Сибирский приключенческий роман 3 - Виталий Галияскарович Гадиятов

Преданный императору Лю Гуанг».

Закончив читать, Сашенька подняла удивленные глаза.

– Это перевод твоей «гармошки»?

– Ну да.

– Прямо детектив какой-то. Просто просится в сценарий.

Вася задумчиво посмотрел на неё. Сашеньке показалось, что в его взгляде она что-то прочитала. Впрочем, возможно, она придумывает. Вернулось старое чувство вины. Это смутило и почему-то разозлило её.

– Фактов в донесении разведчика Гуанга хватит на несколько докторских диссертаций. Я пробежался по некоторым источникам и просто ошалел. Если подтвердится достоверность этого средневекового документа, то многие мифы станут исторической реальностью. Наш друг пишет, что часть народа канглы в XIII веке жила в Прибайкалье. Они переселились туда, чтобы быть подальше от своего беспокойного работодателя-чингизида, ставшего китайским императором.

Их звали «кангаласцы», и произошли они от индоевропейского племени саки. Предки канглов, породнившиеся с курыканами, не смогли противостоять пришедшим на Байкал многочисленным кипчакам. Однако завоеватели с уважением отнеслись к роду кангаласцев, потому как они были не только профессиональными воинами, но и славились умениями в кузнечных делах, медицине, обладали большими культурными традициями, имели письменность. Короче, произошло не завоевание тюрками канглов, а ассимиляция с ними. Знать считала честью породниться с канглами, и постепенно выходцы из этого народа стали элитой государства кипчаков.

В китайских летописях часто упоминается Элляй Даши. Это легендарный принц китайского государства Лао. В те времена на Востоке и, в частности, на территории Великой степи он был известен как талантливый и удачливый полководец. Именно под его началом воевали отряды кангаласцев, где они не раз использовали камень, вызывающий бурю. Эллей Даши был героем их исторических преданий. По летописным сведениям, он умер в Самарканде в 1143 году.

– Ты хочешь сказать, что снял копию с единственного сохранившегося документа тех времен. Ведь по одной из гипотез в Прибайкалье жили предки древних саха. Я, когда писала сценарий о происхождении народа саха, узнала, что письменных и археологических свидетельств тех времен не имеется.

– Вот я и толкую об уникальности рапорта этого офицера. Ведь это только часть тайны. А упоминание о Золотом Наруче генерала Юэ Фея? Это великий китайский военачальник, впервые создавший профессиональную армию. В одной из китайских летописей говорится, что именно он изобрел искусство борьбы ушу. Правда, о золотом браслете не упоминается нигде.

– Ну а что же Тыал? Разузнал что-нибудь про него?

– Про него – нет, но упоминания о метеорологических чудесах, которые сотворяли канглы, нашли отражение в трудах писателей и ученых прошлого. Впервые о чудесном камне йада говорил персидский ученый-энциклопедист Абу аль-Бируни. Он ломал голову над историей «камня дождя», задавался вопросом, имеет ли тот биологическое или геологическое происхождение. О метеорологическом оружии монголов писали персидский мыслитель Рашид ад-Дин и историк Абд ар-Раззак Самарканди. В девятнадцатом и двадцатом веках факты изменения погоды, вызванные чудесным камнем, встречаем у Кулаковского, Серошевского, Кляшторного и, конечно же, у замечательного ученого-мистика Льва Гумилева. Недавно в музей поступила только изданная книга якутского исследователя Ивана Николаева «Происхождение народа саха и его геокультурного комплекса». Классная книга, в ней тоже упоминается йада.

– Ну, ты в отношении Гумилева как-то неуважительно сказал. Какой же он мистик?

– Это моя точка зрения. Не навязываю, – весело парировал Вася. – Пассионарность народов, которую он придумал, интересная гипотеза. Типа пассионарии – это динамичные, создающие новый мир люди. Но на вопрос, откуда берутся пассионарные этносы, Гумилёв на полном серьезе ответил, что в результате воздействия на них определенных космических импульсов. Импульсов, которые до сих пор не обнаружены ни одним прибором.

– Не трогай Гумилева, а то поссоримся. Я люблю стихи его родителей.

– Ладно, не буду.

– Нефритовая шкатулка с донесением до сих пор у твоего шефа?

– Да. Странно. С того дня как я её передал Самуилу, он взял творческие дни, а потом вообще ушёл на больничный. На телефонные звонки не отвечает. Замдиректора музея попросил меня сходить к нему домой и справиться о здоровье.

Телефон Василия зазвонил.

– Да, Игорь Владимирович. Нет, ещё не был. Могу сейчас пойти к нему, тем более что живет он недалеко. Хорошо.

– Помяни начальство, оно сразу явится. Это как раз наш зам. Просил поскорее прояснить ситуацию с Моргенштерном.

– Могу составить тебе компанию, пока я свободная птица.

Они вышли из трактира и направились мимо Васиного музея к Уральской улице. По ней неспеша дошли до проспекта КИМа. Здесь во дворах находился дом, в котором жил Моргенштерн.

– Год назад шеф развёлся с женой и снимает здесь квартиру, – пояснил Вася. – Когда он приболел, я как-то приносил ему сюда пару книг. Двухкомнатная такая холостяцкая берлога с мебелью из красного дерева. Живёт он вроде один. Хотя наши бабульки считают, что у него обитает молодая любовница. Насколько мне известно, Самуилу эти любовницы до лампочки. Он весь в своих статьях и лекциях.

– Сколько ему лет?

– Около шестидесяти с хвостиком.

– А почему он развелся?

– Не знаю. Даже старушки в отделе не в курсе. А спросить я не решился, – хмыкнул Вася.

Они подошли к парадной старого пятиэтажного дома, и Вася потыкал пальцем в домофон на массивной двери. По широкой и довольно чистой лестнице поднялись на второй этаж. Василий несколько раз нажал кнопку звонка, но никто не ответил.

– А может, там никого нет? – тихо спросила Сашенька, словно боясь кого-нибудь потревожить.

– Он же на бюллетене. Куда мог деться?

– Вдруг ему плохо стало, и его увезли в больницу?

– Давай спросим, – сказал Вася и подошёл к соседней квартире. Только он поднял руку к звонку, как дверь приоткрылась и в проёме появилась седая голова. Это был невысокий, гладко выбритый пожилой человек в коричневом цигейковом жилете.

– Что угодно? – спросил он неожиданно низким голосом. «Прямо Левитан», – подумала Сашенька.

– Извините, мы хотели узнать, вы не видели вашего соседа из тринадцатой квартиры? – спросила Сашенька.

Цигейковый жилет посмотрел сначала на неё, потом на Василия и с чёткостью диктора Центрального телевидения ответил:

– Самуила Леонидовича я не встречал и даже не слышал уже десять дней. Хотя до этого мы практически общались с ним каждый вечер. Дело в том, что господин Моргенштерн был моим довольно близким товарищем. Мы с ним знакомы со студенческих лет. Ещё тогда, как бы вам сказать, сошлись характерами. Оба холостяки, оба научные работники. Только я всю жизнь занимался геологией, а он музейный человек. Мы каждый вечер пили чай и обменивались новостями. Но вот уже больше недели я его не видел. Я думал, что он уехал в командировку. Впрочем, об этом он наверняка бы меня предупредил. Кстати, меня зовут Александр Арнольдович Зимин.

– Очень