Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

был быть достаточно широкий круг заговорщиков-единомышленников. Однако никакого раскрытия заговора так и не произошло, и никто из окружения Гагарина привлечен к суду вместе с ним не был. О том, что в реальности никаких намерений отделиться у Матвея Гагарина не было, говорят и материалы следствия и суда над ним. Исследование документов следствия и суда над Гагариным также приводит к выводу о том, что у него не было планов по отделению Сибири от России. При этом в деле Гагарина было немало других весьма значительных прегрешений.

Во-первых, майором Лихаревым было доказано, что, посылая отряд Бурхгольца, Гагарин заведомо знал, что тот обречен. Сам Гагарин оправдывался, что послал, потому что на то был приказ царя, кроме этого была надежда, что вдруг Бухгольц действительно что-то где-то найдет. Ну а кроме того в степи происходит разное, и если посланный отряд там и сгинет, то это можно будет оправдать и джунгарами и другими прочими. Об этом князь, естественно, умолчал. Именно поэтому Гагарин и не стремился вкладывать серьезные деньги в экспедицию. Зачем тратить на будущих покойников, когда золото и ему самому, живому, пригодится? Посылал отряд Бухгольца сибирский губернатор и потому, что надеялся этим рассчитаться за все услуги с китайцами, которые его об этом просили. Что и говорить, азартен был князь Гагарин, играл по-крупному, причем раньше всегда выигрывал. Но на сей раз все вышло по-иному.

Во время расследования вскрылась вся чудовищная авантюра, придуманная князем Гагариным в отношении посылки на гибель тысяч русских солдат, а вместе с ней и истинные масштабы злоупотреблений губернатора. Потрясенный всем этим Петр лично присутствовал на всех допросах. Долгий срок следствия (более трех лет!) говорит о том, что вскрывшиеся факты проверялись и перепроверялись. Когда все стало очевидным, Петр не мог простить ни масштабов воровства, ни обмана с «золотыми россыпями», ни фактической напрасной гибели солдат.

На следствии в Петербурге Матвей Гагарин доказывал, что смог бы заключить с Цыван-Рабданом договор о строительстве крепостей, если бы ему не мешал… Бухгольц и другие. «А знак к тому миру и с калмыками был, — заявил князь Гагарин, — потому что в бытность мою в Тобольске я сказал посланцу калмыцкому, что посылаю людей царского величества строить городы для прииску руд, потому что земли те до вершины Иртышской и вся та река царского величества, а контайшу, ни людей его воевать не будем и кочевал бы он, контайша, на тех местах по-прежнему, как и Аюка под городами царского величества кочует. И тому тот посланец калмыцкой был рад и говорил мне в разговорах, что контайше непротивно то будет, что городы будут делать люди государевы, но точно бы де не воевали контайшу и людей ево…». Из слов Гагарина следует, что он сознательно скрыл от джунгарских послов конечную цель экспедиции — захват Яркенда. Но обвинения в адрес Бухгольца звучали неубедительно.

11 марта 1721 года Матвей Петрович Гагарин был подвергнут пыткам. Петр I просил князя признать свои вины, но первый генерал-губернатор Сибири был непреклонен. Впрочем, есть сведения, что Гагарин все же после трехдневных пыток покаялся. Но было уже поздно. 16 марта 1721 года Матвей Гагарин был повешен под окнами Юстиц-коллегии в Санкт-Петербурге в присутствии царя и всей его семьи. «Два месяца висел, пока не сгнили веревки, потом его повесили на железную цепь». Всего же тело князя провисело на площади более семи месяцев, поскольку царь не разрешал его хоронить для устрашения коррупционеров. После этого останки его были захоронены в родовом имении Сенницы Зарайского уезда.

По большому счету загадка казни первого губернатора Сибири не раскрыта до сих пор. Ряд историков считает, что в лихоимстве обвинять его было просто глупо, так как в казну он давал денег больше сумм, определенных царем. Да, растраты были. Но часть из них объяснялась найденными оправдательными документами, оставшуюся же часть князь мог вполне покрыть из личных доходов.

Что еще прибавить к сказанному? Только то, что был женат князь Гагарин на дочери вятского воеводы Степана Траханиотова. В браке генерал-губернатор Сибири имел троих детей, сына и двух дочерей. Одна из них — Мария, вышла впоследствии замуж за графа Головкина, другая же приняла монашеский постриг. Что касается сына Алексея, то он вначале был записан в матросы, впоследствии стал офицером и сделал хорошую партию, женившись на дочери вице-канцлера Шафирова. Никаких утеснений дети главного сибирского казнокрада не претерпели.

После ареста Гагарина начались гонения на его приближенных. Некоторое были арестованы, но не как заговорщики, а как казнокрады, многих просто изгнали со службы. Заметим, что известного сибирского градостроителя и картографа Семена Ремезова, несмотря на его явную близость с Гагариным, никакие репрессалии не коснулись. Наоборот, ему было доверено ответственнейшее дело — достройка Омской крепости. Однако уже в 1721 году Семен Ремезов скоропостижно умер. Ряд историков считают обстоятельства его смерти загадочными, намекая на возможное отравление весьма авторитетного и богатого сибирского купца. Впрочем, в то время Ремезову шел уже восьмидесятый год, что, по меркам начала XVIII века считалось очень и очень серьезным возрастом.

* * *

Что касается подполковника Бухгольца, то после того, как его оправдал Лихарев, он имел серьезный разговор с самим Петром. После этого Военная коллегия признала его годным к «лучшему делу», но в должности для острастки все же понизила и отправила заведовать госпиталями.

Спустя некоторое время Петр I вновь предложил Бухгольцу возглавить военную экспедицию в верховья Иртыша. Царь все еще не оставлял мысли о разведке руд в Восточном Туркестане. Однако Бухгольц на этот раз вежливо отказался, несмотря на то что мог снова попасть в опалу. Свой отказ он мотивировал тем, что до озера Зайсан «за многими войски калмыцкого владетеля контайши, которой имеет у себя войск великое число оружейных и к войне обычных и, ежели покажет противность, дойтить невозможно». Заметим, что царь отнесся к отказу Бухгольца с пониманием, и на его отношении к еще недавно опальному подполковнику это никак не сказалось.

В 1720 году Бухгольц был назначен комендантом крепости Нарва, а в его послужном списке появилась запись: «Годится к лучшему делу».

В 1724 году Иван Бухгольц был назначен командиром Якутского пехотного полка с присвоением полковничьего чина. Но на этой должности Бухгольц пробыл недолго. Вскоре его снова загнали туда, куда Макар телят не гонял — в далекую Кяхту комендантом Селенгинской крепости, что стояла на границе с Китаем. Особая важность крепости заключалась в том, что русско-китайская граница еще не была размежевана. Именно поэтому там требовался толковый и опытный начальник. Тем более, что установление дружественных отношений с Китаем для тогдашней внешней политики было делом приоритетным. Можно предположить, что император об Иване Бухгольце был все же