Сибирский приключенческий роман 3 - Виталий Галияскарович Гадиятов

class="p1">Постепенно мысли перешли на Светку. Такой, как она, Влад за свои 24 года не встречал. Высокая, с него ростом, с темно-синими глазами и с обалденной фигурой. Кроме определения «обалденная», в голову ничего не приходило. Казенного пошива милицейская форма не могла скрыть её высокую грудь, длинные ноги и царственную осанку. Светка служила милиционером отдела милиции по охране алмазодобывающей промышленности. В Городе этот отдел называли женским батальоном. Из пятисот сотрудников 450 были представительницами слабого пола. Они несли охрану на фабриках и драгах, на складах и административных объектах.

Летом потерялась четырехлетняя девочка. Пьянчуга-отец таскал за собой ребенка по дачам от собутыльника к собутыльнику. В каком-то дворе заснул. Другой алкаш взял её за руку и повел в лес. Потом в его мутной голове что-то просветлело, и девочку он не тронул. Просто оставил сидеть на грибной полянке и ушел. Наутро мать подняла тревогу. Было решено мобилизовать на поиски весь свободный от службы личный состав гарнизона милиции. Около двухсот человек с интервалом 10 метров медленно прочесывали лес за дачами. Тогда-то Влад впервые увидел Светку. Они пробирались по бурелому рядом. Минут через тридцать Влад услышал, как Светка громко вскрикнула. Он подскочил и увидел малышку, сидевшую на пеньке, обхватив плечики руками. Лицо девочки опухло от комариных укусов. Влад скинул пиджак, укутал ребенка, взял на руки невесомое тельце и прижал к себе.

Тогда все закончилось благополучно. Девочку передали в больницу. Кроме покусов насекомыми и обезвоживания, ничего не установили. Папашу и приятеля поместили в ИВС для решения вопроса о возбуждении уголовного дела по статье «Оставление в опасности».

С тех пор Влад встречал Светку несколько раз. А через месяц она пришла к нему в общежитие и сказала обыденным тоном, что муж в командировке и вечером в Пироп, где она живет, нет смысла возвращаться. Завтра ей с утра все равно на службу…

– Альё, эта Вилад? Вихади, у нас трупы. Два штука. – Дежурный Михальчук, как обычно, резвился и изображал гастарбайтера.

Влад поднялся со стула и с ужасом увидел, что, мечтая о Светке, нарисовал на обложке сов. секретной папки ее лицо.

У подъезда, несмотря на воскресное утро, собирался народ. Два милиционера ППС, стоявшие на площадке второго этажа, кивнули Владу. Рядом прислонился к стене здоровенный сосед, который пока был основным свидетелем. Сашок, как он себя назвал, часов в семь утра вышел прогулять собаку. Увидел приоткрытую соседскую дверь. Выяснять ничего не стал и сбежал вслед за собачкой по лестнице. Минут через тридцать, поднимаясь, он заметил, что ничего не изменилось. Заглянул, позвал хозяйку, потом зашел и увидел, что в квартире два трупа – молодой кавказец на ковре и соседка в распахнутом халате на широком кресле.

– Смерть обоих наступила часов шесть-семь назад, – сказал, не поворачиваясь, патологоанатом Бочкин. – Ранения нанесены длинным острым предметом, похожим на якутский нож. Ей перерезали горло. Джигиту хватило одного удара в сердце.

Криминалист Илья Игнатьев опылял кисточкой журнальный столик, потом перешел к бутылке из-под коньяка и рюмкам.

Послышались шаги, глухой кашель – и в комнату протиснулся начальник уголовного розыска Михаил Иванович Лахоня. Вслед за ним вошел Скворцов, заместитель начальника ГОВД по оперативной работе. Влад почувствовал, что концентрация начальства в маленькой квартирке с убиенными выльется для него в поток распоряжений. Поэтому он открыл блокнот и приготовился записывать. Снова шум в дверях. Вошли прокурор города и следователь.

Скворцов повернулся к Лахоне:

– Миша, дожидайся своих и начинайте отрабатывать соседей. Личность погибших установите незамедлительно. Подруга эта вроде в институте работала, а красавчика, если он армянин, ищите в диаспоре. Влад, ты сегодня при дежурной части, так что давай в отдел. Время будет, с людишками своими эту тему перетри.

– Можно машину взять? Я по дороге заеду кое с кем пошептаться.

– Давай.

Скворцов Владу доверял. Знал, что молодой опер просто так ничего не говорит. Во всяком случае информация от него поступала качественная и приносила результаты. За два года он приобрел около десятка помощников во многих криминальных компаниях. Работа сыщика, по словам Семена Семеновича, пожилого преподавателя по оперативно-розыскной деятельности Омской школы, основывается на информаторах во всех сферах жизни.

Уазик остановился перед автосервисом. Влад открыл металлическую дверь, врезанную в высоченные ворота, и зашел в просторный гараж. Справа в застекленном кабинетике сидела девушка. Левой рукой она перелистывала пачку квитанций, а правой бойко забивала циферки в калькулятор.

– Привет.

– Привет. Что-то долго не появлялся.

– Запиши нашу тачку на техобслуживание.

– А Захар Захарович, между прочим, сказал, что вы уже за три машины нам денюжку не переводите.

Влад улыбнулся и сказал:

– Родина за всё вам заплатит. – Окинул взглядом гараж и, увидев что никого нет, шепнул: – Домой на обед придешь, позвони.

– Ага.

С Юлькой Влад познакомился около года назад. Думал, она такая же дурочка, как ее подружки. Девчонки частенько захаживали в уголовный розыск. Особенно с тех пор, как Скворцов выступил на встрече с молодежью перед дискотекой в Доме культуры. Мероприятие было плановое, но, как ни странно, впечатление произвело. Слово ОУР и киношная внешность Скворцова заинтересовали женскую половину дискотеки. В общественные помощники милиции тогда записались около десятка девушек. Со временем количество значительно сократилось. Однако те, которые приходили в ГОВД, гордились знакомством с операми и на что-то по-девичьи тайно надеялись. Опера были уверены, что толку от них мало. Особенно после того, как Скворцов предупредил, что, если кто залезет такой помощнице под юбку, вылетит из розыска, как пробка.

Владу, молодому сотруднику, поручили составить список общественниц с адресами, указать, кто где работает или учится. Он обнаружил, что девчонки обитают во многих интересных местах. Трудились на алмазодобывающей фабрике, в кафе, в клубе, в магазинах. Одна даже в городской пивнухе «Голубой Дунай» что-то делала. Ну а неработающие болтались в молодежных компаниях, скучали в техникуме или старших классах. Эти финтифлюшки иногда козыряли знакомством с операми и загадочно обещали наиболее наглым ровесникам: если что, то им оторвут не только яйца, но и головы. Некоторые пацаны этому блефу верили.

Влад помнил, как Константин Витальевич возился с ними в школе. Помнил и оперотряд. И ведь не растерялись по жизни. Все стали операми угрозыска. А чем эти хуже?

Влад не имел жены, детей, огорода, машины и гаража. Поэтому у него было время. В общаге он спал, и всё. Конечно, в спартанских условиях трудновато было следить за собой. Особенно за рубашками. С детства мама приучила его носить свежие рубашки. Она говорила, что у настоящего мужчины всегда должна быть чистая рубашка. Потом это