Приказ Шарпа - Бернард Корнуэлл

его сумасбродных затей, но бросился вниз по склону к стрелкам, в то время как Шарп спрыгнул в ров. Он приземлился на пятачок, свободный от тел, как раненых, так и мертвых, но, двинувшись на запад вдоль южной стены, был вынужден переступать через мертвых и умирающих. У многих были раздроблены конечности, другие были иссечены осколками гранат и лежали, истекая кровью и стеная. Он вспомнил о бойне, которую устроил французам у старого моста, и подумал, что это расплата со стороны врага. Он искал офицера или сержанта и наконец увидел стройного молодого человека с обнаженным палашом.

— Эй, ты! — взревел он, указывая на него. — Кто такой?

Юноша, увидев потрепанный мундир Шарпа и винтовку за плечом, на миг возмутился, но тут же разглядел офицерский красный кушак и тяжелый палаш у бедра.

— Сэр? — нервно отозвался он.

— Кто вы такой? Я майор Шарп, 95-й.

Молодой человек вытянулся, словно по стойке смирно.

— Лейтенант Фицджеральд, сэр, 92-й.

— Как раз вас-то я и искал, — сказал Шарп, отступая в сторону, когда в ров, в ярде от него, глухо ударился снаряд. Один взгляд и стало понятно, что это ядро, или же граната, угодившая прямо на фитиль, отчего тот и погас. — Соберите людей, — приказал Шарп, — и тащите лестницу вон к тому углу. — Он указал назад.

— Лестницы слишком коротки, сэр, — с тревогой произнес Фицджеральд. Говорил он с шотландским акцентом.

— Просто достаньте мне лестницу, лейтенант, а как сделаете, начинайте вытаскивать раненых из рва. Кладите их на склоне, где их не достанут новые гранаты. Разберемся с ними, когда форт будет взят.

— Лестницу, сэр? — растерянно переспросил Фицджеральд.

— И поживее! Вы знаете, как в этой армии заставить солдат что-то сделать?

— Сделать, сэр?

— Найдите толкового сержанта, передайте ему приказ. Живо!

Фицджеральд благоразумно нашел сержанта, которым оказался здоровенный детина по имени Маклин. Он стащил ближайшую лестницу и приказал четверым нести ее туда, где ждал Шарп.

— Она до верха не достанет, сэр, — предупредил Маклин.

— Достанет, сержант. Поднимайте.

Лестницу вздернули, прислонив к восточной стене крепости, всего в двух футах от угла. Она и впрямь была на пять-шесть футов короче, чем нужно, но Шарп вскарабкался на уступ между рвом и каменной кладкой.

— Теперь поднимайте ее сюда, сержант, — сказал он, постукивая по уступу ногой.

Два здоровенных шотландца ухватились за основание лестницы и толкнули ее вверх. Шарп помог, подтягивая за перекладины, пока лестница не встала в нескольких дюймах от края уступа, едва доставая до верха стены.

— Опасно круто стоит, сэр, — сказал Маклин, — опрокинется!

— Двое из вас будут ее держать, — сказал Шарп и передал свою винтовку здоровяку-шотландцу. — Придержи-ка. Заберу, когда будем внутри. — Он вытащил палаш. — Посылайте за мной людей, сержант.

— Я буду за вами по пятам, сэр.

Шарп боком протиснулся к лестнице и поставил левую ногу на перекладину. «Помоги мне, Господи, — подумал он, — это же чистое безумие». Он нашел способ добраться до верха стены, но это не повод лезть первым. Его работа заключалось в подавлении огнем верхушки стены, чтобы штурмовые батальоны могли взобраться по лестнице, но почему-то он с самого начала знал, что эта задача уготована именно ему. Он полез вверх.

Лестницу сколотили наспех, перекладины просто вырубили топором. На ощупь они казались хрупкими. Некоторые шевелились под его весом. Перекладины были грубо прибиты к таким же необработанным стойкам, и Шарп скоро понял, что не сможет одновременно держать палаш и цепляться за стойки обеими руками. Он остановился и просунул правую руку в гарду. Он так и не удосужился заменить темляк, короткий ремешок на запястье, не дающий выронить оружие, если его выбьют из руки. Теперь клинок неудобно повис на запястье, зато это позволило лезть быстрее, хотя как он собирался вернуть палаш в руку для боя наверху, Шарп не знал. Просто лезь вперёд, сказал он себе, потому что это единственный способ выиграть этот бой.

Три бригады британских войск прошли больше ста миль, чтобы уничтожить понтонный мост, и от успеха их отделял лишь один маленький форт. Если форт не взять, трем бригадам придется отступать с позором, а армии Мармона и Сульта смогут объединиться и обрушиться всей своей мощью на малочисленную британскую армию. Взберись по этой лестнице, сказал себе Шарп, и французам будет крышка. Руки его были исцарапаны занозами от стоек, а в правую щеку впился осколок камня, отбитый от стены одним из выстрелов Эль Сасердоте. Он лез. Одна из перекладин сломалась. Вернее, повисла на одном гвозде, когда второй не выдержал. Шарп резко провалился на ступеньку ниже и удержался, лишь крепко вцепившись в стойки. Пуля ударила в камни в футе слева от него, и он понял, что это один из его стрелков взял слишком низко. Или, по крайней-мере, он надеялся, что тот взял низко, а не целился ему в спину. Шарп знал с полдюжины непопулярных офицеров, которых списывали на потери от вражеского огня, хотя на самом деле спусковой крючок нажимали свои же. Не думай об этом, сказал он себе, просто лезь, черт побери. И он лез.

— Берегись, сэр! — крикнул кто-то снизу, и Шарп вжался лицом в лестницу и замер. Что-то твердое и тяжелое ударило его по ранцу и отскочило. А затем почти над самой головой раздался крик, переходящий в вопль, и он смекнул, что пуля стрелка настигла того, кто пытался сбросить его с лестницы ядром или камнем. Он слышал, как за его спиной часто стреляют винтовки, слышал, как пули бьют в камень, а одна даже выбила из правой стойки лестницы щепку длиной в фут. «Продолжайте стрелять, парни», — пробормотал он и, наклонив голову, заглянул под козырек своего кивера. До верха оставалось совсем немного. Просто лезь, черт побери! И он лез.

Лестница слегка качнулась, но не влево или вправо, а внутрь, и костяшки его левой руки больно прижало к каменной кладке. Он стал хвататься за перекладины, а не за стойки, но лестница теперь стояла так близко к стене, что ухватиться как следует не получалось. Он бросил взгляд вниз, тут же об этом пожалев, и мельком увидел позади себя красномундирника, а за ним еще троих или четверых, под чьим весом лестница прогибалась внутрь.

— Почти у цели, сэр! — крикнул снизу чей-то шотландский голос.

Легко тебе