Пекин. Полная история города - Чжаньгун Сюй

Чаоян уже нет; в 2023 году здесь был построен новый стадион, перенявший от своего предшественника почетный титул главной спортивной арены Пекина. До наших дней не сохранилось и здание гостиницы Overseas, предназначавшейся для зарубежных гостей китайской столицы. Это здание снесли в девяностых годах прошлого столетия для строительства другой, более современной гостиницы.

Всего же в десятку Великих зданий вошло три гостиницы, главной из которых стал Государственный гостевой дом Диаоютай, «вписанный» в пространство старинного парка Юйюаньтань[264] в северо-западном пекинском районе Хайдянь. Прежде Диаоютай, протянувшийся на километр с севера на юг и на полкилометра с востока на запад, был закрытой территорией, но в наши дни он доступен для осмотра. Кстати говоря, в Юйюаньтане высажены тысячи завезенных из Японии сакур, весеннее цветение которых привлекает сюда любителей созерцания. А недалеко от Дворца культуры национальностей, на проспекте Чанъаньцзе, стоит десятиэтажное здание гостиницы «Миньцзу», изначально предназначавшейся для приема иностранных делегаций, а в наши дни работающей в качестве четырехзвездочного отеля. Это здание из числа тех, которые покоряют изяществом простоты, выступающие элементы придают ему элегантность и некоторую «воздушность», хотя на самом деле оно довольно массивное.

Национальный сельскохозяйственный Выставочный центр, находящийся в районе Чаоян, входит в число четырех наиболее крупных выставочных центров столицы. Сразу же после завершения строительства в сентябре 1959 года здесь была проведена десятая выставка достижений сельского хозяйства КНР.

О Военном музее Китайской народной революции уже было упомянуто выше. Он открыл свои двери для публики 1 августа 1960 года в праздничный день, посвященный основанию Народно-освободительной армии. Четыре этажа, десять огромных залов, обширная коллекция, также включающая в себя экспонаты китайской космической программы… Благодаря реконструкции, завершившейся в 2017 году, выставочная площадь музея была увеличена с шестидесяти до ста пятидесяти девяти тысяч квадратных метров.

Гостиница «Миньцзу»

Значение Десяти великих зданий трудно переоценить, ведь именно они начали формировать облик столицы великой страны. Здания дополняет Памятник народным героям, построенный по проекту архитектора Лян Сычэна на южной стороне площади Тяньаньмэнь к маю 1958 года. Тридцативосьмиметровый трехъярусный монумент, сложенный из мрамора и гранита, украшен восемью барельефами с изображением ключевых событий революционной борьбы китайского народа. Создатель монумента Лян Сычен, заслуженно считающийся отцом современной китайской архитектуры, много работал над планированием нового Пекина и созданием национального китайского архитектурного стиля.

ВЫБОР НОВОГО ЦЕНТРА ГОРОДА

Лян Сычен, занимавший пост заместителя директора Пекинского городского комитета по планированию, был сторонником сохранения исторического облика старого города. Вместе с другим известным архитектором Чэнь Чаньсяном он разработал предложения по расположению центрального правительственного района, согласно которым центр нового Пекина должен был располагаться к западу от Запретного города, там, где сейчас находятся Военный музей и Западный вокзал.

Представив свои предложения правительству, Лян дополнительно написал отдельное письмо по этому вопросу главе Государственного совета Чжоу Эньлаю, который пользовался большим авторитетом у китайской интеллигенции. Но Чжоу на тот момент был «номером три» в руководстве страны – решающее значение имело мнение Председателя КПК и Председателя Центрального народного правительства КНР Мао Цзэдуна и его заместителя Лю Шаоци. Мао и Лю поддержали альтернативное предложение советских специалистов, согласно которому центральный правительственный район должен был располагаться в Старом (Внутреннем) городе.

Сторонники Ляна и Чэня иронично называют современный Пекин «Раскатанной лепешкой», намекая на то, что город рос во все стороны от центра в радиальных направлениях, словно раскатываемая скалкой лепешка. Центр города испытывает большую нагрузку, не лучше бы было иметь в Пекине несколько центров – правительственный, исторический, культурный? Рассуждать можно сколько угодно, но у нас есть тот Пекин, который существует в реальности, и с этим приходится считаться.

Впрочем, в будущем «Раскатанная лепешка» может существенно изменить свои контуры, поскольку с 2005 года развитие города разрешается лишь в восточном и западном направлениях. Предполагается, что введенные ограничения снизят нагрузку на центр и поспособствуют улучшению экологической обстановки в городе и его окрестностях. Окончательные выводы делать пока еще рано, но польза от подобной «децентрализации» определенно есть.

«ТРИ ГОДА УПОРНОГО ТРУДА – ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ ЛЕТ СЧАСТЬЯ»

Вместе со всем китайским народом жители Пекина следовали главному лозунгу Большого Скачка: «Три года упорного труда – десять тысяч лет счастья». Упорный труд наличествовал, а вот со счастьем вышли проблемы. Энтузиазм помогает в труде, но нельзя делать ставку только лишь на энтузиазм масс, игнорируя объективные условия. Даже при самых благоприятных условиях и идеальном руководстве процессом Китай не смог бы за пять лет (1958–1963) превратиться из отсталой сельскохозяйственной страны в передовую индустриальную державу. Чудеса бывают только в сказках, но не стоит ждать их в жизни. Вдобавок, Большой Скачок сопровождался непродуманными волюнтаристскими кампаниями вроде борьбы с «четырьмя вредителями» или выплавкой чугуна в домашних доменных печах. В число «четырех вредителей» входили комары, мухи, крысы и воробьи, которые пострадали больше всего. «Вредительство» воробьев заключалось в том, что они клевали зерно на полях, но наряду с зерном воробьи питались и насекомыми, которые вредили посевам. Когда воробьев истребили, урожайность снизилась, вместо того чтобы возрасти. Ну, а низкосортный чугун, выплавляемый кустарным способом в домашних печах, никуда не годился… Создание на селе народных коммун, в которых обобществлялось все имущество крестьян за исключением личных вещей, вызвало значительное снижение объемов сельскохозяйственного производства.

Мао Цзэдун и Лю Шаоци. 1964

Неверные решения вместо процветания привели к Великому голоду 1959–1961 годов, который считается самым масштабным голодом в истории человечества. Только по официальным данным от голода умерло около пятнадцати миллионов человек, но даже эта цифра считается сильно заниженной.

Еще в 1953 году в китайских городах была введена карточная система распределения продовольствия. Очень скоро ограничительные нормы были распространены на все основные предметы потребления, вплоть до электрических лампочек. Полная отмена карточной системы состоялась лишь в 1993 году. Девяностые годы ХХ века в Китае называют «Эпохой Таоте»[265] по имени прожорливого мифического чудовища. Еды «вдруг» стало много, и китайцы могли наедаться досыта каждый день…

Пропагандистский плакат «Да здравствует руководящая линия! Да здравствует Большой скачок! Да здравствуют народные коммуны!»

В голодные времена жителям Пекина жилось немного легче, чем другим гражданам. Нормы распределения продуктов и промышленных товаров были едиными по всей стране, но в столице эти нормы соблюдались лучше, чем в провинции, где нередко выдавали урезанные или неполные пайки.

Справедливости ради нужно отметить, что наряду с плохим происходило и хорошее. В пятидесятых и начале шестидесятых годов ХХ века Пекин интенсивно развивался, принимая облик современного города, крупного промышленного центра. Коммунистическому правительству удалось решить проблему употребления опиума –