Сибирский приключенческий роман 3 - Виталий Галияскарович Гадиятов

люди улетали в Якутск. Сандаара получила предложение работать в информационно-издательском холдинге «Сахамедиа». Васю, во многом с подачи Яши, пригласили в Северо-Восточный университет читать лекции по истории Древнего Китая и Дальнего Востока.

Сандаара положила голову на Васино плечо, закрыла глаза и перед ней появились ленские берега и бескрайнее якутское небо. Небо, по которому она так скучает здесь, в Санкт-Петербурге.

– Не зря мы потёрли собаке нос, – улыбнулся Вася. – Возвращаемся. Скажи, а почему ты отдала Тапыеву сата?

– Неужели ты не понял? Я отдала просто камень. Но сата я никому не отдавала. Он всегда должен быть со мной.

Туман

Штурмовой отряд из подразделения якутских добровольцев «Боотур» грузился на БМП. К восьмерым бойцам добавились ещё двое. Это были тележурналисты из Якутска. Сутки назад они доставили землякам на уазике-«буханке» полтора десятка здоровенных коробок с гостинцами. Здесь были тушёнка якутского мясокомбината, копчёная колбаса из жеребятины, солёная рыба и даже фаршированные караси в вакуумной упаковке. Как проведали журналисты, эти караси – экспериментальный продукт, который мог храниться до трёх месяцев. Привезли бойцам и много вещей для личных нужд.

Корреспонденты были одеты так же, как и все воины, только на спинах их разгрузочных жилетов на липучках крепились стикеры с надписью «Сахамедиа». Майская жара в Донецке была похожа на летнюю. Высокий паренёк, помогавший разгружать «буханку», снял каску, достал из разгрузки носовой платок и вытер со лба пот. Бойцы замерли. Из-под шлема выпали длинные чёрные волосы и рассыпались по плечам красивой девчонки.

– Ты кто? – спросил командир штурмовиков Нюргун Кычкин с позывным «Хотой»[55].

– Я журналист. Меня зовут Сандаара. Мы должны пойти с вашей штурмовой группой к укрепрайону противника.

– У нас женщины на захваты «укрепов» не ходят. Я тебя никуда с собой не возьму.

– Возьмёшь.

В это время включилась рация и все услышали голос командира роты.

– «Хотой», я «Пилот!» Берёшь с собой двоих журналистов. Приказ из штаба. Отбой.

– Ну что, «Хотой», полетели, – сказала с улыбкой девушка.

БМП по пыльной дороге вез их к линии соприкосновения. Впереди и сзади ползли танки. Первый разрыв раздался перед капотом. Машина затормозила и вильнула вправо. Через несколько секунд ослепительная вспышка и грохот раздались с правого борта.

– Выходим, – скомандовал «Хотой», и штурмовики, как горох, посыпались из БМП на дорогу.

В двухстах метрах виднелся железобетонный блиндаж, оставленный противником ещё вчера. Группа бросилась вперёд. Над головами раздалось жужжание.

– Беспилотник! – крикнул кто-то.

– К блиндажу! – скомандовал «Хотой».

Не успела «птичка» сбросить гранату, как последний боец запрыгнул в укрытие. После взрыва двое подняли куски валявшихся в окопе брёвен и крест-накрест перекрыли ими вход. Ещё два дрона зависли над укрытием и сбросили взрывные устройства. Одно из них угодило в только что установленную крестовину. После этого ударила артиллерия. «Хотой» отыскал в полумраке девушку, подполз к ней и потрепал по плечу.

– Ты как?

Она что-то держала в ладошках и шептала. Приглядевшись, он увидел у неё в руках небольшой плоский камень. Нюргун подумал, что она молится, и решил не мешать. На какое-то время обстрел прекратился. Вдруг сидевший у выхода боец сказал:

– Командир, появился туман.

«Хотой» пробрался к выходу и увидел, что среди ясного дня всё вокруг застилается молочной дымкой. Вскоре она сгустилась до такой степени, что за два метра уже невозможно было ничего увидеть. Канонада стихла. Позади раздался голос Сандаары:

– Туман будет долго.

* * *

– Рацевич слушает.

– Сергей Васильевич, доброе утро. Это Тапыев Виктор из Якутска.

– Здравствуй, дорогой! Как дела?

– У меня новости. У Сандаары и Василия Высоких месяц назад была свадьба.

– Прекрасно! Поздравь молодых от моего имени.

– Через неделю после регистрации она отправилась в командировку на Донбасс снимать фильм о наших бойцах из штурмового отряда «Боотур». В первый же день отряд попал под перекрестную атаку дронов, потом их накрыла артиллерия противника. Мне сообщили, что ребятам вместе с киногруппой удалось укрыться в отбитом блиндаже. После этого все позиции в радиусе километра среди бела дня неожиданно накрыл густой туман. Наши штурмовики воспользовались этим и вторым броском заняли лежащий в ста метрах от них укрепрайон хохлов.

– А Сашеньку видели с сата в руках?

– Да. Как мы и предполагали.

2024 г.

Глаз стрекозы

Часть 1

Влад

В сентябре в Городе всегда непонятная погода. Но в основном ветрено, холодно и пасмурно. Единственное спасение – выскочить на природу. Там и воздух, кажется, помягче, и ветер в лесу не чувствуется, и нет бетонной заиндевелости многоэтажек. В выходные, несмотря на то что урожай в теплицах и на грядках собран, горожане запасались мясом, бутылками и выезжали на дачи. Многие сотрудники горотдела, свободные от дежурства, уже кололи дрова, топили бани и с вожделением ожидали дачного застолья.

Влад сидел в кабинетике уголовного розыска и перелистывал листочки оперативного дела. В общаге было холодно. Отопление сначала дали, а потом отключили. И так несколько раз. В ночь перед дежурством пришлось поверх одеяла набрасывать шинель. А в стареньком деревянном здании отдела, несмотря на покосившиеся стены и гуляющий под линолеумом прогнивший пол, было тепло и уютно. Второй год Влад живет в Городе после окончания Омской высшей школы милиции. Это вам не какой-нибудь Магаданский заочный юридический или другая лавочка, где менты якобы получают высшее образование. Уже не первое десятилетие Омская школа готовит для Сибири работников уголовного розыска. И не только для Сибири. Во многих областях центральной России корочка этого заведения котировалась не ниже, чем диплом московской или саратовской школ милиции.

Работать в уголовном розыске Влад захотел в девятом классе. У классной руководительницы муж служил заместителем начальника уголовного розыска областного УВД. Этот серьезный коренастый мужчина начал в свободное время заниматься с ребятами в спортзале. И учил не чему-нибудь, а дзюдо. Влад среди первых стал ходить на тренировки. Ему нравился этот человек. Он общался с пацанами, как с равными, на их подростковом языке. Рассказывал об уголовном розыске, о жуликах, с которыми его сотрудники боролись. Однажды двое одноклассников попались на угоне велосипеда. Их таскали в инспекцию по делам несовершеннолетних, обещали исключить из школы. Константин Витальевич поручился за обоих. Мало того, позвал их в секцию.

Уже в десятом классе Влад с ребятами стали своими в областном уголовном розыске. Работали в оперативном отряде, помогали выявлять и отлавливать городскую шпану. Неслучайно после школы он и ещё пятеро одноклассников отправились поступать в школу милиции. По окончании получил распределение в город алмазодобытчиков.