Сибирский приключенческий роман 5 - Юрий Семенович Манаков

Новицкий не решился выполнять такую работу, глядя на старание компаньонов, ловко работавших с породой в лотке, засомневался в своих способностях, может неумело смыть не только значки, но и самородки, если окажутся мелкими. По нечаянности смоет в речку крупицы золота, и тогда он опростофилится и себе не простит. Не лишний раз утвердился – пробы обрабатывать должны мастера. Для него было главным обеспечить живучесть отряда, дабы способствовать успешному проведению поисков золотоносных отложений. Внутренне он переживал и горел острым желанием, чтобы это произошло, верил интуиции Свиридова и весьма надеялся на успех дела. Проехать с таким трудом сотни вёрст через таёжные дебри, переправиться через десятки речек, перевалить множество сопок и гольцов, пройти мари и болота, встречавшиеся в пути, перенести нелёгкие испытания, всё это не должно стать напрасным, ведь должно же быть вознаграждение. О, если б оно случилось! Какое же благодушие и радость охватило бы Сибирякова! И как своя-то душа возрадовалась!..

Мысли Новицкого прервал голос Свиридова, за ним Карпухина. Оба в унисон радостно извещали.

Первый:

– Есть золото!

Второй:

– Вы посмотрите только – самородок!

Новицкий, в мгновение отбросив размышления, немедля поспешил увидеть то, что в лотках геолога и топографа. Подбежав, увидел небольшого разного размера кусочки жёлтого металла, разновидные по форме, матовые, но ярким жёлтым цветом, в них отражалось солнце. Да, вот оно, вот оно, долгожданное золото! Подошли и рабочие, лица сияли счастьем – речка открыла свои клады, она даст драгоценный металл и станет достоянием купца, но и положит начало заслуженному заработку, обещанному знатным иркутским купцом и его доверенным лицом Новицким. Нет, ненапрасными оказались за спиной пройденные трудные таёжные вёрсты. Дали они свои плоды, да какие!

– Как же будет доволен Михаил Александрович, как же рад будет! – млел восторгом Новицкий, глядя то на самородные зёрна, то на лица Свиридова и Карпухина. – Привёл Господь к месту заветному, желанному! Слава тебе, Господи!

– Привёл. – Свиридов с довольным видом собирал с обоих лотков самородки на ладонь, а как все они оказались в одной кучке, движением, словно на безмене взвесил вес драгоценного металла. – Хороши пробы, превыше ожидаемых оказались, даст речка золото, непременно даст! Так и продвинемся шурфами по левой стороне. Потом по правой, определим границу распространения запасов.

В этот день обедали наскоро, спешили возобновить работы, не терпелось узнать, как там дальше? Каждый шурф показывал золото, где больше, где меньше, но, главное, показывали.

Шурфовка велась непрерывно почти две недели, лотком промывал лишь Свиридов, Карпухин же в эти дни переключился на составление карты русла, в точности вырисовывая её повороты, ширину меж берегами и прилегающих к ним склонов сопок, фиксировал места взятия проб. Зачастую привлекал Огородникова к работе с приборами (дал же слово приобщить) – буссолью и компасом, замеряли визирные углы направлений на местности и магнитные азимуты, а тот жадно вникал и удивительно быстро осваивал их назначение. До чего же увлекательное это было занятие! Карпухин вместе с Никитой, используя приборы и мерную ленту, провели съёмку исследованного течения Накатами, затем прошагали до устья речки, закончив замеры у берега Бодайбо.

В принципе, картина состояния и границ обнаруженных запасов была ясна, оставалось со вниманием застолбить на местности, согласно установленным властями требованиям, земельный отвод будущих горных разработок предстоящего прииска и, конечно же, подать незамедлительно заявку на её утверждение и прилагаемых к ней документов отвода.

Новицкий восторженно шептал: «Да, не обошёл нас Господь стороной, помог исполниться делу порученному, делу, ради которого мы осилили путь трудный, снесли тяжести… Слава тебе, Боже!..»

Рядом стоял Свиридов, увидел шевеление губ казака, услышал неразборчивые тихие слова, спросил:

– Об чём думаете, Иван Данилович?

– Услышал Господь молитвы наши, не отвернулся, уладил всё надлежащим образом, – положил руку на плечо геолога.

– Уладил, да ещё как уладил! – подтвердил Свиридов.

В этот же день Новицкий, посоветовавшись с Карпухиным и Свиридовым, сообща пришли к выводу – застолбить среднюю часть долины Накатами, немногим не достигая устья речки, представлявшей собой самые богатые по пробам. Если понадобится в дальнейшем, так расширить границы отвода не составит труда. К рытью ям, заготовке столбов и их установке по периметру водораздела приступили. Рабочие, не жалея сил, старались выполнить порученное задание на совесть. В местах, указываемых Карпухиным и Свиридовым, рыли глубокие ямы, тут же выбирали подходящие для столбов деревья, рубили, ошкуривали, делали с одного конца гладкие затёсы, на них вырезали ножом фамилию купца, порядковые цифры и даты установки, другой конец опускали в яму и закапывали с каменным бутом. Новицкий подошёл к одному из столбов, погладил рукой, затем ударил по нему кулаком и торжествующе изрёк:

– На века!

Что говорить, столбы действительно ставились накрепко.

Карпухин скрупулёзно засекал на плане точки установки столбов отвода, а их числом немало – угловые и промежуточные – створные, старался детально отобразить действительное, истинное их положение на местности в долине Накатами, сделал привязку к устью в слиянии с речкой Бодайбо. Всё выверил досконально, допустить ошибку – это не в его характере.

– Что ж, Иван Фёдорович, коль абрис отвода сверстали, так поспешать надобно заявку подать, уж как поспешать и купца порадовать, нарочным сам повезу. – Новицкий задумался и продолжал: – Но и потребность одну, не менее важную, без внимания нельзя оставить. Наказ пред дорогой мне давал Михаил Александрович застолбить землю под будущую резиденцию, если золото обнаружим. А оно вот, под ногами нашими.

– И где же прикажете, милейший, руки и знания к тому приложить? – поинтересовался Карпухин.

– Часть берега Витима при устье Бодайбо, так получается. С размахом купец дела развернуть намерен, заложить желает перевалочную базу, чтоб обросла складами, амбарами, лавками и заезжими дворами, а там и заготовкой сплавного леса, дорогу до прииска выложить, наёмный люд появится, гужевые повозки, зимой сани груза потянут, с умом расклад задуман. Реки Лена и Витим – в том помощники неоценимые станутся, водой и чёрта в тайгу доставить помогут.

– Как наказывал, так и поступим, воле Сибирякова не вправе отказать, способствовать предназначены. Ай да размах купеческий, да сколь же средств на это выложит, тьма! – удивлялся Карпухин.

– Не переживайте, купцы деньги считать умеют, а тут выгода прямая, так с лихвой затраты окупятся, не допустят убытков.

– Окупятся, – повторил Свиридов, – кто бы сомневался. Далее-то как поступим, если две надобности возникло?

Новицкий ответил сразу, видимо, обдумал всё заранее:

– Вы, Степан Ильич, останетесь с тремя тружениками, пускай под вашим началом избы рубят для стана, под будущий прииск, сами меж делом речку крепче изучите, детальней разведаете, чтоб к приезду горных инженеров всё в ясности выглядело.

– Выходит, вы с Иваном Фёдоровичем и