Сибирский приключенческий роман 5 - Юрий Семенович Манаков

Брезгливо посмотрел на журналиста и спросил:

– Будешь сознаваться?

– В чём? – Олегу на миг показалось, что всё это несерьёзно, розыгрыш идиотский, но он понимал, что этот дурачок в погонах уже уверовал в придуманную им ерунду и уверен, что схватил опаснейшего и коварного преступника.

– Ну, сам подумай, – почти ласково начал старший уполномоченный, – как могло получиться, что сразу трое твоих знакомых внезапно окочурились? Случайность? Не бывает в жизни таких случайностей, уж поверь мне. Зачем же зря запираться?

– Я с моей работой с сотнями людей знаком, если не больше, – возразил журналист. – И что, всех, кто из них умрёт, вы на меня повесите?

– Все меня не интересуют, – отмахнулся от него, как от мухи, капитан. – Мне поручено конкретное дело, и я его раскрыл. Осталось выяснить, где украденное из музея спрятано. Но ты мне это расскажешь. Правда?

Резко зазвонил телефон. Не тот, что стоял неподалеку от Серостанова, а другой, прикреплённый к углу стола.

Капитан встрепенулся, быстро облизал губы и осторожно поднял трубку.

– Слушаю, товарищ подполковник!.. Так точно, веду допрос… Но, товарищ подполковник, факты прямо указывают… Не успел ещё… Сию минуту… Слушаюсь, товарищ подполковник!..

Не глядя на Алексеева, он раскрыл принесённую сержантиком папку. Приблизил к глазам лежавший там листок бумаги, шевеля губами, прочитал напечатанный на нём текст. Ещё раз перечитал, тяжело вздохнул и процедил сквозь зубы:

– Подпишите протокол…

Олег просмотрел протянутый Серостановым бланк. Ничего там не было, кроме основных его данных. Пожал плечами, потянулся за авторучкой.

– Почему вы расписываетесь правой рукой? – проскрипел капитан.

– Потому что левой не умею! – взорвался Алексеев. – Ногой тоже. Не в цирке работаю!

– Свободны… – перехватив взгляд старшего уполномоченного, журналист понял, что нажил себе здесь и сейчас смертельного врага…

На улице ярко светило солнце. Олег вдохнул воздух полной грудью и широко раскинул руки: господи, хорошо-то как!

– Никак, отстрелялся?

Оглянулся на голос – к нему подходил широко улыбающийся Виктор.

– Ты как здесь? – удивился Алексеев.

– Тебя поджидал, – и почти потребовал: – Рассказывай!

– Не сейчас. Жрать хочу, – мрачно сообщил журналист.

– За чем же дело? Пойдём в какой-нибудь ресторан, совместим приятное с полезным, – предложил Ленкин ухажёр.

Алексеев посмотрел на часы и печально констатировал:

– Не получится. Седой просил, чтобы после четырёх я был дома… Ч-чёрт, полдня коту под хвост! И в холодильнике шаром покати…

– Обижаешь, – хлопнул его по плечу Виктор. – Я пельмешек прикупил, да и не только их. Елена тоже расстаралась для брата, чуть не попавшего в узилище. Едем?

И он, не дожидаясь ответа, остановил небрежным жестом (словно всю жизнь так делал) проезжавшую мимо машину.

3

– Весёленькие дела получаются… – Виктор, выслушав рассказ Олега, нахмурился и принялся барабанить пальцами по столешнице.

– Да уж… – Алексеев чувствовал себя абсолютно вымотанным: встал рано, не выспался, потом вся эта катавасия в университете, да ещё и «знакомство» с бравым капитаном Серостановым. – Ну чего этот придурок ко мне привязался? Несёт явную пургу и при этом верит всему, что напридумывал.

– Он всю жизнь такой, – хмыкнул Виктор, – самый въедливый из всех оперов. И самый тупой: если есть гипотеза, бросает все силы на то, чтобы её раскрутить. Ни вправо не смотрит, ни влево. Как лошадь в шорах[56].

– Ты что, знаком с ним?

– Бог миловал, – усмехнулся бывший Тёмин охранник. – Ребята рассказали. Наших «афганцев» в милиции немало, друг другу помогаем чем можем.

– Это каким же умом нужно обладать, чтобы связать вместе Мишку и Жоржа? – не успокаивался журналист.

– А вот тут твой пинкертон не ошибся, – возразил Виктор. – Они ещё со школы знакомы. Помню, я только работать к покойному боссу устроился, а этот Жорж притащился права качать. Ну и соседа твоего с собой прихватил как зэка со стажем. Тот раздухарился, начал орать, что на зоне «кровь мешками проливал, босиком по трупам бегал»[57], а за кореша, с которым за одной партой сидел, всех уроет.

– И что? – заинтересованно поднял голову Олег.

– Ничего, – Виктор пожал плечами. – Вышиб я их за порог, и поплелись горемыки искать себе счастья где-то ещё. Но в том, что они знакомы были, можешь даже не сомневаться.

– Неужели Мишка музей ограбил? – сказал Алексеев. – Никак не могу в это поверить…

– Он, – подтвердил Виктор. – У сыщиков наших на этот счёт никаких сомнений. И то, что сблатовал его на это бывший подельник моего босса, очень даже похоже. Жорж этот, как я разузнал, ничем не брезговал, ну и его услугами пользовались многие человеки.

– Думаешь, им было что-нибудь известно про Ключ? – предположил журналист.

– Непохоже, слишком уж они с Шибздиком людишки мелкие. Скорее всего, стоял кто-то за Жоржем, нанял его, а уж тот старого своего знакомца подрядил – не самому же двери да замки ломать. А потом этот кто-то пришиб бедолаг, чтобы не болтанули лишнего. У братвы сейчас это запросто делается.

– Серостанов так же, судя по всему, думает, – опять вернулся к своим злоключениям Олег. – Не пойму только, почему он так внезапно меня отпустил.

– Так ему же результаты свежей экспертизы принесли, – пояснил Виктор. – А из них следует, что орудовал кастетом человек не очень высокого роста, такой примерно, как Жорж, да к тому же ещё и левша.

– Ты-то как всё это разузнал?

– Сорока на хвосте принесла, – широко улыбнулся бывший секьюрити. – Говорят же: «Не имей сто рублей, а имей сто друзей». – И тут же стал серьёзным: – Только информация эта, сам понимаешь, не для распространения.

– Соображаю, – буркнул журналист, и тут ему в голову пришла новая идея: – Слушай, а вдруг Ключ у Мишки дома был?

– Маловероятно… Мне, во всяком случае, никто ничего подобного не рассказывал. Правда, обыск в берлоге Шибздика делали аккурат в то время, когда ты у Серостанова парился, а я изо всех сил старался тебя оттуда выцарапать. Так что…

Виктор встал из-за стола и выглянул в кухонное окно, по случаю устоявшейся жары распахнутое настежь.

– Всегда на посту, – удовлетворённо сообщил он.

– Кто?

– Бабки-бабулечки.

– И что?

– А то, что обыск без понятых не проводится, так что, скорее всего, их к этому делу и привлекали. Ты жди у телефона, а я быстренько всё разведаю и вернусь.

– Думаешь, получится их разговорить? – засомневался Олег.

– Ха! Даже и не сомневаюсь.

Вернулся Виктор не скоро – минут через сорок. Алексеев несколько раз в окно выглядывал: сидит на скамейке, общается с профессиональными сплетницами. Появившись, бывший секьюрити от души расхохотался:

– Уф… Ну, брат ты мой!

– Что-нибудь выведал? – взял быка за рога Олег.

– А как же! Прокофьевна и Тимофеевна чуть не подрались, отстаивая право рассказать мне обо всём. – И посерьёзнел: –