Афины. От полиса к мегаполису - Джорджо Иерано

Грецией и Турцией, покинуть дома, в которых их семьи жили веками, перебрались в пригороды Афин. Затем, во время строительного бума после Второй мировой войны, на месте старых одно- и двухэтажных домов почти повсеместно появились бетонные многоквартирные дома — поликатойкии (πολυκατοικίαι). Сегодня Афины — самый густонаселенный город Европы после Парижа, согласно данным Eurostat за 2022 год. Но если абстрагироваться от современности, всё, что видно с вершины Акрополя, — это и есть территория древнего афинского полиса. «Полис» — это не географическое, а политическое понятие, форма самоуправления группы граждан через свои собрания и советы. Древний афинский полис, или, если точнее, «полис афинян» (τον Άθήναιον) охватывал всю Аттику. Вокруг городского центра (αστυ — «асти») простиралась сельская местность (χώρα — «хора»), которая делилась на три основных измерения: равнину (πεδίας — «педиас» или Μεσόγεια — «Месогея»), горную местность (Διακρία — «Диакрия») и побережье (Παραλία— «Паралия»).

Эти географические понятия вскоре стали и политическими категориями. В VI веке до новой эры, как рассказывает Плутарх в «Сравнительных жизнеописаниях», «население разделилось на несколько партий по числу различных территорий в Аттике. Диакрии более всех были сторонниками демократии; главными сторонниками олигархии были педиэи; третьи — паралы — желали какого-то среднего, смешанного, государственного строя и не позволяли ни той ни другой партии взять верх». Плутарх писал спустя много столетий после этих событий и мог допускать неточности. Когда он говорит о «демократах» и «олигархах» в VI веке до новой эры, он использует анахронизмы. Дело в том, что, согласно античным авторам, лидером горной фракции, диакриев, был неординарный человек. Его звали Писистрат, и он хвалился тем, что был потомком гомеровского Нестора — героя «Илиады» и «Одиссеи», старого и мудрого советника. В 565 году до новой эры Писистрат возглавил афинскую военную экспедицию против города Мегары. Авторитетный полководец, в 561 году до новой эры он решил занять трон. То есть, как говорили греки, стать тираном, повелителем. Слово «тиран» первоначально означало единоличного правителя и не имело уничижительного значения: Писистрат остался в памяти афинян как мудрый, справедливый и уравновешенный правитель.

Писистрат прибег к хитрости, чтобы завоевать Акрополь. Он поранил себя и заявил, что на него напали враги. Афиняне поверили ему и выделили телохранителей из числа горожан, вооруженных деревянными дубинами. Именно с этим отрядом дубинщиков, как рассказывает Геродот, Писистрат и захватил священный холм. Захват власти в Афинах мог пройти только через захват Акрополя — этого сердца полиса, сцены и цели всех гражданских войн. Еще до Писистрата другой авантюрист уже пытался обосноваться на холме, чтобы захватить абсолютную власть, но безуспешно. Его звали Килон, и он даже выиграл забег на Олимпийских играх в 640 году до новой эры. Вместе с отрядом заговорщиков Килон захватил власть на Акрополе. Но афиняне, возглавляемые аристократической семьей Алкмеонидов, быстро организовались и вернули себе власть. Измученные голодом и жаждой, Килон и его люди попросили убежища в святилище Афины. Это, согласно сакральному праву, делало их неприкосновенными. Но, несмотря на защиту богини, их вывели из храма и убили. Это святотатственное преступление навсегда запятнало бесчестием прославленный род Алкмеонидов, из которого происходил сам Перикл.

«Возвращение Писистрата в Афины с ложной Минервой». Гравюра на меди из книги Vorzeit und Gegenwart.1832. Аугсбург

Писистрат был куда хитроумнее, чем Килон. Но и ему пришлось преодолеть множество трудностей и столкнуться с противодействием Алкмеонидов. Через пять лет он был отстранен от власти и отправлен в изгнание. Но способ, которым он захватил власть во второй раз, был гениальным. Эту историю рассказывает всё тот же Геродот, отмечая, что Писистрату удалось высмеять афинян, которые, по словам историка, всегда хвастались, что они самые умные из всех греков, но в данном случае выставили себя дураками. Геродот сообщает, что Писистрат и его люди одели красивую и статную женщину по имени Фия и «в полном вооружении поставили на повозку и, показав, какую она должна принять осанку, чтобы казаться богоподобной, повезли в город. Затем они отправили вперед глашатаев, которые, прибыв в город, обращались по их приказанию к горожанам с такими словами: „Афиняне! Примите благосклонно Писистрата, которого сама Афина почитает превыше всех людей и возвращает теперь из изгнания в свой акрополь!“ Так глашатаи кричали, обходя улицы, и тотчас по всем демам[11]прошел слух, что Афина возвращает Писистрата из изгнания. В городе все верили, что эта женщина действительно богиня, молились смертному существу и приняли Писистрата».

Этот рассказ, несомненно, слишком экстравагантен и литературен. Но он словно намекает на таинственную связь между тираном и богиней, которых роднит добродетель хитрости, практического ума — μήτις, «метис», которую олицетворяла Афина (и которую она разделяла, например, с хитроумным Одиссеем). Однако впоследствии Писистрату пришлось отправиться в новое изгнание, в связи с чем ему пришлось в третий раз возвращать себе власть. Но, несмотря на все эти неурядицы, а также сложные и переменчивые отношения с тремя другими аристократическими семьями, начиная с Алкмеонидов, то врагами, то союзниками, правление Писистрата ознаменовало новую эру для Афин. Тиран финансировал монументальные общественные работы, учредил гражданские праздники, такие как Великие Дионисии и Великие Панафинеи[12], организовал первые театральные представления и публичное чтение пьес Гомера. Афины зарекомендовали себя как могущественный, богатый и изысканный город. Афиняне носили ионийскую одежду, надевали длинные льняные хитоны и делали сложные прически, закалываемые золотыми булавками в форме цикад, о чем рассказывает Фукидид.

О большой утонченности свидетельствуют и произведения искусства, дошедшие до наших дней. Около 560 года до новой эры Писистрат построил на Акрополе большой храм, посвященный Афине, известный как «Гекатомпедон» (др.-греч. έκατόμπεδος — «стофутовый», длиной в сто футов, около тридцати метров). Через несколько десятилетий это здание было снесено, но некоторые скульптуры, украшавшие его, сохранились.

Например, монументальный фронтон, что хранится в музее Акрополя. Изяществом изваянных фигур он поражает сразу при входе. Когда-то фигуры сияли яркими цветами — красным и синим. Бледные следы краски до сих пор видны на чешуе Тритона, на которого нападает Геракл (в углу). Остатки пигмента можно разглядеть и в витках трехцветного чудовища в противоположном конце зала. Эта причудливая фигура должна была внушать ужас, но три ее лица, выполненные в архаическом стиле, обрамленные усами и элегантной бородой, больше напоминают лица утонченных аристократов эпохи Писистратидов. В центре фронтона расположен гигантский бык, широко разинувший пасть от боли: на него набрасываются два льва. Всё вокруг, все экспонаты музея повествуют о великолепии Акрополя при Писистрате. Например, великолепные «коры» (κόραι), статуи девушек, — шедевры архаической эпохи. Их