История богатства на Западе. Как боги среди людей - Гвидо Альфани

Дональда Трампа в Соединенных Штатах прямым следствием их богатства? С другой стороны, можно ли использовать участие в политике для личного обогащения? Последний важный вопрос, поставленный в этой главе: объясняет ли предположительно более глубокое понимание богатыми западных политических систем их нынешнюю способность предотвращать введение налоговых реформ, направленных на то, чтобы заставить их вносить больший вклад, хотя бы во времена острого кризиса?

Предметом исследования в 11-й главе является поведение богатых во время кризисов. В обозримой истории богатых затрагивали катастрофы самого разного рода (эпидемии чумы и другие пандемии, голод, войны, финансовые кризисы и так далее), иногда нанося ущерб их экономическому состоянию, а иногда создавая особые возможности для дальнейшего обогащения. Например, во время войн богатые были и остаются одновременно самой желанной добычей и главным хищником, то есть теми, кто лучше всего может извлечь выгоду (отчасти благодаря своим политическим связям и привилегированному доступу к информации) из экономических потребностей, вызванных кризисом. Начиная с эпидемии «черной смерти» 1347–1352 годов и заканчивая самыми последними кризисами – финансовым кризисом 2008 года и последовавшими за ним Великой рецессией и пандемией COVID–19 (продолжающейся на момент написания книги) – мы подробно анализируем поведение богатых в неспокойные времена: как они адаптировались к ним, повышая устойчивость своих владений к будущим потрясениям, и как их действия оценивались остальным обществом. Важнейшая тема, лежащая в основе этой главы, – какую финансовую помощь богатые должны были оказывать, чтобы выполнить ту функцию, которая, как было сказано выше, исторически сыграла ключевую роль в том, чтобы сделать само присутствие богатых более приемлемым для западных обществ. Позднейшие кризисы все же отличаются от предыдущих: во-первых, они оказались исключительно мягкими по отношению к богатым (они быстро компенсировали свои финансовые потери после кризиса 2007–2008 годов, что резко контрастирует с ситуацией после краха фондового рынка в 1929 году и последовавшей за ним Великой депрессией), а во-вторых, богатые сами проявляли исключительное нежелание вносить свой вклад, даже путем лишь временного повышения налогов, в поддержку мер реагирования общества на кризисы. В какой степени и как долго богатые смогут освобождать себя от того, что Запад веками считал их особым долгом, не делая свое положение социально несостоятельным? Этот вопрос лежит в основе всей этой книги и рассматривается непосредственно в заключительной части.

Часть I

В руках немногих

Глава 1

Что такое богатство и сколько его нужно, чтобы стать богатым?

Отдельные члены любого человеческого общества, как настоящего, так и прошлого, как правило, обладают интуитивным пониманием идеи богатства. Однако то, что считается богатством, может существенно меняться: является ли состоятельный человек владельцем большого количества крупного рогатого скота, или сложного ценного оборудования, необходимого для его деятельности, или ряда квартир в центре города, или, наконец, значительных, но нематериальных финансовых активов? Хотя в большинстве социумов наследуемое имущество богатых обычно состоит из разных компонентов, их виды и соотношения различны в разных эпохах. Обязательным первым шагом в изучении богатства должно стать определение этого понятия, а следом неизбежно идет второй – установление, кто конкретно может считаться богатым. Точно так же, как любое общество обладает интуитивным пониманием богатства, оно способно приблизительно определить, кто принадлежит к числу богатых. Это объясняется тем, что на протяжении всей истории богатство распределялось неравномерно, и, рассматривая неравный доступ к различным его компонентам, можно в относительных терминах правильно определить, кто является богатым. Хотя подавляющее большинство граждан современных западных обществ можно было бы считать «богачами» по сравнению с их далекими предками (с точки зрения абсолютного доступа к товарам и услугам), от этого мало пользы для изучения богатых как особой экономической и социальной категории с исторической точки зрения; в любом человеческом обществе были богатые и бедные (примеры гипер-эгалитарных систем представляют собой скорее теоретическое исключение). Однако анализ состава богатства и его распределения в разные исторические эпохи представляет значительные трудности в связи с ограниченным количеством доступных источников: от средневековых рукописей до современных экономических обзоров и «списков богачей». Обсуждение трудностей работы с этими источниками является третьим и заключительным шагом, предпринятым в этой главе.

Определение богатства в разные эпохи

Что же такое богатство? Из антропологических исследований мы знаем, что в разных обществах обладание активами имеет разные значения и следствия. Возьмем для примера ритуализированную систему обмена ку'ла, используемую на Тробрианских островах Меланезии. Там имеют хождение два вида изделий, перемещающихся в противоположных направлениях вдоль кольца островов окружностью в несколько сотен километров: ожерелья из красных ракушек (перемещаются по часовой стрелке) и браслеты из белых ракушек (перемещаются против часовой стрелки). Эти предметы не имеют практического применения и имеют относительно ограниченную собственную ценность. Итак, следует ли считать украшения частью богатства владельцев и как их следует оценивать? С одной стороны, владелец не может хранить их вечно – кула должны продолжать циркулировать по кругу, поэтому было бы неточно говорить, что они «принадлежат» кому бы то ни было (кроме довольно редкого варианта ценных вещей под названием китомы, которые временно изымаются из обращения). С другой стороны, кула примерно ранжированы таким образом, что их обмен, даже при отсутствии торга, должен происходить на основе предполагаемой эквивалентности. Следовательно, в первом приближении мы могли бы сказать, что изделия, распространяемые в торговле кула, можно считать имеющими ценность просто потому, что они оцениваются. Копнув глубже, мы обнаруживаем, что для своих владельцев предметы кула являются источником большого индивидуального престижа, и торговля ими приводит к созданию личной известности, так что участие в торговле кула означает привилегированный доступ к другим экономическим (а также «социальным», политическим и прочим) ресурсам. Наконец, в путешествиях, связанных с оборотом кула, часто перевозят и другие товары, которые можно обменять путем серьезного торга. Таким образом, изделия кула или сам факт регулярного участия человека в обмене ими могут рассматриваться как составная часть богатства того, кто в данный момент ими владеет, а значит, не должно вызывать удивления, что они распределены очень неравномерно и сосредоточены в руках немногих.

Недавние исследования маломасштабных обществ (то есть обществ, состоящих из небольшого количества людей, лично взаимодействующих практически со всеми остальными) выявили три различных типа богатства: материальное, социальное и персонифицированное (физическая сила, практические навыки, знания и т. п.). С этой точки зрения торговля кула, хотя и имеет некоторую связь с материальным богатством, поскольку обмениваемые предметы ценны сами по себе, более всего связана с «социальным богатством». В сельскохозяйственных и скотоводческих обществах самым важным является материальное богатство, в то время как для охотников-собирателей преобладает богатство персонифицированное, за которым следует «социальный капитал», а материальное богатство не имеет большого значения (как будет показано в главе 7, именно поэтому сельскохозяйственные и скотоводческие общества, как правило, значительно более неравноправны, чем общества