Роанна Энгерская. Путь на Юг - Виктор Постоенко

нашел. У меня в груди появилось ощущение, как будто ледяные иглы начинают медленно втискиваться в сердце. Нехороший признак, могу и сорваться, а вот не надо. Я шумно вздохнула и остановила рукой тронувшегося вперед Фрула.

- Парень, еще шаг и тебя разорвут быками на площади, найдут всю твою родню и удавят.

- А кто это у нас тут таким карами пугать вздумал – главарь засмеялся, показав черно коричневые пеньки оставшихся зубов. За ним зареготали его попутчики. Правда некоторые с опаской.

Тут что-то было для них не правильным. И дамы вроде как из благородных, но почему-то без охраны и слуг, да и обычно такие с утра ходили по рынку, когда тут вся знать прохаживалась. А время то уже ближе к вечеру.

- Я не пугаю. Я просто предупредила. Еще шаг. Хотя и так уже поздно. Вы появились не в то время и не в том месте. И отсюда уже не уйдете.

- Слышь, дамочка, я не знаю кто ты, но вот эти две служанки нас рвать на части будут что ли?

- Нет, они могут только убить вас, и то не обязательно. Говоришь не знаешь кто я? Если я назову себя, то ты умрешь, согласен? И с тобой умрут все эти люди – я указала на его бандитов

Вокруг стали собираться люди, из открытых дверей лавок виднелись головы как хозяев, так и покупателей. Поэтому, оценив обстановку, я решила изменить план. Главарь смотрел уже не так дерзко, все-таки дураки не становятся вожаками шаек.

- Что смотришь? Поздно. Ты хоть и не глуп, но должен был подумать, что восемь благородных дам сами по себе не ходят. Айма!!!

Она вскинула левую руку вверх и растопырила пальцы. Одновременно правой рукой выхватила из-за спины пистолет и сделав шаг вперед уперла его в лоб вожака. С другой стороны, на шайку направила пистолет Тао.

Из переулков хлынули, блестя клинками, переодетые гвардейцы, и в течении полуминуты все было кончено. Я приказала и пацанов связать.

Они расплакались, но мне их было не жалко. Уже выросли зверенышами. Такие не исправляются. Тем более это были не слезы, а отрепетированный театр.

Приказала всех отвести в Трибунал. Главарь попытался возразить, но его моментом заткнули хорошей затрещиной. Я наклонилась над ним и прошептала – ты идиот пытался напасть на Ее Величество, поэтому и Трибунал. Его глаза наполнились страхом.

Трибунал существовал только для изменников и тех, кто оскорбил Императора, или членов его семьи. За такое оттуда живыми никто не выходил. Он завыл каким-то тонким голосом, но его мгновенно заткнули.

Я увидела в собравшейся толпе смотревшую на меня с удивлением хозяйку большого магазина одежды.

- Тётушка Арна, подойди сюда. У тебя есть в магазине какие-нибудь вещи на этого ребенка? Одежда, обувь ее размера? Присмотри пожалуйста, несколько комплектов, и во что ее переодеть, когда спать ложиться. Мы за все заплатим. Это очень важная госпожа, она забирает девочку себе.

Она кивнула головой и пошла к себе в магазин. Я отправила туда Тао. Не хотелось идти самой и врать на расспросы Арны. Не пришло еще время мне называть себя.

Тао вернулась в сопровождении служанки, которая несла приличный баул, и сказала, что за все заплатила. Деньги я всегда давала обеим сестрам. Ну не мне же их носить.

Мы всей процессией уже под открытой охраной гвардейцев вернулись в Андольский дворец. Капитан Рамн повел бандитов в дворцовую тюрьму.

Девочку сразу отмыли, расчесали и переодели. И главное накормили. Она ела аккуратно, как будто боясь, что сказка закончится.

Паланкин Императрицы проводили уже после ужина. А мне все равно что-то не давало покоя. Было чувство что я нечто важное упустила. Не увидела. И это было связано с отбором.

Еще и еще раз прокручивая все события, я пришла к выводу, что поведение герцогини Брайторской никак не вязалось с тем, что я о ней уже узнала.

Старая служанка Андольского дворца, бывшая родом из Брайтора, рассказала, что слышала старую историю о женитьбе герцога. И что-то там было не так. Ходили слухи что он заманил в ловушку и убил жениха графини Дунгарской. Дочери главы провинции Дунгарика.

А потом женился на ней. Жених был с островов, которые потом герцог присоединил к Брайторской провинции. А раньше оба больших острова были отдельной провинцией в составе Империи. И все это было сделано с ведома короля. И утверждено его Указом.

Это потом уже пиратские бароны захватили оба острова и даже часть Брайтора. Откуда их выбил мой дед. А с островов их выбили сейчас.

Так вот, служанка рассказывала, что девочка из замка всегда была приветливой и доброжелательной с простолюдинами, когда с мамой выходила в город.

Или девочка не та, или мы чего-то не знаем.

Поэтому я вечером сказала деду, что хочу завтра посетить тюрьму Трибунала и попросила его содействия в этом. Он отправил слугу в дом Харди, и через час мы получили ответ.

Граф завтра после совещания у Императора в десять часов ждет меня у себя. И потом лично сопроводит меня в тюрьму, так как и у него возникло много вопросов, и пока они все без ответов.

Единственное, после первых ответов на вопросы герцогиня уперлась и сказала, что хочет встретиться с Императором, и ей есть что ему сказать.

Глава двадцать третья. Кора де Крейсен. Райан.

Во дворец я поехала одна, Арин осталась дома. Паланкин высадил меня у главных ворот. Представили меня дворцовой страже как герцогиню Андольскую. В сопровождении Кэтрин, и обеих сестер я прошла к трехэтажному зданию Трибунала.

Граф де Харди сразу же вышел, как только ему сообщили о нашем приходе. Поклонился, мы ему церемонно ответили, и тронулись в путь. Тюрьма оказалась с обратной стороны здания.

Она представляла собой большую двухэтажную пристройку к основному строению. Имела внутренний двор и отличалась от основного здания тем, что не имела окон на обоих этажах с наружной стороны.

Войдя в арку главного входа, я поняла почему. Все двери из камер выходили на общие галереи, шедшие вдоль всего здания по периметру. Были здесь и свои хозяйственные постройки, видимо пищу для заключенных готовили тут же.

Женщины размещались в левом крыле. Не думала, что их будет столько. Но граф пояснил, что большинство из них просто члены семей арестованных мятежников, которые находятся в подземном, цокольном этаже здания.

Герцогиня сидела одна в большой клетке в углу на соломе. В простой крестьянской одежде, босая, с распущенными волосами и следами допросов на руках и ногах. Я распорядилась, что бы сестры и Кэтрин остались снаружи.

По приказу графа стражник, гремя связкой ключей, открыл дверь клетки, и я вошла внутрь. Заключенная сидела в той же позе, уставившись