Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

– Тереха! Тереха, проснись! Совсем ведь уснешь и не проснешься. Вставай! У тебя же дети, внуки, жена! Проснись, Тереха!

Когда Сыромят начал было отчаиваться, Тереха наконец разлепил заиндевелые ресницы:

– Ты зачем меня трясешь, Сыромят?

– О-о, проснулся! Молодец, Тереха, молодец! Теперь шевелись, только шевелись. Жить будем, друзья! Будем!

Данил водрузил Тереху к себе на спину и медленно начал прохаживаться вокруг кострища, а Сыромят, похлопывая Тереху по спине и голове, стал ходить следом.

Вскоре вновь развели костер, поставили на огонь банки и решили установить дежурство. Один хотя бы должен быть постоянно на ногах.

– Ты как проснулся, Данил? Мы ведь скопом могли отправиться на тот свет.

– Потом расскажу, Сыромят. Потом. Особенно за Терехой надо следить. Он ведь четвертую ночь в лесу.

– Да. Так и есть. Пойду коня стреножу. Покушать ему надо.

Сыромят стреножил две ноги Холорука и отпустил его на выпас. Остаток ночи прошел без особых стрессов. Дежурный постоянно кипятил воду в банках и, растолкав засыпающих друзей, заставлял их пить. Уже невозможно было постоянно ходить вокруг костра, сил совсем ни у кого не осталось. Поэтому договорились, что двое будут сидеть, но придется их почаще будить и почаще меняться – после каждой выпитой банки воды.

Долгожданное утро вновь пришло с теми же проблемами. Вновь надо было вставать и разминаться, вновь надо было расшевеливать друг друга и глотать горячую воду из обгорелой банки. Прожженные насквозь штаны Данила залатали мешком, обвязав его вокруг бедра. Из-за толстых зимних штанов длины мешка не хватило, поэтому мешок еще и распороли на веревки, а банки из мешка вытащили и каждый свою банку положил к себе за пазуху.

– Сыромят, тебе надо сесть на коня. Мы пешком.

– Нет, Тереха. Садись ты, я пойду пешком. Потом, может, сменимся. Или Данил. Сядешь?

– Нет, пусть Тереха. Я как-нибудь так.

Холорук сам подошел поближе к костру и не стал увертываться. Спокойно дал себя заседлать. Было видно, что он отдохнул, взбодрился. Подпружные ремни застегнулись на дырки, как перед отъездом от избы. Всем своим видом Холорук выказывал бодрость и силу. Сыромят погладил по шее своего коня и прошептал:

– Ну что, Холорук, на тебя только надежда. Вывези нас.

Скосив глаз на хозяина, Холорук тряхнул головой, как бы вытряхивая из ушей засевшие слова, затем мотнул головой и фыркнул.

– Ну вот. Понял вроде. Молодец, Холорук.

Сборы вновь заняли продолжительное время. Пока размялись, расшевелились, испили воду, пока заседлали коня и водрузили на него Тереху – прошло время. Все это происходило как при замедленной киносъемке в немом фильме.

Наконец тронулись в путь. Как и вчера, двое уцепились за стремена и шли по бокам. Вначале шли долго вдоль мари. Затем немного углубились в лес и пошли по сосняку. Пройдя некоторое расстояние, стали переходить ручей. К тому времени уже окончательно рассвело и короткий северный зимний день полностью вступил в свои права. Идя вдоль ручья, Сыромят вдруг остановился как вкопанный. Следом остановились и конь, и Данил.

– Мужики, я, кажется, знаю это место. Вон тот кряж, который виднеется вдали – это кряж нашей речки. А по этому ручью я поднимался. Соболевал. Тут спуститься по ручью, совсем даже недалеко – и будет дорога! До нашей избы дорога! По ней мы уже с вами мотались, и не раз. От устья ручья до избы всего-то километров семь. Не больше.

Голос Сыромята срывался, он выскочил вперед коня и, размахивая руками, пытался что-то или доказать, или объяснить, но услышанного для друзей было достаточно.

Вся сила разом куда-то исчезла. Данил от усталости уселся на снег, а Тереха только и делал, что приподнимал руки и вздыхал полной грудью. На остальное сил не хватало. Только Сыромят на радостях носился вокруг друзей и что-то им говорил.

Немного успокоившись и вновь собравшись с силами, пошли вниз по ручью. Идти было тяжело, кочкарник перемежался кустами, иногда густой лес вплотную подступал к берегам ручья. Но никто из друзей не предложил свернуть с ручья и пойти лесом. Этот ручеек всем казался нитью к спасению, поэтому не надо с него никуда сворачивать, надо идти только по нему.

Полностью вымотавшись, из последних сил выбрались на дорогу уже в полдень.

– Мужики, гляньте, это же санные следы! Коля здесь был, сегодня! А, черт, дорога туда и обратно. Может, он еще недалеко, надо дать ему сигнал, давай стрельнем, – скороговоркой выпалил Данил, пытаясь вытащить карабин из-под Терехи.

– Стой, Данил, не торопись, теперь-то мы дойдем. Точно дойдем! Доползем, если надо будет, – усаживаясь на снег, остановил суету Сыромят. – Передохнем немного и дальше пойдем. Коню дай передохнуть. Вон весь в мыле.

Холорук, и в самом деле весь употевший, исходил испариной, а сидевший на нем Тереха с ног до головы покрылся инеем от его дыхания и испарений. С трудом вытащив ногу из стремени, Тереха попытался сползти с коня, но просто упал. На этот раз ему никто не кинулся помогать. Всем казалось, что они уже дома. Вот-вот – и они войдут в теплую избу. Поэтому в таких случаях слезть с коня – помощь как будто и не нужна. Да и устали все очень. Данил тоже уселся на колени и оглядывался вокруг.

Немного передохнув, все вновь стали шевелиться. Никого уже не тянуло на сон, все жаждали только добраться до дома. Сыромят с Данилом вновь подняли Тереху, который снова не смог самостоятельно подняться, расшевелили его, и он сам, не оглядываясь назад, с трудом переставляя ноги, расставив их широко и растопырив руки для равновесия, зашагал в сторону избы.

– Ну, давай, Сыромят, садись на коня и скачи до избы. Как можно быстрее. Пусть Коля на санях приедет и заберет нас. А мы тут с Терехой как-нибудь будем ковылять дальше.

– Хорошо. Если конь запряжен, то Коля будет через час или полтора. А если его нет в избушке? То придется еще потопать вам. Я же не смогу вернуться.

– Не бери в голову, Сыромят, потерпим. Дождемся Колю. Езжай.

Только со второй попытки Сыромят взгромоздился на коня с помощью Данила. А Холорук, почуяв приближение отдыха, без всяких понуканий понес хозяина рысью к избе.

В это утро Коля с рассветом запряг коня – как и вчера, и позавчера, чтобы проехаться по дороге в сторону, куда ушли друзья. Вдруг мужики выйдут на дорогу и он их встретит. Как и в предыдущие дни, с собой прихватил термос с горячим чаем с молоком, еды, чтобы немного перекусить, и тронулся в