Архитекторы террора: Паранойя, теории заговора и антисемитизм во франкистской Испании - Пол Престон

убеждения своих сторонников, включая и Франко, в том, что Москва планирует революцию в этих странах[43]. В бумагах Франко сохранился испанский текст подробного отчета о VII конгрессе, направленного ему из Женевы[44]. В разговоре с Джорджем Хиллсом Франко вспоминал, как на него повлиял этот документ:

События в Испании к концу 1935 г. внушали тревогу. В стране нарастали насилие и хаос. Однако меня беспокоило не столько то, что происходило внутри Испании, сколько то, что происходило за ее пределами, и отношения между людьми в Испании и в Москве. У меня имелся полный отчет о работе VII конгресса Коминтерна. Однако я должен был быть уверен, что то, что было решено в Москве, на самом деле будет реализовано в Испании[45].

Отчаянные усилия Франко по организации военного переворота после выборов в феврале 1936 г. можно объяснить только его верой в апокалиптические предсказания Международной лиги о неизбежном коммунистическом перевороте. В этом смысле они косвенно свидетельствуют, что он был готов верить всему, что сообщалось из Женевы[46].

Интенсивная и ожесточенная кампания СЭДА на «народнофронтовских» выборах февраля 1936 г. не уступала в воинственности кампаниям монархистов и карлистов, которые были объявлены врагами Республики. Центральным пунктом пропаганды СЭДА было то, что иудаизм, марксизм и масонство были врагами, которых нужно победить. Соответственно, El Debate изображала выборы смертельной битвой между Испанией и анти-Испанией, между цивилизацией и варварством. Молодежное крыло партии, которое играло лидирующую роль в кампании СЭДА, пошло еще дальше и заявило, что битва идет между Хиль-Роблесом и треугольником (символом масонства), серпом и одинокой звездой (имеется в виду звезда Давида)[47].

Печатавшая El Debate компания Editorial Católica также издавала чрезвычайно популярный и яростно антисемитский и антимасонский журнал Gracia y Justicia. Финансируемый членами СЭДА и грубо сатирический, журнал Gracia y Justicia редактировался Мануэлем Дельгадо Баррето, близким соратником генерала Примо де Риверы. Тираж в 200 000 экземпляров делал его самым влиятельным еженедельником крайне правых[48]. Статья в номере от 7 декабря 1935 г. была озаглавлена «Масоны, евреи, марксисты и другие насекомые». В ней выражалось сожаление, что «у нас существует масса евреев, масонов и товарищей, которые хотят уничтожить Испанию», а заканчивалась она угрозой, что вскоре их всех взорвут. Другие номера призывали к изгнанию евреев из Испании. В рождественском выпуске 1935 г. предлагалось, чтобы в вертепах в качестве верблюдов трех королей изображались масонство, иудаизм и марксизм[49].

Еще более яростно антисемитской была газета Informaciones, ежедневный тираж которой составлял примерно 50 000 экземпляров. Она принадлежала миллионеру Хуану Марчу, который связал свою судьбу с военными заговорщиками. Он гарантировал финансовое будущее лидеров переворота в случае его провала и в конечном итоге профинансировал значительную часть их военных усилий. Редактором Informaciones, которая получала субсидии от посольства Германии, был другой сторонник «Испанского действия», Хуан Пухоль, приятель Хуана Марча. Он был депутатом от партии СЭДА, с 1933 по 1935 г. представляя в парламенте Мадрид, и написал за это время антисемитский роман[50]. Во время избирательной кампании в феврале 1936 г. Informaciones заявляла, что «эмигранты из числа немецких евреев сделали Испанию международным центром бойкота гитлеровской Германии, которая спасает Европу от азиатских орд большевиков»[51].

Антисемитизм изобиловал и в листовках, тайно распространяемых Испанским военным союзом (Unión Militar Española) – организацией, находившейся в центре подготовки к перевороту. Это связано с тем, что многие из них были составлены Маурисио Карлавильей. В середине июля 1936 г. в экстренных прокламациях Военного союза утверждалось, что Испания «скована республиканским правительством предателей, получающих плату от масонства и иудаизма». Программа Военного союза на случай переворота включала «изгнание из Испании евреев и масонов, роспуск политических партий и профсоюзов»[52].

Сговор между антисемитской прессой и военными заговорщиками был очевиден. За несколько дней до переворота газета АВС сообщала населению Севильи:

Настал момент для всех без исключения помочь военным властям и армии, которая борется за избавление Отечества от попадания в лапы анти-Испании, состоящей из еврейских банков и их приспешников из тайных масонских обществ и контролируемых из Москвы марксистских групп. Мы должны напрячь все силы, чтобы побороть это международное свинство[53].

Неслучайно ярый антисемит Хуан Пухоль в августе 1936 г. был назначен мятежниками главой Управления прессы и пропаганды (Oficina de Prensa y Propaganda) и смог дать волю своей лютой ненависти к евреям[54]. Его взгляды хорошо отражает написанная им в декабре 1936 г. статья, в которой он писал, что левые добровольцы со всего мира, которые присоединились к Интернациональным бригадам – «блохастым ордам трущобной Европы», – контролировались «секретным израильским комитетом, который управляет евреями мира». Этот комитет, продолжал Пухоль, «как никогда полон решимости господствовать над всей планетой, так что Испания находится в состоянии войны с мировым еврейством, которое уже контролирует Россию и теперь хочет захватить нашу страну». К числу евреев, которых он осуждал, относилась и Маргарита Нелькен:

Вонючая еврейка и бессердечная тварь – Маргарита Нелькен, привезенная сюда ее отцом-старьевщиком из немецкого гетто. Еще один еврей – Компанис [президент каталонского автономного правительства, Женералитата], потомок крещеных евреев. Вам достаточно увидеть его физиономию, чтобы понять это, не прибегая к дополнительным исследованиям его генеалогического древа[55].

Подобные обороты, как и приведенные выше цитаты из Acción Española, опровергают часто повторяемое утверждение франкистов, что испанский антисемитизм был не расистским, а исключительно религиозным. По иронии судьбы те, кто ссылается в поддержку этого утверждения на Инквизицию, забывают, что после изгнания евреев в 1492 г. были приняты Статуты чистоты крови (estatutos de limpieza de sangre), призванные помешать лицам еврейского происхождения занимать высокие должности[56]. Когда Пухоль стал главным пропагандистом мятежников, он писал в основанном им еженедельнике Domingo, что гражданская война в Испании обернулась «священной войной» для евреев, которые снаряжали Интернациональные бригады «ради разграбления Испании»[57].

Несмотря на неприкрытый антисемитизм подконтрольной Пухолю прессы, власти беспокоились о возможной реакции за рубежом. В феврале 1937 г. один из его подчиненных, Лауреано де Армас, писал из штаб-квартиры Франко редактору The Jewish Chronicle в Лондон:

Сэр, мне сообщили о распространяемых в Англии слухах о том, что Испанское национальное движение имеет антиеврейский характер. Я уполномочен заявить, что это совершенно не соответствует действительности, и поэтому был бы весьма обязан, если бы вы сообщили своим читателям истинные факты. Антиеврейская политика в Испании предполагает наличие еврейской проблемы, которая, как вам, конечно, известно, в нашей стране отсутствует. Кроме того, достаточно одного взгляда на текст речей генерала Франко от 1 октября 1936 г. и 19 января 1937 г., чтобы понять, что программа Новой Испании направлена против одного-единственного противника: большевизма[58].