесь ждать не стоило – американские труженики пьют кофе!

Украшала это место официантка, сухая белая женщина лет пятидесяти с собранными в пучок седыми волосами, в потёртом джинсовом фартуке. Она умудрялась обслуживать весь зал на двенадцать столов и каждые десять минут проходить вдоль рядов со стеклянным кофейником, предлагая бесплатно долить горячего кофе. Полный кофейник расходился за один проход.

– Жена владельца, – шепнул мне Мартин. – Она тут лично знает каждого, и меня тоже.

Она остановилась и у нашего стола.

– Как твои дела, Мартин? Как семья, сын? Рада тебя видеть. Ты с другом сегодня?

– Да, это Алекс, мой новый напарник. Думаю, тоже будет к вам заглядывать.

– Я Бетти, очень приятно познакомиться!

Женщина говорила немного скрипучим голосом, но её интонации звучали естественно, привычная внешняя американская приветливость дополнялась искренним интересом к клиентам.

– И мне приятно! – ответил я. – Спасибо за прекрасный обед!

Еда на самом деле оказалась замечательной – всё, что мы заказали, было приготовлено прямо при нас, за считаные минуты, качество было приличным, неограниченный после первой кружки кофе – неплохим. И главное – наша рабочая трапеза стоила не дороже обеда в «Макдональдсе»! И это за такой полноценный ланч!

– Я же говорил, тебе понравится! – улыбался довольный Мартин, шагая со мной к «Ламбер хаусу».

– Неплохо, согласен. Буду сюда заглядывать!

С тех пор я часто обедал в этом заведении – в одиночку, с Мартином, а иногда и с присоединявшимся к нам Хосе. Я радовался еде и ценам, Бетти приветствовала меня, интересовалась моей работой, учёбой и щедро доливала мне в кружку свой особого рецепта рабоче-американский кофе.

* * *

В одну из подвальных посиделок с Винсентом я затронул тему кредитной истории – той, что обломала мне планы по аренде студии. Что это за штука, как её строить?

– О, Алекс, ты подобрался к краеугольному камню американской социально-финансовой системы! – заявил Винсент. – Ну что, значит, пора.

Смотри, вся финансовая система США строится на кредите – это источник денег вообще. Золотого стандарта же больше нет? В результате все деньги в обращении напечатаны или выданы взаймы безналичными через банки. Но кому давать кредиты, а кому нет, так, чтобы система не обрушилась? Вот и придумали эту кредитную историю и связанный с ней кредитный рейтинг. Ты знаешь свой уровень?

– Без понятия, если честно… – Вся эта тема была для меня открытием, и я прислушивался к каждому слову Винса.

– Ну, думаю, твой рейтинг таков: «Нет кредитной истории». К слову, это не так уж и страшно; хуже, когда история именно плохая.

– Ну, не знаю, мне, например, не сдали студию, сослались как раз на «нет истории».

– Просто ты сразу замахнулся на крупную сделку – аренду недвижимости. Так это не работает. Я свою историю строил со старших классов. Когда отец подарил мне машину, я оформил себе первую карточку заправочной сети Chevron. Она позволяла заправляться бензином в кредит, с лимитом пятьдесят долларов. Каждый месяц я ходил к ним в офис и закрывал потраченную сумму. По данным со своих карт эта сеть передаёт информацию о клиентах и