Земля Священного Огня - Гордон Догерти

— Я один из вас, раб! — поспешно закивал Башу; тошнотворная ухмылка противоречила страху в его глазах, руки безвольно повисли вдоль тела.

Паво посмотрел на съежившуюся фигуру. Лишь на мгновение жалость змеей вползла в его сердце. Но тут он заметил блеск кинжала, который предатель прятал за спиной.

— Нет, ты предатель, — каменным голосом ответил Паво и ударил Башу сапогом в грудь, опрокинув его в соляную яму.

Башу взвыл. Через мгновение соль перехлестнула через его руки и ноги. Он забился, пытаясь выбраться, но от этого его затягивало лишь быстрее. В один миг он ушел по шею. Его серебряные глаза вылезли из орбит от паники. Рев ужаса резко оборвался, когда соль хлынула в рот, а затем поглотила голову. Его вытянутая, дрожащая рука исчезла последней. Соляная яма насытилась и вновь замерла.

Тишина заполнила проход; все смотрели на место казни.

— У вас двоих, — наконец слабо произнес Феликс, указывая двумя пальцами на Паво и Суру и зажимая рану другой рукой, — надеюсь, черт возьми, есть план.

Паво растерянно посмотрел на него.

— Нет у него ни хрена никакого плана, — недоверчиво фыркнул Кводрат.

— У меня нет. Но у отца есть, — он кивнул в сторону Фалько. Тот вместе с другими рабами от колеса все еще долбил и бил по соляной стене, перекрывавшей конец коридора.

— У твоего отца? — в замешательстве переспросил Зосима.

Но Паво проигнорировал вопрос и подошел к Фалько. Старики изо всех сил пытались пробиться сквозь кристалл.

— Отец, что это? — спросил он.

И тут он услышал. Точно так же, как слышал это с Халедом. Звук бегущей воды. Но этот был другим — не просто слабый шелест, а рокочущий поток. Яростный, бесконечный, жаждущий вырваться на волю.

Фалько сжал его предплечье.

— Эта шахта создана людьми. Но вокруг нее вьется сеть природных пещер и родников. За этим кристаллом бушует подземная река. Мы годами гадали, ведет ли она еще глубже под землю, в самые темные владения... Или, быть может, — он указал пальцем вверх, — к свободе?

Глаза Паво забегали.

— Кто-нибудь когда-нибудь видел эту реку?

Фалько пожал плечами, указывая на свои пустые глазницы и на своих слепых товарищей.

— Ну, здесь внизу это было бы затруднительно. Но нет, мы годами обсуждали, не сломать ли эту стену. И каждый раз колебались. Она может просто утопить нас и затопить шахты. — Он криво усмехнулся, склонив голову набок. — Хотя и в этом есть свои плюсы.

В этот момент еще один гул голосов и топот ног донеслись с другого конца седьмой камеры, от главной шахты и кольца сталагмитов. Хабитус, пошатываясь, дошел до открытого конца коридора, а затем бросился обратно.

— Еще стражники, по меньшей мере тридцать!

— У нас нет выбора — мы должны пробить этот кристалл, — сказал Арий; его лицо осунулось от страха.

Глаза Паво расширились, и он схватил Фалько за плечи.

— Отойди, и пусть твои люди тоже отойдут.

Фалько нахмурился, затем отвел своих старых товарищей от глыбы.

Паво окликнул Зосиму.

— Господин!

Зосима нахмурился, затем хлопнул Кводрата по руке. Пара подошла и осмотрела соляной забой. Их брови поползли вверх, когда они услышали шум воды.

— Поплаваем или подеремся? — задумчиво произнес Зосима, переводя взгляд с камня на дальний конец коридора и приближающиеся шаги.

— Эх, подраться я уже успел, — пожал плечами Кводрат, разглаживая покрытые солью усы. — А вот помыться мне не помешает.

Они поудобнее перехватили свои кирки, бросив остальные Феликсу, Хабитусу, Паво и Суре. Они набросились на соляной забой, как одержимые. Осколки кристалла летели во все стороны, пыль ослепляла их, покрывая кожу. Рев воды становился все громче и громче, как и грохот сапог стражников. Паво оглянулся и увидел тридцать приближающихся фигур в открытом конце сужающегося коридора; их копья сверкали в свете факелов.

Внезапно всплеск чего-то ледяного у лодыжек заставил его снова повернуться к стене. Он посмотрел вниз и увидел, как пенящаяся вода хлещет из растущей трещины, разливаясь по полу коридора. Расселина в соляном забое была узкой — шириной с лезвие. Он занес кирку, чтобы ударить снова, когда Фалько крикнул из угла тупика, где они с товарищами сбились в кучу.

— Нет, хватит! Назад — сюда!

Паво нахмурился, но тут услышал глухой, зловещий треск, пробежавший по соляной стене. Он, Сура и остальные без лишних слов поняли друг друга, побросали кирки и бросились в угол к Фалько и его людям.

— Готовьтесь! — крикнул Фалько. — Как только пойдет вода, прижмитесь спинами к стене и держитесь крепче!

Стражники были уже в нескольких шагах; они рычали и сыпали проклятиями на парси, некоторые метали копья вперед, и наконечники со звоном ударялись о тупик коридора в дюймах от Паво.

Затем, со свирепым треском, подобным раскату грома, центр соляной стены рухнул. Стражники застыли как вкопанные, вытаращив глаза. В этот миг сухая седьмая камера соляных копей Далаки была затоплена с оглушительным ревом. Подземная река вырвалась наружу, выплевывая куски соли и камня из проема, расширяя его и усиливая поток. Паво и тех, кто укрылся в углу тупика, пощадил свирепый напор реки, но крики стражников захлебнулись: силой наводнения их тела отшвырнуло назад по коридору. Раздался резкий хруст, когда поток швырнул их тела на сталагмиты в другом конце камеры; вода смыла с каменных шипов слои крови, копившиеся там годами.

Паво моргал сквозь брызги; река захватывала коридор. Бешеный напор ослаб, но теперь уровень воды быстро и неумолимо поднимался. Она плескалась у его груди, поэтому они переступали, стараясь встать повыше на камни — голова Паво уже скребла по потолку прохода. Через мгновение вода снова дошла до груди, затем заплескалась у их шей.

— Отец... что теперь? — крикнул он, когда вода с каждым ударом сердца подбиралась все выше, пока не коснулась его подбородка.

— А теперь набери побольше воздуха, приготовься плыть, как я тебя учил, и молись, чтобы боги даровали нам свободу, — ответил Отец.

Паво посмотрел на зияющую дыру, которую река пробила в тупике коридора. За ней лежала тьма.

— Но что если... — вода хлынула ему в рот, а затем накрыла с головой.

Спустя удар сердца воздух исчез, и коридор затопило